Один лишний - Дмитрий Олегович Борисенко

туда один раз, я оставил больше пятисот рублей, после чего два дня ходил голодный. А Опоссум притащил бутерброды с вонючей колбасой и остался обедать в аудитории. Столовая, в которую пошел я, славилась своей выпечкой и ценами, поэтому в ней всегда было много народу. Дешево и вкусно. Я встал в конец очереди, которая довольно быстро продвигалась.

И тут зашла она, Катя. Губы накрашены все той же ярко-красной помадой. В ушах наушники, в руках книжка. Она встала за мной. Я украдкой пытался взглянуть на нее, но очень сильно боялся спалиться. Наконец, собрав все мужество и обернувшись, я понял, что девушка вообще не обращает внимания ни на меня, ни на кого-либо еще. Катя спокойно читала книгу. «Что она вообще делает в нашем универе?» – промелькнуло у меня в голове.

Подошла моя очередь, я заказал пиццу «Пепперони по-универски» и бутылку колы. Вполне достаточно, чтобы немного утолить голод. Взяв приборы – пластмассовые вилку и ножик, – я сел за маленький двухместный столик. Свободных мест в столовке почти не осталось. Отрезав первый кусочек пиццы, я начал его подносить ко рту, но моя рука замерла в воздухе.

– Здесь не занято? – спросила меня Катя, держа в одной руке стаканчик с кофе, а в другой – пластиковую тарелку с двумя пирожками.

Я молча смотрел на нее.

– Ау, можно присесть? – повторила она.

– Нет. То есть да, конечно, садись.

Мой кусок пиццы упал на стол. Выглядел я полным кретином. Катя посмотрела на меня, и ее губы тронула легкая улыбка. А я почувствовал, что краснею.

Зубчики пластмассовой вилки оплавились от горячей пиццы, изогнулись и деформировались. Я подцепил упавший кусок, и вилка окончательно сломалась. Из теста, обильно политого кетчупом, торчали белые зубцы, похожие на копья. Катю эта ситуация позабавила, она снова улыбнулась.

– Очень горячая пицца, – попытался оправдаться я.

– Да, я так и поняла.

«Боже, что я несу…» Поднявшись, я сходил к буфетчице за новой вилкой. Надо было что-то делать, как-то поддержать разговор. Я и так почти все испортил. Гребаная вилка!

– Меня, кстати, Саша зовут! – слишком резко выпалил я, вернувшись к столу.

– Я знаю.

Она даже не взглянула на меня, похоже, для нее я был пустым местом.

– А ты Катя, да?

Девушка кивнула. Вот и весь диалог.

И что дальше, что мне говорить-то? Как привлечь ее внимание? Вспомнив, что она любит рисовать, я хотел расспросить ее о рисунках, но в этот момент Катя поднялась, выкинула стаканчик и пошла в сторону выхода.

Я идиот.

16

– Ты чего такой унылый? – спросил меня Вано, когда я зашел в аудиторию.

– Пицца дерьмовая была, – небрежно бросил я.

– Остался бы с Опоссумом, бутербродов поел. Смотри, какой он счастливый.

Рома сидел около окна и напевал себе под нос какой-то раздражающий мотив.

– Ага, точно…

Началась лекция, но писать я не мог. Перед глазами стоял образ Кати, ее безразличное и одновременно такое манящее, таинственное лицо. Ее притягательные красные губы, карие глаза, в которых хотелось утонуть.

– Санек, ты что творишь? – окликнул меня Вано.

Я вернулся к реальности.

– Что?

– На парту посмотри.

На столе были глубокие синие царапины, а в руках я держал ручку, которая треснула от напряжения.

– Это что, я сделал?

Я удивленно смотрел на изуродованную парту.

– М-да, сегодня с тобой явно что-то не так. Тебе опасно давать в руки острые предметы, а то так задумаешься, и хана придет какому-нибудь Опоссуму.

– Чего?

Рома посмотрел на нас, оторвавшись от конспектирования лекции.

– Ничего, пиши, – усмехнулся Вано.

Я не написал ни одного слова, снова и снова возвращаясь к моменту в столовой. Каким же нужно быть дураком… Я уменьшил шансы на нормальное общение с Катей примерно на пятьдесят процентов, если не больше. Боюсь представить, что она думает обо мне. Наверное, считает умственно отсталым и теперь точно ко мне никогда не подойдет, а уж тем более не сядет со мной за один стол.

Пара закончилась. Вано рассказывал что-то веселое, Юля смеялась. Потом, кажется, Опоссум выдал очередную шутку, потому что на несколько секунд повисло неловкое молчание. Желания участвовать в разговоре не было, хотелось поскорее остаться наедине с собой. Я даже отказался выкурить сигарету вместе со всеми.

Распрощавшись с друзьями, я помчался домой. У меня созрел план. Я решил попытать удачу в интернете и помониторить страницы «ВКонтакте».

Зайдя в квартиру, я скинул обувь, забежал в комнату и открыл ноутбук. Но тут же в испуге отскочил – оттуда выполз огромный таракан. Теперь тапок всегда лежал у меня под столом. Лазутчик в панике перебрался на стул, пытаясь найти какое-нибудь укромное место. Но моя боевая подошва быстро его настигла. Послышался уже приевшийся за месяц хруст. Вырвав листок из тетради, я стер останки моей жертвы и выкинул в мусор.

«ВКонтакте» я начал исследовать группу, в которой состояли поступившие в этом году студенты. После выставления нужных фильтров нашлось больше десяти Кать. Но ни одной, похожей на ту, что я искал. Я прошерстил официальную страницу универа – безрезультатно. Нашел несколько ее одногруппников, просмотрел их друзей. Кати там не обнаружил. Разочарованный, я закрыл ноут и закурил прямо в комнате. Не судьба.

На следующей неделе я ехал в универ, окрыленный надеждой, что встречу там Катю. Смогу хотя бы одним глазком взглянуть на нее. Но нет, на общую пару она не пришла. Не появилась она и через день.

17

За шесть недель учебы мы с отцом ни разу не созвонились. Раз в месяц он высылал мне пятнадцать тысяч на питание и карманные расходы. На еду этого вполне хватало, но любой поход в бар сильно ударял по моему бюджету. Честно говоря, даже такого жеста от бати я не ожидал. Похоже, он действительно делал все, чтобы я не вернулся раньше времени.

В Москву я взял свои небольшие накопления. За два года удалось насобирать целых тридцать тысяч, на которые я планировал прожить первые несколько месяцев, но в итоге так и не тронул их. Пятнадцать тысяч в месяц – это неплохие деньги для студента, но мне хотелось избавиться от батиных подачек и начать обеспечивать себя самостоятельно. Без работы я не мог послать его и сказать, что не нуждаюсь в деньгах.

Зайдя на HeadHunter, я не поверил своим глазам, когда увидел зарплаты. Сорок пять, шестьдесят, восемьдесят тысяч, и почти нигде не требовался опыт работы. В Тамбове за такую зарплату люди готовы душу продать. Но в итоге все оказалось не так радужно. По графику мне подходил лишь фастфуд типа «Макдоналдса» или KFC, а также требовались курьеры или официанты в баре.

Кричать в «маке» «свободная касса!» желания не было, этот вариант сразу отпал. Развозить посылки казалось заманчивым, но, прочитав несколько статей и отзывов в инете, я понял, что там нужно будет работать двадцать четыре на семь, чтобы получать нормальные деньги. Работа в баре была самым доступным вариантом, к тому же там можно получить полезный опыт. Выбор заведений был огромный, но я опирался исключительно на названия. Отобрав несколько, я начал звонить.

По первому номеру меня постигла неудача, сотрудники там больше не требовались. Во втором баре не подходил график. По третьему номеру вообще не взяли трубку. Последним остался кафе-бар под названием «Go to the Rock». Без особой надежды я набрал номер.

– Добрый день, бар «Go to