Марк Вайнгартнер - Месть Крестного отца

Свадьба Джонни Фонтейна с Франческой Корлеоне Ван Арсдейл прошла тихо, прямо на пляже Багамских островов, под самодельной аркой из пальмовых веток. «Открытие Америки» свернули неделей раньше, и парочка осталась на острове строить планы празднества, придумывая, как избавиться от прессы, и ожидая приезда ближайших членов семьи.

Джонни был в белом смокинге. Франческа в розовом платье из батика, сшитом прямо на острове. Погода стояла изумительная: безоблачное голубое небо и легкий бриз.

Ведя племянницу к алтарю, Майкл Корлеоне не стыдился слез.

Они с Джонни встретились взглядом. Джонни подмигнул. Майкл попытался улыбнуться. Он был искренне рад за них обоих. После церемонии Майкл с сестрой Конни пошли гулять по пляжу. Конни протянула ему руку, и Майкл взял ее. Они не ходили так с раннего детства, с той поры, когда он отводил сестру в школу.

— Какая замечательная пара, — отметила Конни. Бриз сдувал с лица волосы. Она напоминала некую героиню с эпической картины. — Невероятно, какого успеха добился фонд Нино Валенти. Очевидно, эти двое отменно работают вместе. И посмотри, как они счастливы. Дети у них ладят. Все кажется… — Конни покачала головой. — Замечательная пара, — повторила она мягко.

— Представляю, как тебе сейчас трудно, — сказал Майкл.

— Трудно? Почему мне должно быть трудно?

Майкл сжал ее руку, и они молча шли дальше.

Наконец Конни сухо рассмеялась.

— Поверь мне, это в прошлом. Да, одно время я запала на него, но так было с миллионами девушек. Я взрослая женщина. Знаю цену любви. Я счастлива за них.

Майкл кивнул.

— Говоря о любви, — продолжила Конни, — сожалею, что вы с Ритой расстались.

— Не стоит. Это в прошлом.

Они долго гуляли в тишине. У следующего отеля вдоль пляжа остановились в баре. Конни взяла «Пинаколаду», а Майкл воду со льдом. С напитками в руках они сели под зонт рядом с бассейном. Там плавали только дети.

— Так она тебе рассказала? — спросила Конни.

— Кто и что должен был мне рассказать?

— Рита рассказала тебе, что у нее есть ребенок? Сын. От Фредо. Тогда она еще была танцовщицей в Лас-Вегасе и уехала рожать в монастырь в Калифорнии. Фредо все оплатил. Обычно девушки, залетавшие от него… предпринимали меры. Но Рита… ну, конечно, она не такая. Она не могла этого сделать. Ребенка усыновили. Я попыталась выяснить, кто приемные родители, где он, однако с церковью не договориться. Думала, ты в курсе. Извини.

— Она поделилась с тобой?

Конни покачала головой.

— Фредо рассказал.

— Когда?

— Давно. Знаешь, я ведь могу хранить, секреты не хуже мужчин в нашей семье. — Она повернулась к брату лицом. — Ты как себя чувствуешь? Может, съешь что-нибудь?

— Я в порядке.

— Ты выглядишь… ты бледен.

— Я в порядке,, — повторил Майкл. Сахар был в норме. Он пошел в бар и взял напиток покрепче.

Вернулся и сел рядом с сестрой. Они смотрели на детей, купающихся на фоне белого песка и океана. Конни взяла Майкла за руку.

— Ему должно исполниться восемь. Где-то живет такой вот мальчик. Пусть это будет тебе утешением.

Благодаря Майклу Корлеоне Карло Трамонти, как заявил Майкл членам Комитета, не угробил их всех. Президент Пейтон не продолжил так называемую войну с мафией. Директор ФБР снял агентов с задания. После выборов в Сенат 1966 года Дэниэл Брендон Ши занялся более достойными делами;.

В долгосрочной перспективе мафии был нанесен огромный урон. Молодые агенты ФБР не забыли того, что узнали. Молодые прокуроры тоже. Президента Ши оказалось легче убить, чем все думали, и народ заподозрил, будто его «пришила» мафия. Подобные настроения привели к принятию закона «О коррумпированных и находящихся под влиянием рэкетиров организациях», который дал обвинителям мощное оружие, чтобы отправлять гангстеров в тюрьму. Однако прошло десять лет, пока сложный закон впервые помог упечь за решетку мафиозного босса. К восьмидесятым Майкл Корлеоне и весь клан словно превратились в пародии на прежних себя. И все же годы, последовавшие за смертью Тома Хейгена, Джимми Ши и Ника Джерачи, были самыми спокойными для семьи Корлеоне. Наступил редкий промежуток времени, когда Майкл мог назвать себя почти счастливым.

Он часто С наслаждением вспоминал тот вечер на Стейтен-Айленде, Как ехал домой.

Майкл и Риччи Нобилио вышли из забегаловки «Джерри» во время ливня. Телохранитель дал им зонт, и они сели на заднее сиденье черного «Линкольна». Телохранитель занял место спереди. Майкл кивнул водителю, Донни Бэгсу, и машина унеслась прочь.

Месиво быстро убрали. Бар принадлежал Толстому Поли Фортунато. Он сам предложил провести у себя печальный решающий поединок в обмен на ряд услуг от Майкла Корлеоне. Аль Нери и Като Томаселли, подручный Майкла, Игравший роль телохранителя Греко, попали к лучшему хирургу на Стейтен-Айленде, которого поселил там дон Фортунато специально для подобных неприятных случаев. Раны Томаселли были незначительны. Что касается Нери, пуля прошла насквозь, задела и пробила легкое, но ничего более. Предстояло длительное и полное выздоровление.

Уборкой занимался Эдди Парадиз. Тело Джерачи бросили на лодку, которую Эдди продал Момо. Останки Косимо Бароне и Итало Боккикьо отвезли на свалку — непреднамеренный подарок Роберта Мозеса жителям Стейтен-Айленда. На возвышенности неподалеку жили Фортунато и главные члены семьи Барзини, место называлось Тодт-Хилл. В переводе с голландского «todi» означает «смерть». От Стейтен-Айленда у Майкла шли мурашки по коже.

Майкл Корлеоне проехал со своими людьми несколько миль по темным жилым улицам, пока Донни не повернул налево, к воде. Машина остановилась у заправки, закрытой в этот час, рядом с грузовым автофургоном с надписью «Флэтбуш новелтис». Сквозь дождь вдали вырисовывались очертания нового моста. Телохранитель вышел из «Линкольна». Из автофургона выпрыгнул Эдди Парадиз. Костюм низкорослого толстяка был грязен и порван. Эдди прошел под дождем, неспешно, без зонта, сел на место телохранителя и закрыл дверцу.

— Как ужин? — спросил Эдди, откинув с лица мокрые волосы. — Я слышал, забегаловка «Джерри» весьма хороша. Особенно отбивные.

Заметную горечь в его голосе можно понять и простить. Вечер выдался тяжелый для всех. Бароне был лучшим другом Эдди. Джерачи преподал ему хороший урок, и все же Эдди справился с делом и вышел победителем.

Майкл похлопал усталого caporegime по мокрому плечу.

— Ты оправдал мои надежды, Эд. Прими благодарность.

Эдди Парадиз пробурчал «спасибо». Майкл дал Донни Бэгсу знак трогать. «Линкольн» и грузовой автофургон разъехались в разных направлениях.

— Я преклоняю голову перед Эдди, — сказал Риччи Два Ствола. Той же ночью человека, которого он начал готовить на пост собственного лейтенанта, Рензо Сакрипанте, и который успешно работал во главе шайки головорезов с Никербокер-авеню, задушили в туалете на Мотт-стрит и бросили в кучу мусора на барже в Йорквилле благодаря любезности одного чиновника из городской канализации, коему пришло время отплатить услугой Майклу Корлеоне.

— Не стоит, — ответил Эдди.

Нобилио тоже похлопал Парадиза по плечу.

Майклу доложили, что Эдди устранил двух предателей из своей команды. Их скормили льву в подвале охотничьего клуба «Кэррол гарденс». Парадиз слышал, будто, попробовав человеческую плоть, лев не станет довольствоваться четвероногими. Аль Нери уверил его, что это миф, но что он может знать о львах? И всё же, как Аль сообщил Майклу, Эдди почти не жаловался.

Теперь Парадиз глубоко вздохнул, включил радио, настроился на рок-н-ролл и с изможденным видом откинулся на спинку. Из уважения никто не попросил его сменить станцию.

Темы разговора были исчерпаны.

Донни Бэгс — еще один протеже Джерачи, доказавший свою преданность семье, — был опытным водителем, обгонял машины, удачно попадал на светофоры, без, заносов катил по мокрой дороге, не обращая внимания на многие правила. Вскоре они уже пересекали мост Бейонн в Нью-Джерси. Нобилио заснул. Эдди постукивал кольцом по стеклу в ритм песне.

Слишком долго Майкл Корлеоне принимал как само собой разумеющееся таланты таких людей, как Бэгс, Риччи Два Ствола и Эдди Парадиз.

Именно после разговора Майкла с Эдди о традициях, лежащих в сердцевине организации, построенной его отцом, прекратились кошмары. Доктор приписал это, а заодно и исчезновение диабетических приступов хорошей диете и снижению стресса. Однако, на взгляд Майкла, он просто понял предостережение Фредо: держать связь с былыми временами, со старыми традициями, помнить, что источником величия их отца были отношения с людьми, отношения, в которых деньги и власть становятся побочными продуктами страха и любви. Машина нырнула в темноту туннеля Холланд. По радио пошли помехи. Нобилио резко проснулся.