Маша из дикого леса - Дмитрий Александрович Видинеев

– Да я же только забросила! Тут нужно ждать.

– Ну ладно, – в глазах Мертвеца загорелись искорки азарта. – Буду ждать. А вообще, спасибо, Машка. Я уж и забыл, когда мне что-то дарили.

– У меня ещё подарок есть, – Маша уселась на корягу, и Мурка тут же запрыгнула ей на колени. – Я узнала твоё имя! Тебя зовут Аркадий Северов. Теперь ты знаешь своё имя и больше не будешь Мертвецом. Здорово, да?

Она ожидала, что он завопит от восторга, но увидела лишь грустную улыбку на его лице.

– Хорошее у меня имя… Аркадий… Но ты, Машка, зря старалась. Через минуту я его забуду. Таково наказание. Ох, если бы всё так просто было…

– Ничего не зря! – возмутилась Маша. – Забудешь, а я напомню! Теперь я всегда буду называть тебя Аркадием. Подумаешь, наказание! Мне, между прочим, никто не запрещал называть тебя по имени.

– Как хочешь, – с непривычной мягкостью сказал Мертвец. – Но я всегда буду забывать.

– Тебя зовут Аркадий Северов!

– Я пока помню.

Он сосредоточенно уставился на поплавок, лучи рассветного солнца золотили его волосы. Маша принялась чесать Мурку за ухом.

– Я, кстати, твои картины видела. Илья мне принёс фотографии твоих картин.

– Понравилось?

Маша ответила с детской непосредственностью:

– Каляки-маляки какие-то, – она фыркнула. – Да я когда фломастер впервые в руки взяла, и то лучше картинки нарисовала. Мне Шишкин нравится и Васнецов. «Мишки на севере» там, «Иван Царевич на сером волке»…

– Темнота-а! – протянул Мертвец. – Вшей из башки вычесала, а осталась такой же дремучей, как была. Каляки-маляки, ну надо же! Что ты вообще понимаешь в абстракционизме? Ты хоть представляешь, сколько стоили эти каляки-маляки? «Мишки на севере» ей, видите ли, нравятся… Деревня!

Его слова Машу нисколько не обидели, даже развеселили.

– Что вижу, то и говорю! – заявила она бойко. – Я честная.

– Могла бы и соврать для приличия. Да почему не клюёт-то? Пялюсь-пялюсь на чёртов поплавок, а он не дёргается! Может, тут рыбы нет?

– Есть тут рыба. Илья говорит, что в рыбной ловле главное терпение.

Мертвец вздохнул.

– Ладно. Ты лучше расскажи, зачем позвала меня. Подозреваю, у тебя проблемы какие-то нарисовались.

– Ну да, – весёлый настрой снизился. Маша нахмурилась. – Мне каждую ночь снятся две башни. Чёрная и красная. И я чувствую, что внутри них что-то очень злое. Это, словно какая-то загадка, которую я не понимаю. Почему мне эти башни снятся, а?

После долгого молчания, Мертвец ответил:

– Думаю, это предупреждение. Ты должна быть осторожна. Уверен, всё это связано с врагами Луны.

– Но ты точно не знаешь, – разочарованно сказала Маша.

– Я знаю, что ты должна быть осторожна! – повысил голос Мертвец. – Судьба по-всякому столкнёт тебя с врагами Луны, чему я совсем, совсем не рад. Но это факт. По-другому просто быть не может. Это какое-то чёртово вселенское притяжение, которому невозможно противиться! Меня одно успокаивает: ты очень сильная. Намного сильней тех людей, что в лесной деревне жили. Ты с лёгкостью используешь дары Луны, а им приходилось для этого обряды сложные проводить. Почему я тебе всё это говорю? Хочу, чтобы ты была уверена в себе, когда начнётся противостояние. Неспроста тебе эти башни снятся. Готовься к тому, что скоро твоя безмятежная жизнь изменится. Короче, будь всегда начеку!

– Я не боюсь никаких врагов, – угрюмо буркнула Маша.

– А стоило бы.

Даже после всех этих предостережений враги Луны казались Маше какими-то нереальными. Они вроде бы где-то существовали, но их как будто и не было. Вот Грыжа – реальная. Она настоящий враг, а те, о ком говорил Мертвец… Не хотелось Маше их бояться и всё тут.

Но друга нужно успокоить:

– Я буду осторожна, обещаю, – она надеялась, что её слова прозвучали искренне.

Мертвец сурово посмотрел на Машу и снова уставился на поплавок. А потом его лицо сначала стало удивлённым, затем растерянным и даже немного испуганным.

– Клюёт! – выдохнул он.

– Тяни! – закричала Маша, вскакивая с коряги.

Мурка недовольно мяукнула. Мертвец, вытаращив глаза, рванул удочку на себя. В воздухе сверкнула рыбья чешуя. Плотвичка, размером с ладонь, плюхнулась на землю. Маша подбежала, схватила её и засмеялась.

– Вот и первый твой улов!

Мертвец отбросил удочку, обхватил голову руками. В его глазах горело восхищение.

– Ух ты! Нет, ты это видела, а? Как я её! Вот это рыбина! Да я настоящий рыбак, чтоб меня!

Возле ног Маши засуетилась Мурка. Кошка теперь мяукала требовательно: дай, дай!..

И была вознаграждена за свою настойчивость. С улыбкой глядя на своих друзей, Маша поняла две вещи: мёртвые люди умеют радоваться, как дети. А мёртвые кошки обожают рыбу не меньше, чем живые.

Ей пора было возвращаться. На прощание она напомнила Мертвецу его имя, которое он, кстати, уже благополучно забыл.

* * *

Что-то поганое творилось. Грыжа злилась: кто-то влез из дерьмового мира в её новый замечательный мир и нагадил! Нет, продолжал гадить! Уже больше трёх десятков человек покинули Церковь Прозрения. Просто взяли, сволочи, и перестали верить в то, во что верили! Ну не могли они вот так, сами по себе!.. Кто-то им мозги основательно промыл. Её люди их допрашивали, но ублюдки твердили одно и то же: «Прозрели! Поняли, что Церковь Прозрения и чудотворец – это зло!» Куча народу прозрела всем скопом всего за неделю?

Проблема. Теперь Грыжа точно знала, почему в последнее время чувствовала себя не в своей тарелке, почему ночами ворочалась с боку на бок, не в силах уснуть. Это было предчувствие, и оно, к сожалению, не подвело.

Куннар сказал, что мозги адептам промывают враги Грозы. Но он не был уверен. А Грыжа плевать хотела, кто это делал, для неё главное было найти засранцев и наказать. И она не слишком волновалась из-за того, что «засранцы» могут обладать не меньшей силой, чем сам Куннар. Злость подавляла всяческий страх. Грыжа была уверена в себе и в своём отряде специального назначения.

Её люди уже поработали с адептами Церкви: наказали, чтобы те, заметив хоть что-то подозрительное, сразу же сообщали ей, Грыже. Только ей! А Куннара нельзя беспокоить, у него и без того дел по горло.

Она хотела лично разобраться с проблемой, а потом просто поставить чудотворца перед фактом: «Я справилась! Нет больше врагов Грозы! Справилась, без всяких мистических способностей!»

Грыжа желала доказать, насколько она ценна для Грозы. Насколько полезна такая, обычная, зрячая.

Глава двадцать третья

Пять человек в день, не больше. Такое решение принял Илья, и менять его не собирался. «Или так, или завязываем с этим делом!» – строго заявил он