Шарлатаны - Робин Кук

о которой Вам следует знать, особенно если Вы хотите, чтобы я продолжала расследование.

С уважением, Роберта Хинкл

Ной озадаченно смотрел на экран, недоумевая, почему Роберта не написала прямо, какие тайны ей удалось раскопать. Что бы это ни было, видимо, нечто отвратительное. Ной отправил сообщение с просьбой посвятить его во все подробности, а через несколько секунд пришел ответ:

Доктор Ротхаузер, я обнаружила кое-что странное, касающееся биографии Авы Лондон. Возможно, будет лучше поговорить по телефону.

С уважением, Роберта Хинкл

Ной схватил телефон и набрал номер Роберты. Его начали раздражать эти полунамеки и таинственная недоговоренность. Ожидая, пока детектив ответит, Ной нервно барабанил пальцами по краю стола. Но, даже сняв трубку, Роберта заговорила не сразу, а попросила подождать, пока она выйдет из читального зала.

— Ну вот, я на улице, — сказала Роберта. У нее был приятный голос с легким гортанным акцентом, напомнившим Ною выговор Авы. — Прошу прощения, доктор Ротхаузер, но ситуация выглядит крайне загадочной: информация, которой вы снабдили меня, соответствует истине, за исключением одного: Ава училась не в Лаббоке, а в Браунфилде. Но важнее другое: Ава Лондон не окончила школу.

— Как это? — Ною показалось, что он ослышался.

— Ава Лондон совершила самоубийство за несколько месяцев до выпуска, ровно через год после самоубийства отца. Использовала тот же пистолет и выстрелила в себя в той же комнате, где умер ее отец. Обнаружив эти сведения в школьном ежегоднике, я взяла номера местной газеты. Трагедия всколыхнула весь город, о ней писали в течение нескольких недель. Мистер Лондон и его дочь были известными людьми в Браунфилде. Полиция начала расследование. И хотя в конечном итоге обвинения никому не предъявили, многие считали, что к роковому шагу девочку подтолкнула травля в социальных сетях. Называли имена как минимум трех одноклассниц Авы, которых подозревали в организации травли, но полагают, были замешаны и другие. Имена тех девушек: Конни Дуган, Синтия Санчес и Гейл Шафтер.

Повисла тишина. Почти минуту оба не проронили ни звука. Это был уже второй удар, обрушившийся на Ноя за последние полчаса и поразивший гораздо сильнее, чем первый, когда выяснилось, что агенты ФБР помогли Мейсону заполучить из закрытого архива экземпляр его диссертации. Роберта первой нарушила молчание, дав Ною достаточно времени, чтобы прийти в себя.

— Доктор Ротхаузер, так вы хотите, чтобы я продолжала расследование?

— Погодите немного, мне надо переварить это открытие. Я вам перезвоню. Хорошо?

— Да, конечно.

Повесив трубку, Ной вскочил и принялся мерить шагами комнату. Крошечная гостиная не позволяла развернуться: четыре шага — и он упирался в стену, однако Ной чувствовал потребность двигаться. Бегая взад и вперед, он вообразил, как является к Аве и бросает ей в лицо горькие слова: оказывается, вовсе не Гейл Шефтер, а она, доктор Ава Лондон, и есть самая настоящая марионетка, подделка! Фейковый аккаунт! Однако он быстро отказался от этой затеи, сочтя ее детской жаждой мести: Ава предала его, а сама скрывает гораздо более серьезные вещи, чем его невинная подтасовка данных в научной работе, которую нужно было успеть сделать к сроку. Кроме того, у Ноя не было стопроцентной уверенности в причастности Авы к его теперешним неприятностям.

Он взял телефон, собираясь перезвонить Роберте, но на экране уже висело сообщение от нее: «Возвращаюсь в Лаббок, связь на трассе плохая. Если не удастся соединиться, оставьте голосовое сообщение, я перезвоню. Или напишите. Роберта».

Ной отправил письмо по электронной почте:

Уважаемая мисс Хинкл!

Несмотря на столь неожиданный поворот, мы попросили бы Вас продолжить расследование, касающееся профессиональной подготовки Авы Лондон в университете Бразоса. В связи с открывшимися фактами мы хотели бы проверить, не менял ли кто-либо имя на Аву Лондон в интересующий нас период. Возможно, в архивах округа найдется соответствующее постановление суда. И последнее: не могли бы Вы прислать фотографии из школьного ежегодника Гейл Шефтер и Авы Лондон?

Мы чрезвычайно признательны Вам за проделанную работу.

С уважением, доктор Ной Ротхаузер

Отправив письмо, Ной уставился на компьютер, гадая, что можно разузнать об Аве в базе данных БМБ, зайдя туда на правах главного ординатора. Поскольку, несмотря на временное отстранение от работы, формально Ротхаузер все еще являлся членом координационного совета, у него оставался доступ к личным делам сотрудников клиники. Ной усмехнулся: он намеревался взломать компьютер в учебном заведении Авы, когда мог вполне легально получить ту же информацию в родной клинике и выяснить, кто из преподавателей кафедры анестезиологии Бразоса подписывал ее рекомендации, а то и посмотреть сами документы.

Ной пробежался пальцами по клавиатуре, вводя нужный пароль, и после нескольких кликов мышкой оказался в базе данных клиники. Он уже готов был зайти в учетные записи сотрудников, но вдруг заколебался. Ной знал, что система БМБ фиксирует все его действия, это стандартная процедура, но беспокоило другое: а вдруг в связи с разразившимся скандалом администратор поставил особое оповещение о том, что Ротхаузер заходил в базу под своим логином? Тогда на заседании совета обязательно всплывет, что отстраненный от работы главный ординатор рылся в учетных записях коллег — поступок, который явно не пойдет на пользу его репутации. Конечно, это не так ужасно, как хакнуть университетский компьютер в Техасе, но все же достаточно плохо.

— Черт подери! — вслух выругался Ной. У него возникло чувство, будто он блуждает по нескончаемому лабиринту и на каждом повороте упирается лбом в стену. Он собрался выйти из своего аккаунта в базе больницы, когда на телефон пришло оповещение о новом сообщении в почтовом ящике. Ной быстро переключился в окне ноутбука на страницу электронной почты, но не успел щелкнуть по закрытому конверту, как увидел, что маленькая точка в правом верхнем углу исчезла: кто-то прочел письмо. Ной в замешательстве уставился на экран, перевел взгляд на графу с указанием времени, — нет, он не ошибся, сообщение только что поступило. Потом снова посмотрел на конверт: точка вернулась на место.

Ной застыл, по спине пробежал неприятный холодок. Он медленно оторвал руки от клавиатуры, не сводя глаз со значка. Затем взял ноутбук и внимательно изучил все имеющиеся слоты со всех сторон, но ничего не заметил. Однако это не решало проблему: ноутбук очевидно взломали с помощь программы-шпиона. Кто-то отслеживал его действия в Сети и читал входящую и исходящую корреспонденцию. Может это быть как-то связано с хвостом на улице? В памяти всплыло лицо чернокожего атлета, когда они стояли на перекрестке, сверля друг друга глазами. Затем Ной вспомнил Теллу Смит: по ее словам,