Маша из дикого леса - Дмитрий Александрович Видинеев

обошла стол, вынула из клетки одного кролика и положила его на диван. Испуганно тараща глаза, зверёк забился в угол между спинкой и подлокотником. Он нервно нюхал воздух, словно пытаясь определить, какая опасность над ним нависла. А бояться ему было чего, ведь Дана глядела на него теперь совсем не так, как минуту назад. В её глазах появился холодный блеск. Она медленно, как-то крадучись, приблизилась к дивану, а потом резко схватила кролика обеими руками. Зверёк отчаянно затрепыхался, а через несколько секунд его тельце обмякло. Глаза Даны посветлели. Она изумлённо уставилась на кролика, будто не понимая, как бедняга оказался в её руках.

– Я убила его.

Маша вздохнула. Она понимала: зверёк по-всякому был обречён. Не верила, что Дана с первого раза сможет прекратить вытягивание жизненной силы. Этому учиться нужно, как она сама когда-то училась. А значит, их обеих в будущем ждёт нелёгкая задача. Справятся? Маша не позволила себе в этом усомниться. Конечно, справятся! Возможно, и Мертвец как-то поможет.

– Это ничего, Дана, – мягко сказала она. – Много зверушек умерло, пока я научилась.

– Я чувствовала, что он вот-вот погибнет, но ничего не могла поделать. Мне кажется, это не я забирала жизненную силу, а кто-то во мне. Какой-то демон, которого невозможно контролировать.

Не понравилось Маше это унылое «невозможно», но что поделать? В данный момент сомнения Даны были естественны.

* * *

На собрание в офисе охранного агентства они отправились все вместе, хотя Андрей и пытался настоять на том, чтобы Дана осталась дома – боялся за неё, ведь она по-прежнему выглядела усталой. Однако та категорически отказалась оставаться одна, да и Маша хотела, чтобы она была всегда рядом, под присмотром. Андрей предоставил Дане одежду из гардероба своей жены: джинсы, блузка, туфли, косынка, чтобы прикрыть бритую наголо голову.

Два десятка человек – представители различных клубов и организаций – расположились в самом просторном помещении офиса, в вестибюле. Каждый счёл своим долгом выразить соболезнование Дане и Маше, а некоторые с пылом заверили, что убийцы Ильи за всё ответят.

Началось обсуждение предстоящей акции. По некоторым прикидкам на неё должно было собраться не меньше трёхсот человек. Место сбора – пустырь возле территории бывшей воинской части. Время – семь вечера. Андрей настоял на том, чтобы к рядовым сектантам, по возможности, силу не применять. Заявил, что они всего лишь несчастные люди, которым всякие уроды мозги запудрили, и в их рядах совсем недавно были его жена и дочка. Все с ним согласились – особо зверствовать не стоит. Но это не касалось Грыжи, чудотворца и тех, кто Илью убил.

Маша сидела рядом с Даной возле окна, смотрела на этих людей и сознавала, насколько дядя Андрей был прав, когда сказал, что ей и Илье нужно было раньше довериться друзьям. Почему самые верные решения зачастую приходят слишком поздно?

Обсуждение акции продолжалось. После короткого спора решили, что на территории лагеря сектантов нужно действовать с большим шумом, для острастки. Представитель военно-патриотического клуба пообещал достать десяток взрывпакетов.

– Бог ты мой, – прошептала Дана. – Похоже, сегодня случится то, о чём в нашем городе ещё много лет вспоминать будут.

Впервые за последние сутки Маша улыбнулась, хотя улыбка эта была чем-то пограничным между жестокостью и радостью.

– А как насчёт ментов? – задал вопрос мускулистый блондин с татуировкой славянских рун на запястье. – Как с ними быть, если они обо всём прознают?

Настала очередь Маши высказать своё слово:

– Я должна увидеться с тем, кто у них главный.

Все посмотрели на неё удивлённо. Кроме Андрея. Он догадался, что она задумала.

– Начальник у них полковник Варламов. Гнилой мужик. Церковь Прозрения ему платит, как и всем его замам. Хочешь с ним увидеться?

– Вы же знаете, дядя Андрей, я могу сделать так, чтобы он приказал милиционерам нам не мешать.

– Это как же? – опешил блондин. – Я что-то нифига не понимаю!

Андрей усмехнулся, прошёлся взглядом по всем присутствующим.

– Просто поверьте, Маша это сможет сделать. Она жену и дочку от секты отворотила. Внушила им, что Церковь Прозрения это зло, и отворотила. Я сам едва не спятил, когда увидел, что она делать умеет. Это какое-то чудо, хотя я убеждаю себя, что это гипноз.

– Гипноз? – фыркнул парень в кожаной жилетке. Он стоял возле кадки с фикусом и всем своим видом говорил: чушь собачья!

Но Маша знала, как его переубедить. А так же всех остальных, кто смотрел на неё сейчас с предубеждением. Она подошла к «Фоме Неверующему» и тихо произнесла:

– Ты видишь луну в глазах моих?

Пара секунд – и она полностью взяла под контроль его рассудок, даже не пришлось напрягаться. Он оказался из того большинства людей, на которых чары словно бы сами собой накладывались – их сознание, как тетрадка, можно в неё что угодно вписывать.

– Я хочу, чтобы ты сейчас кое-что сделал, – Маша ненадолго задумалась. – Попрыгай на одной ноге, хлопая в ладоши!

Парень выполнил приказ, при этом лицо у него было таким серьёзным, словно от его действий зависела судьба человечества.

Присутствующие поднялись со своих мест, загомонили. Кто-то присвистнул:

– Охренеть!

Однако Маша решила, что прыжки на одной ноге – это скучно. В ней взяло верх ребячество. Она отдала новый приказ:

– Дерись с невидимым врагом!

Парень моментально принял боевую стойку. Удар рукой, ногой, уклонение, блок, ещё удар ногой. Настоящему, а не воображаемому противнику пришлось бы несладко.

– Всё, хватит! – громко сказала Маша, сообразив, что злоупотреблять своими способностями сейчас не стоит. – Я снимаю с тебя чары, ты свободен.

Бывший скептик прекратил бой, растерянно посмотрел по сторонам.

– Вот же чёрт! – его голос сорвался и прозвучал пискляво.

Андрей всплеснул руками.

– Ну что, убедились, что Маша необычная девчонка?

– После такого хочешь-не хочешь, а убедишься, – нервно рассмеялся блондин с татуировкой. – Меня аж пот прошиб. Сто раз потом подумаю, прежде чем сказать «не может быть».

Все теперь смотрели на Машу с уважением, как на бойца, который, пройдя испытание, превзошёл всяческие ожидания. Она даже смутилась и поспешила занять своё место возле окна. Дана прильнула к ней и прошептала:

– Умеешь же ты убеждать. Тебе дипломатом работать нужно.

Маша понятия не имела, кто такой этот дипломат, да и особо не горела желанием знать. Для неё одно сейчас было важно: Дана улыбалась! Лёгкая улыбка, но не вымученная. И это походило на первый лучик утреннего солнца после кошмарной ночи. У Маши тепло стало на душе. Только ради одной этой улыбки стоило жить, бороться и больше никогда не подпускать к себе уныние.

Пока присутствующие обсуждали увиденное,