Сотилиан Секориский - Путь дурака: Гарри Поттер в России (Путь дурака 1,2,3,7)

— А вы что встали? Давайте выматывайте, Учитель уже хочет отдыхать, — сказала им Венера.

— Сама убирайся, а я буду с Учителем, буду ему помогать, — Сингарелла вышла вперед и дерзко ответила сопернице.

— Я отсюда никуда не уйду. Теперь я буду здесь, — Аза прошла и села в кресло.

Дело запахло дракой.

— Хорошо, оставайтесь все, а потом разберемся, кто на каком окажется месте, — умиротворил всех Рулон.

Венера не унималась, она подошла к Гуру.

— Сегодня я буду с Учителем, а вы сидите здесь, в прихожей.

— Ни хрена подобного! Сегодня я буду с ним, а ты будешь сидеть здесь! — Сингарелла заорала, вся пылая ненавистью.

Намечалась новая потасовка, и Рулон вспомнил, как однажды во время семинара на Медео в гостинице подрались Лилит и Селена. Селена принесла еду.

— Я сегодня буду кормить Учителя, — сказала она.

Лилит возмутилась.

— Почему это ты? Я вот чайник взяла, значит, я буду его кормить! — орала Лилит.

— Ни хрена! — заорала Селена. — Я буду с ним, а ты иди погуляй.

— Я тебя щас кипятком ошпарю, давай убирайся отсюда.

Рулон взял у нее из рук чайник.

— Хватит, давайте спокойно есть.

Лилит вся кипела от гнева.

— Учитель, не вмешивайся, мы сами разберемся. Дай слово, что не будешь вмешиваться.

— Ну хорошо, — сказал Гуру, — только чайник и нож оставьте в покое.

Селена и Лилит кинулись друг на друга и вцепились друг другу в волосы, стали пинаться, матеря друг друга на чем свет стоит. Затем они стали кататься по полу, тузя друг друга, пока Селена как-то случайно не сломала палец Лилит. Та закричала от боли и отпрянула. Увидев свое поражение, она посмотрела на Рулона и с обидой заявила.

— Почему ты нас не разнял?

— Я же дал слово, — возразил он.

— Ну и что, все равно должен был разнять, — не унималась она. — Я ей в следующий раз всю кожу кипятком ошпарю, — бесилась Лилит.

— И правильно, — поучал самок Рулон, — за счастье нужно всегда бороться. Само по себе ничего нам не достанется, и все мамочкины рассуждения о том, что первый встречный проходимец окажется принцем, что с ним наступит счастьице, — вздор и выдумки. Без борьбы нам могут достаться только отбросы, только куски грязи и замерзшей мочи, так как все лучшее быстро разбирают себе те, кто активней и напористей, именно им достаются все сливки жизни. Борьбы не нужно бояться. Бороться нужно учиться. И даже если ты не победишь сейчас, то навыки борьбы все равно помогут тебе победить в будущем.

Они разлеглись на большом ковре. Рулон лег на спину и начал медитацию, смотря со стороны на все происходящее. Аза и Сингарелла стали целовать и лизать его стопы и ноги, сосать пальцы на ногах, а Венера начала облизывать его промежность, яичьки и анус, вводя язык как можно глубже в его отверстие. Самки стонали от возбуждения и изгибались своими стройными телами. По знаку Рулона они стали меняться местами. Теперь Венера и Аза лизали ноги, а Сингарелла стала облизывать его огромный член, щекоча его языком, нежно зажимая губами, целуя его и прижимая ртом с разных сторон. В комнате играла приятная музыка и раздавались стоны возбужденных смок. Рулон дал знак, и самки снова поменялись местами. Теперь на главном месте оказалась Аза. Она стала глубоко брать в рот его член, заглатывая его в глотку, нежно посасывать головку, облизывая ее языком и втягивать лингам в рот, создавая в нем вакуум. От возбуждения самок начало трясти, и они стали испытывать оргазмы. Рулон дал знак, и они переменили позицию. Аза легла на спину, Сингарелла стала раком и начала лизать ей кунку. Рулон ввел лингам в ионии Сингареллы, а Венера сзади ласкала ноги Рулона, облизывая их и трясь о них грудками. В поле общей эйфории самки начали растворяться в сексуальном экстазе. Затем на спину легла Венера лэк??? ей делала Аза, с которой совокуплялся Рулон, а Сингарелла целовала груди Венеры. Половая Нирвана сводила самок с ума. Они стонали и рыдали от возбуждения, пребывая в постоянных оргазмах. По знаку они сменили позицию, и Рулон занялся Венерой. Она ласкала промежность подружки…После Тантры они в экстатическом состоянии уснули, обнимая своего Гуру.

Утром после жаркой ночи Венера, Аза и Сингарелла пошли в магазин за нарядами с большими пачками денег. Рулон остался один и, купаясь в бассейне, подумал, что вся эта жизнь предназначена для активных людей, а пассивные могут быть только быдлом. Но одной активности еще мало, нужна избирательность, чтоб найти в жизни самое лучшее и не успокаиваться на достигнутом. Идти все дальше и дальше, развиваться и прилагать новые усилия не для того, чтобы батрачить на заводе, а чтоб достигать новых высот и идти к ним не мамочкиными методами, ибо трудом праведным не поставишь палат каменных.

Многие дураки руководствуются в жизни принципом: пусть плохо, но по-моему. Плохонький, да свой. Все это говно, дурость. Такие всегда будут неудачниками. Свое всегда хуже нас. И чтоб получить что-то лучше нас самих, мы должны принадлежать чему-то или кому-то более великому, чем мы сами. И в жизни мы должны руководствоваться не сиюминутными эмоциональными импульсами, а вырабатывать стратегию жизненного успеха и изменить себя так, чтобы соответствовать этому состоянию, устранять в себе все то, что мешает нам добиться удачи, даже если придется при этом испытывать большой внутренний дискомфорт от мешающих комплексов и предрассудков.

На следующей неделе Рулон собрал несколько человек, и они пошли в поход в горы со здоровыми рюкзаками, специально наполненными тяжелыми предметами. Узкие тропинки сменялись трудными подъемами по скалам. Иногда приходилось снимать рюкзаки и вдвоём, а то и втроем перетаскивать их через преграды. Часто приходилось переходить маленькие речки вброд. Тогда никто не разувался и никто не раздевался. Мокрая одежда высыхала моментально под жарким солнцем. Сначала все весело шли и непринужденно шутили, наслаждаясь окружающей красотой. Ярко светило солнце, и веял легкий ветерок, вдохновляя восторженных путников. Но скоро, достигнув высокого склона, предвещавшего утомительный подъем, стали уставать и приуныли. Рулон заметил это.

— Ну, что же вы? Давайте веселиться будем дальше, — он с большой энергией стал рассказывать веселые истории и анекдоты. — однажды, в прошлой жизни, прихожу я в бордель города Одессы. Там бордельершей была тетя Беси. Это было как раз перед 1914 годом. И вот она дает мне альбомчик, где в сальных позах изображены на фото её девочки. Смотрю, негритянка — 20 долларов, француженка — 15, полька — 10. А у меня жена, значит, заначку забрала, так осталось только три доллара.

— Тетя Беси, как быть? Мне же тоже хочется побаловаться.

— За троячок можем только со мной, — отвечает она.

Ну мы побаловались. И вот уже после революции я захожу как-то в этот дом. Там уже сделали швейную мастерскую и шьют для нашей доблестной армии кальсоны. Гляжу, там сидит тетя Беси.

— Ты помнишь, как мы с тобой побаловались? — погрузился я в воспоминания.

— Как же, конечно. Особенно после восьми обысков, — говорит она. — Моня, Моня, — позвала тетя Беси

И тут выходит здоровый амбал.

— Полюбуйся, — говорит бывшая мадам, — вот твой отец пришел.

Сыночек начал меня долго и нудно бить. Бьет пять минут — я молчу. Десять — я молчу. Через двадцать минут, когда он разбил мои очки, я не выдержал.

— Моня, какой же ты все-таки поц, ведь если бы у меня тогда было 20 долларов, ты бы сейчас был негром.

Все весело засмеялись,

— И вот, — продолжал Мудрец, — тогда я понял, что детей рожать больше не нужно. Хотел быть аскетом, но стал тантриком.

Все развеселились ещё больше. Идти стали веселее и энергичнее, несмотря на то, что солнце припекало все сильнее. Казалось, даже рюкзаки полегчали. Рулон видел эти перемены и продолжил мудрые наставления.

— Родители и окружающее общество внушили людям много ложных представлений, которые заставляют их быть несчастными. И для осознания того тяжкого горя, которое мир уготовил им, необходимо осознать всю ту ложь, которую он внушал людям, и тот коварный способ, с помощью которого обществу удается обмануть человека. Общество навязывает все это, говоря людям, что это и есть счастье. Внушает, что счастье в труде, в строительстве коммунизма, в исполнении интернационального долга в Афганистане, в рождении детей и т. п. Ни у одного животного, ни у одного дикаря нет таких представлений, значит, получается, что именно они и живут очень хорошо и счастливо.

Ведь на самом деле коммунизм, семья, Афган и многое другое являются, наоборот, тяжким горем для всего человечества. Сколько людей губит свою душу, свою юность и жизнь в семье! Раньше, когда девушку выдавали замуж, она плакала, прощаясь с молодостью, счастьем и свободной жизнью. Теперь же женщину научились ловко обманывать, говоря, что в семейке она будет счастлива, и она с радостью принимает эту ложь, сама не понимая, на какие муки она обречена! Сколько людей гибло в революцию, но она ничего не дала, только горстка прихлебателей и политиканов выжила за счет облапошенных покорных людей, людей-овец, которых им удалось одурачить. Сколько погибло и искалечилось в Афгане, — произнеся эту тираду, Гуру глубоко и тяжело вздохнул. В его глазах отразилась боль за бессмысленные страдания человечества. — Вот кто отнял счастье у людей, а им кажется, что если все сбудется, что им обещает общество, то они будут счастливы, но нет, этого не может быть. Кто обещает, тот и будет счастлив, а кому обещают, тот будет овцой. И того будут стричь, пока будет шерсть, — завершил он и посмотрел на учеников.