Вадим Смиян - Одноклассница

    Если бы его спросили, зачем он все же снова явился сюда, если совершенно не верит в успех своего предприятия, он, наверное, затруднился бы с ответом. Пришел он со странным  и смешанным чувством…Возможно, все-таки надеялся…На чудо! Что Раиса ему все расскажет о его квартире, и Татьянины кошмары сами собой прекратятся. У нас люди при всем своем неверии в чудесное умудряются при этом всю свою жизнь надеяться на чудо. Но Виктор все же был не из таких людей. И пришел он не за чудом, а скорее потому, что неделю спустя ему страстно захотелось увидеть Раису. Увидеть ее – пусть даже такую, так сильно изменившуюся, – но увидеть Ее! Ибо для него она была не просто одноклассницей. Она была его первой любовью…и осознал он это лишь спустя несколько лет после окончания школы, когда мало-мальски серьезно узнал жизнь, узнал людей. Как часто он мучился при мысли о том, что после школы они расстались так просто, так бездумно…Даже не прощаясь. А впрочем, даже школьного романа между ними не было. Было только сумасшедшее безудержное обожание…с его стороны. А с ее?..Пожалуй, ничего не было. Скорее, она просто позволяла ему робко боготворить себя, и все.Но и этого ему хватало,чтобы чувствовать себя счаст

 ливым. Каждый день, собираясь в школу, он приходил в восторг, что сегодня снова увидит ее. Как он любил ее глаза, которые бывали такими разными: то синими-синими, как ледниковые озера весной, а то – становились серо-стальными, будто заснеженные зимние поля!..А еще любил ее волосы, удивительные пшеничные волосы с пепельным отливом, ее вечно спадавшую на лоб густую челку и длинную толстую косу, которую она заплетала всегда с какой-то особой элегантной небрежностью, присущей одной только ей. Он обожал ее руки – красивые, крупные,ее длинные гибкие пальцы…Он так любил украдкой смотреть на них, мысленно покрывать их робкими, полудетскими поцелуями! Сделать такое в реале он просто не осмелился бы. Раиска была выше всех в классе ростом и всех сильней. Не только девчонок, но и мальчишек! Они это знали и уважали ее не только за ее силу, но и за то, что силой своей она никогда не кичилась. Но если кто-то начинал заноситься и хулиганить, ей довольно было просто крикнуть на шалуна, и все вставало на свои места. Поэтому, наверное, все годы обучения ее бессменно выбирали классным старостой…Ну еще бы! Виктор на всю жизнь запомнил, как однажды на перемене один малый, известный хулиган и второгодник, носился по коридору как угорелый, и даже учителя не могли его унять: он просто не слышал их окриков. И вот он налетел на одну девочку-тихоню, напугав ее до полусмерти и едва не сбив с ног. В ту же минуту Раиска, оказавшаяся рядом,схватила его за волосы и швырнула на пол так,что мальчишка покатился кубарем! Одной рукой! Все вокруг так и ахнули! А паренек был крупнее и тяжелее Виктора…После такого броска разбойник присмирел сразу и с тех пор смотрел на Раю как на главную в классе…Ну, после классного руководителя, конечно. Как же такую девочку не назначить старостой!..Да еще если она учится на пятерки…

    Сколько с той поры воды утекло! Виктор не чаял когда-нибудь увидеть Раю…Только вспоминал ее часто – восторженно, мучительно, страстно…И вдруг – такая вот странная неожиданная встреча! Что за дикие зигзаги способна порой выписывать жизнь!..

    И теперь Виктор, идя на встречу с этой изломанной невзгодами, спивающейся женщиной, в которой почти ничего не осталось от прежней Раисы, все равно чувствовал себя так, будто вновь прикасался к самому сокровенному в своей безрадостной судьбе…И возможно – к самому главному.

    Он с бьющимся сердцем  приоткрыл ужасающе скрипящую калитку и, переступив порог-бревно, сразу же услышал скрип снега под быстрыми шагами. Обернулся – к нему спешила Полина.

    - Здравствуй, мил-человек!..Ты уж не серчай, имени с прошлого раза не упомнила!

    - Здравствуйте, Полина. А зовут меня Виктор. Вы, конечно, не забыли мою просьбу?

    - Нет-нет, как же можно!..Помню, милый, помню…Я никому. Ни-ни! А пришла сказать: дома Райка-то! Дома…И трезвая. С утра во двор трижды выходила, будто ждала. Так что ступай, милок, решай свое дело, Бог тебе в помощь!..

   Виктор поблагодарил, усмехаясь про себя: стоило денежку дать, и вот уже тетка ковром стелется! И можно не сомневаться – языком чесать не будет, ибо ждет – а вдруг чужак еще даст? Так что тут все нормально.А вот как с Раисой обходиться – Виктор так и не придумал. Надо потолковать с ней, посмотреть-прикинуть, с какого боку к ней лучше подобраться…Осторожно, ненавязчиво…

    Раиса сразу вышла на крыльцо, как только он приблизился к ступеням. Наверное, в окно его увидела.Стала перед своей дверью – высокая, крупная, одетая в платок и потертый полушубок. Серые большие глаза смотрели холодно и сурово.

     - Здравствуй, Раиса…- смущенно произнес Виктор.

     - Здравствуй,..- хмуро ответила женщина. – Опять пришел?

    - Вот пришел…и бутылочку принес,- криво улыбнулся Виктор, чувствуя себя последним идио

 том.

    - Ну заходи в дом, коли принес, - просто сказала Раиса, поворачиваясь к нему спиной и открывая дверь. – Да быстрее заходи, чтобы холоду не напускать!

    Она сказала, как скомандовала. И Виктор вспомнил приказной тон своей классной старосты, так волновавший его когда-то. Сердце отозвалось на воспоминание сладкой болью.

    Они вошли в сени. Раиса сняла платок с головы. Скинула полушубок. Виктор стоял посреди тесного помещения, нелепо озираясь и не выпуская из руки увесистой сумки.

     - Ну и чего стоишь столбом? – спросила Раиса. – Пришел – так раздевайся, мой руки, в комнату проходи…

     Виктор послушно снял меховую куртку, повесил в сенях на крючок. Умывальник оказался допотопный: емкость с соском внизу. Поднимаешь сосок снизу, и водичка льется на руки. Если, конечно заранее в емкость воду из ведра залить…

   В комнате оказалось убрано и вполне чисто – Виктор подспутно боялся, что увидит нечто подобное тому, что они с Татьяной застали в брошенной Раисой квартире. На окошках – белые занавески. На полу – пара ковровых дорожек. На столе – домотканая скатерка. Старая мебель, явно довоенного еще производства. Под потолком – тканевой абажур, из тех, что запомнились Виктору с далекого детства – цветочки, бахрома…В углу – икона с худым и суровым ликом какого-то святого, потемневшая от времени и явно перешедшая по наследству, как впрочем, и все остальное. Ну что же…Старомодно, как-то даже патриархально, однако вполне уютно.

       Виктор жадно всматривался в Раису, тщательно избегая при этом прямых взглядов. Перемены, происшедшие в ее облике, не могли не удручать…Глаза ее давно утратили ту васильковую синеву, что когда-то так влекла и вдохновляла его,теперь они постоянно имели цвет зимнего поля в пасмурный день. Исчезли и чудесные пшенично-пепельные волосы…Теперь Раиса стриглась коротко, и ее короткая бесхитростная прическа отливала каким-то серо-желтоватым оттенком. С немалым удивлением Виктор заметил, что и фигура, и даже телосложение его давней любви весьма изменились: перед ним была высокая сухопарая женщина, довольно узкоплечая, с четко обозначенными ключицами и невыразительной грудью…Виктор почувствовал горькое разочарование. Ну что же делать – жизнь есть жизнь, а годы отнюдь не украшают, особенно когда несут с собой сплошные невзгоды…

   Он извлек из сумки и выставил на стол принесенную водку и снедь. Раиса тем временем пошла на кухню и принесла оттуда соленые огурчики, селедку пряного посола, какой-то дешевый сыр. На стол собрали за несколько минут и сели друг против друга.Виктор открыл бутылку и налил водку в два граненых стакана.

    - Ну что ж, - нерешительно произнес он. – Давай выпьем…за встречу что ли…

     Женщина не ответила, а только поднесла свой стакан к его стакану, чтобы чокнуться.  

     Выпили.

 Заедая водку соленым огурцом, Виктор горько подумал о том, что нередко вспоминая о своей первой школьной любви, никогда бы не подумал, что их встреча будет вот такой…

   Водка была добротная, качественная, и по башке ударила хоть и крепко, но скованность и растерянность сняла почти сразу. Виктор заметил живые огоньки, появившиеся в Раисиных глазах. Дальше-то что делать?.. Но тут Раиса сама завладела инициативой.

     Она отставила от себя опорожненный стакан и уставилась на Виктора тяжким и пристальным взглядом.

   - Ты кто хоть будешь-то? – вдруг спросила Раиса. – Снова сыщик, что ли?..

   Виктор чуть не подавился куском селедки.

   - Рай, да ты чего?..Я же одноклассник твой, Виктор С-ин! А что, к тебе сыщики ходят? С какой стати? Чего им у тебя искать?

   Он задал вопрос неспроста – а вдруг женщина сразу и расколется? Однако не тут-то было…

    - Ишь ты! Любопытный какой…- сказала Раиса, и Виктор невольно вздрогнул – она произнесла эту фразу с той же интонацией, с какой говорила ее в школе, когда они вместе,бывало, дурачились,сидя за одной партой! -  Раньше ходили сыщики, а теперь вот не ходят! Знать тебе про то незачем.Так-то…одноклассник…