Rulez - Гарри Поттер и двойной капкан

И Снэйп протянул Гарри точно такое же зеркальце, что и Сириус дал крестнику год назад. От удивления, Гарри едва его не выронил.

— Ты уже видел это прежде? — корректно спросил Снэйп, делая вид, что он не читает мысли Гарри. — У Блэка было такое же, я знаю. Вообще-то, это я придумал.

— Вы? — изумился Гарри. — Но, Сириус сказал, что эти два зеркала они сделали с моим отцом.

— Да, они сделали их после того, как выкрали у меня записи с нужным заклинанием, — ответил Снэйп, — еще одна причина, по которой я ненавидел Джеймса Поттера. Если будет плохо — обращайся.

— Спасибо, сэр, — сказал Гарри, — знаете, я еще не сказал вам, что мое сломанное плечо иногда простреливает болью так сильно, что я не могу ничего держать в правой руке.

— Последствия проклятия этого подонка, — снова ругнулся Снэйп. — Я бы прибил его своими руками за такое. Надеюсь, ты засадишь его в Азкабан лет эдак, на двадцать — тридцать. Иди и поспи, Поттер, сон — лучшее лекарство. И, если завтра будешь чувствовать себя не лучшим образом — не ходи не уроки — я все объясню директору.

— Спасибо, Мастер Снэйп, — сказал Гарри и вышел из кабинета.

Гарри вернулся в башню Гриффиндора и сразу же поднялся в спальню. Он положил мантию, карту и шоколад в чемодан, положил палочку на тумбочку и, не раздеваясь, лег на кровать. Спасть, конечно, он не мог, но постарался успокоиться и довериться Снэйпу — даже Дамблдор не мог делать некоторые вещи, которыми владел Мастер Зелий. Через двадцать минут Гарри услышал, как в дверь спальни отворилась.

— Гарри? — позвал Рон. — Ты что, спишь?

— Нет, просто лежу, — перевернулся Гарри на спину. — Уроки закончились?

— Да, — ответил Рон, — а чего ты сбежал с Защиты — Люпин так расстроился. Что с тобой?

— Сил нет, — буркнул Гарри.

— Устал? Ну, ничего, пару деньков, и все будет ОК!

— Нет, не будет, Рон, — ответил Гарри. — Эта тварь своим проклятием лишил меня волшебной силы.

— Не может быть! — ужаснулся Рон, как раз в этот момент вошла Гермиона.

— Гарри, ты плохо себя чувствуешь? — спросила она.

Гарри не стал еще и ей рассказывать — Рон передал подруге слова Гарри, та, конечно же, уже догадалась, что что-то не то.

— И что ты будешь теперь делать? — спросила она.

— Ничего, — ответил Гарри, не желая вдаваться в подробности его дальнейших действий. — Дамблдор сказал, что сила вернется сама.

— Когда? — спросили Рон и Гермиона вместе.

— Через пару недель, — равнодушно ответил Гарри, — а, может, через пару месяцев, а, может, через пару лет. Откуда я знаю?

Последние слова он уже прокричал от отчаяния.

— Не приставайте ко мне! — воскликнул он, вновь перевернувшись лицом вниз, но неудачно повернулся и вскрикнул от боли в правом плече.

— Гарри, неужели рука все еще болит? — нежно спросила Гермиона, присаживаясь на край его кровати.

— А что, похоже, что я симулирую? — нагрубил Гарри. — Оставьте меня, пожалуйста. Мне итак тяжело, тут еще вы лезете с дурацкими вопросами!

— Ты же наш друг, Гарри, — еще нежнее сказал Гермиона. — Как мы можем быть равнодушными. Рон, слушай, я оставила сумку Гарри внизу, возле двери — ты не принесешь?

— Конечно, — отозвался Рон и вышел.

Как только хлопнула дверь, Гарри почувствовал, что Гермиона гладит его по волосам, и он тут же успокоился.

— Гарри, я знаю, как тебе тяжело, — тихо сказала она, — но не надо нас отталкивать — мы боимся, что эти гады могут воспользоваться твоей временной магической беспомощностью, чтобы снова навредить тебе.

Гарри накрыла волна воспоминаний, и он так резко сел, что Гермиона даже вздрогнула.

— Ты умеешь меня успокоить, — мягко сказал он, беря ее за руку и касаясь губами. — Чтобы я делал без тебя, Гермиона? Твоя выдержка меня поражает.

— Почти как у Снэйпа? — улыбнулась она, проводя ладонью по его щеке. — До него мне далеко.

Гарри посмотрел в карие глаза девушки и не смог удержаться, чтобы не прижать ее к себе. Она нежно поцеловала его в уголок рта, и тут Гарри вспыхнул — он стал жадно целовать ее в губы, затем покрыл лицо и шею поцелуями, чувствуя, как закружилась голова. Гермиона ответила ему тем же, издав тихий стон.

Гарри потерял контроль над эмоциями и опустил голову на подушку, утягивая девушку за собой. Ее длинные волосы спадали вниз, Гарри ласково убрал их в сторону, открывая лицо. Он провел рукой по ее спине, стягивая с плеч мантию, девушка расстегнула пуговицы на его рубашке. Страсть просто свела их с ума, они даже не услышали, как открылась дверь в спальню.

— Что вы делаете? — закричал Рон.

Гермиона тут же вскочила и села на кровать спиной к Рону. Гарри тяжело дыша, посмотрел на друга, лицо которого было красным, как свекла.

— Гарри? Гермиона? — задыхался Рон. — Вы что тут собрались делать?

— А на что это было похоже? — сказал Гарри.

— Но…, как же ты…, вы…, - Рон не мог найти слов.

— Мы делали что-то противозаконное, Рон? — спросил Гарри, застегивая рубашку. — Не нужно так реагировать, — раздался голос Гермионы от окна.

— А с тобой я вообще не хочу больше разговаривать! — рявкнул Рон.

— А в чем дело, Рон? Гарри — не Крам, — спокойно ответила Гермиона, подходя к нему. — Своей ревностью ты ничего не изменишь, так что лучшее, что тебе стоит сделать — принять все, как есть.

— Ревностью? — выдохнул Рон.

— Да, Рон, ревностью, — сказала Гермиона. — Ты столько лет смотрел на меня и не находил во мне девушку. Но сразу же изошел ревностью, увидев меня на балу с Виктором. Я еще тогда сказала тебе, что ты должен был сам сделать первый шаг ко мне. А теперь я сделала свой выбор. Ты можешь либо принять его, либо нет. Но от этого ничего не изменится.

— Но вы же не можете…, - выдавил Рон, — нельзя же так со мной. Я же…, ты разве не знаешь, что я…, что ты мне нравишься, Гермиона?

— Я вижу это, Рон, — спокойно ответила Гермиона, — я же женщина…, но твое поведение не располагало меня к тому, чтобы ответить тебе взаимностью.

— Чего? А что я делал не так?

— Да все! — не выдержала Гермиона. — Когда ты повзрослеешь, Рон? Твое поведение можно расценивать только, как детство. Ты изменился, но совсем немного — ты думаешь только о Квиддитче, о шоколадках, о том, как достать Малфоя…

— А разве Гарри думает не о том же? — бросил Рон.

— Ценности Гарри не ограничиваются только этим, Рон, — ответила Гермиона, — Рон, я не хочу тебе сейчас всего рассказывать, чтобы окончательно не поссориться с тобой. Но ты должен винить только себя, а не меня или Гарри.

— Но если бы я не зашел…, да ты специально меня отправила вниз, чтобы заниматься с Гарри…этим! — прокричал Рон.

— Рон, прости дружище, но это уже тебя не касается, — вмешался Гарри. — Я не хочу, чтобы ты наговорил гадостей Гермионе. Гермиона, я сам с ним поговорю, без тебя.

Девушка вышла.

— Сядь, Рон, — тихо сказал Гарри. — Я не хотел, чтобы ты увидел все это, прости, друг. И Гермиона не за этим тебя послал вниз.

— А зачем тогда?

— Она просто меня успокаивала, — пытался успокоить Рона Гарри. — Но я просто потерял контроль.

— Да, но она тоже тебя целовала! — возмущался Рон. — Я видел, что она тебя раздевала! Вы что, собирались заниматься сексом в нашей спальне?

— Рон, я уверен, что до этого бы не дошло, — покачал головой Гарри, — это был просто порыв и не более. Тем более, что Гермиона вовремя бы остановилась сама, поняв, куда это может привести. У девушек на такие дела стоит внутренний тормоз.

— Ага! Конечно, остановилась бы она! — зло усмехнулся Рон. — Пока я нашел голос, чтобы спугнуть вас — прошла минута! За это время я чуть не сгорел от стыда!

— Рон, но мы же уже почти совершеннолетние — никто нас за это не осудит, — ответил Гарри, — если желание заняться любовь обоюдно — тут нет ничего криминального или постыдного.

— И где ты таких слов набрался? — удивился Рон. — Я даже слышал, как вы стонете от удовольствия! Если бы не закричал — стал бы свидетелем ваших любовных баталий.

— Рон, — покачал головой Гарри. — Вот поэтому, Гермиона на тебя не обращает внимания. Ты не можешь говорить о таких вещах деликатно.

— Деликатно? — возмутился Рон. — Но вы же — мои друзья! Я захожу в спальню для мальчиков и вижу, что на тебе лежит Гермиона; вы друг друга раздеваете, целуетесь и все такое! Я что, должен был выйти и закрыть дверь за собой?! Или покараулить, пока вы там будете наслаждаться сексом?

— Рон, ты — сама бестактность! — воскликнул Гарри. — В общем, я не знаю, как тебе объяснить все это, Рон. Ты должен принять это, или нет. Но говорить об этом с тобой я больше не буду.

— И что мне делать?

— Решай сам, — ответил Гарри и натянул свитер поверх рубашки. — У тебя есть сестра — спроси ее, как надо общаться с девушками и реагировать на то, что ты видел. Извини, Рон, но скоро ужин, я пошел вниз.