Симптомы затмения - Чжу Минчуань

рассуждениям. Я, не выдержав, перебил ее: мол, какой сейчас век на дворе, чтобы верить во все эти суеверия? Она рассердилась на меня, но все равно продолжила, говоря, что вся природа разделена на инь и ян: день – это ян, а ночь – инь. Днем люди чувствуют себя комфортно, а если человек долго находится в темноте, он начинает жаждать света. Мама добавила, что с древних времен инь и ян человека и природы дополняли друг друга. Например, энергия ян активна, а инь спокойна. Люди работают днем и отдыхают ночью. Но сейчас люди часто засиживаются допоздна в телефонах, лишая себя сна, – и тогда энергии инь и ян выходят из равновесия; иньская энергия подавляет янскую, что приводит к болезням…

– Ладно, ладно, понял, – прервал я ее, устав от этих разговоров, и сменил тему: – Почему вы с папой поссорились?

– Он… – Мама хотела что-то сказать, но, посмотрев на Ян Кэ, остановилась.

Я понял, почему она не стала продолжать, и предложил:

– Давай сначала поедим, а вечером поговорим.

– Хорошо.

Через полчаса мама уехала на автобусе в отель, и я собрался обсудить с Ян Кэ сообщение от X. К сожалению, моему другу позвонили из лечебного отделения, и ему пришлось выехать на срочный вызов, поэтому он в спешке ушел. Весь день я думал о X. и пытался снова позвонить на номер Сяо Цяо, но, как и раньше, телефон был выключен.

Я не мог ни с кем обсудить это, и в моих мыслях начался хаос. На мгновение я даже подумал, что нахожусь в каком-то шпионском фильме. X, возможно, установил «жучок» в моем телефоне, иначе как он мог знать о нашем разговоре с Ян Кэ? Возможно, я слишком увлекся своими мыслями, но, зайдя в ординаторскую, снял пиджак и рубашку, чтобы проверить, нет ли на мне «жучков».

В тот день после обеда мне не нужно было вести прием пациентов, поэтому я сосредоточил все свое внимание на поиске устройств для прослушки. Как раз когда я собирался уходить, девушка из лечебного отделения сообщила мне, что можно организовать обследование Янь Хань в Первой городской больнице. Если ничего не мешает, лучше отправиться туда сразу, так как очередь на обследование довольно длинная. Однако я беспокоился, что Янь Хань не захочет идти, поэтому, чтобы быстрее разобраться с ее состоянием, вернулся в стационар, чтобы сначала поговорить с ней.

Похоже, Янь Хань уже выплеснула все свои эмоции, потому что, когда я пришел, она была не так взбудоражена, как раньше, и сама предложила пройти обследование, но перед этим захотела кое-что мне рассказать.

Это был хороший знак. Оформив документы и готовясь отправиться на обследование, я стал поощрять намерение девушки рассказать мне правду и пообещал, что без ее согласия никому об этом не расскажу. Янь Хань, выплеснув свои эмоции, теперь была как сдувшийся шарик; она выглядела совсем вялой и постоянно вздыхала. Подумав немного, девушка прямо сказала мне, почему раньше отказывалась идти в больницу. Она боялась, что у нее обнаружат беременность и мать убьет ее.

«Вот оно что, – подумал я, выходя из стационарного отделения. – Теперь понятно, почему она так бурно реагировала».

В тот день в Наньнине шел небольшой дождь. Выйдя из стационарного отделения, я хотел подержать зонт для Янь Хань, но она оттолкнула его и сказала:

– Я лишь подозреваю, что беременна, но не уверена в этом. И я не такая уж слабая, нет необходимости так трепетно ко мне относиться.

– Я обещал, что не расскажу ничего твоим родителям; но если они увидят результаты обследования, все станет очевидно, – предупредил я. – Тогда не стоит винить меня. К тому же беременность все равно не скроешь – живот ведь будет расти…

– И моя мама всегда будет считать меня бессовестной дочерью, которая опозорила ее… Пусть будет как будет, – с грустью сказала Янь Хань.

Мы с ней сидели в конце холла и ждали, когда Сун Цян придет и сообщит, что машина готова. Чтобы разговорить Янь Хань, я осторожно спросил, есть ли у нее кто-то, кто ей нравится. Янь Хань умная девушка и сразу поняла, что я имел в виду. Она с легкой улыбкой ответила:

– Вы думаете, я от кого-то… Конечно, есть тот, кто мне нравится; именно из-за этих отношений моя мама так меня ненавидит.

Затем Янь Хань рассказала мне, что на втором курсе она подрабатывала репетиторством для одного школьника и то время познакомилась с разнорабочим, который работал в семье ребенка, – Лэй Мином. Он был из Тяньцзиня, но после аварии, в которой потерял левую руку, переехал в Гуанси. Чтобы заработать на жизнь, Лэй Мин, несмотря на свои физические ограничения, занимался тем, что чинил сантехнику и электричество. Янь Хань, приходившая к ребенку проводить уроки, посчитала парня особенным, и между ними постепенно возникла взаимная симпатия.

Не так давно у друзей Лэй Мина, Е Сяоцин и Юань Цифэн, появился ребенок, и он решил поехать навестить их в Тяньцзинь. У Янь Хань как раз было свободное время, и, услышав, что Лэй Мин собирается в Тяньцзинь, она предложила ему поехать вместе, чтобы немного развеяться. Парень с радостью согласился, и они отправились в поездку. По пути заехали в музей города Чжучэн в Шаньдуне, где увидели знаменитую статую Первого смеющегося Будды. Именно в тот день произошло нечто странное.

Янь Хань вспоминала, что тогда Лэй Мин ушел в туалет, а она осталась одна смотреть на статую. Внезапно у нее закружилась голова, и голова Будды начала смеяться, а затем повторять: «Отруби свою левую руку, отруби свою левую руку, отруби свою левую руку…»

– Я знаю, вы скажете, что у меня проблемы с головой, – начала Янь Хань, пытаясь предвидеть мою реакцию, – или что это галлюцинации и меня правильно отправили в психушку. Но это было очень реально, а потом у меня снова закружилась голова, и я упала… Когда же очнулась, Лэй Мин уже вернулся.

– Что? Ты падала в обморок? – Я не стал спорить о галлюцинациях, а сосредоточился на главном моменте. – После этого случая ты не проходила обследование?

– После того как я очнулась, Лэй Мин предложил мне пройти обследование, но у меня, кажется, был лишь жар, я постоянно зевала, а потом все прошло, и я не пошла, – немного удивившись, сказала Янь Хань. – Я думала, вы скажете, что все это галлюцинации… В общем, после того дня я стала чувствовать, что моя левая рука больше не моя. Иногда она сама берет палочки для еды, сама пишет, и я не могу ее контролировать. Вы знаете, я правша и никогда не писала левой рукой, но