Маша из дикого леса - Дмитрий Александрович Видинеев

Маша и Илья разулись, проследовали на кухню. Андрей нервничал, не знал, куда руки деть – то в карманы халата их совал, то запускал в свою густую шевелюру.

– Что теперь? – спросил он.

– Приведи сюда дочку, – велел Илья. – Мы с тобой выйдем, чтобы Машку не отвлекать, пускай они наедине останутся.

Андрей порывисто кивнул и отправился в гостиную. Его жена и дочь сидели на диване. По телевизору молодая ведущая задавала вопросы двум проповедникам Церкви Прозрения. Те отвечали со слащавым улыбками на лицах, весь их вид словно бы кричал: мы сама доброта! Любите нас, любите!

– Анют, можно тебя на минутку? – позвал Андрей дочку.

Она посмотрела на него с подозрением, открыла было рот, чтобы сказать «зачем», но передумала. Кряхтя, как старуха, поднялась с дивана и вышла из комнаты. На лице отражалось какое-то усталое недовольство, словно надоедливый отец постоянно отрывал её от полезных занятий.

Аня всегда комплексовала из-за своей внешности. Жиденькие волосы; мясистый абсолютно не женственный нос; прыщи, с которыми она вела безрезультатную борьбу. И в кого такая уродилась? Мать и отец были красивыми людьми, но ей от их внешних данных совсем ничего не досталось. Она как-то написала в своём дневнике, который вела с двенадцати лет: «Ненавижу зеркала! Всякий раз, как смотрю на себя в зеркало, рыдать хочется. Каждое утро новый прыщ. А нос… Порой у меня возникает желание одеть маску и никогда её не снимать…»

Хуже всего было думать о своём будущем. Ане хотелось любви, как всякой девчонке, но она вбила себе в голову, что за ней никогда не приплывёт никакой капитан Грэй на корабле с алыми парусами. И принц на белом коне не прискачет. Романтика – это для красивых. А для неё – серая обыденность.

В начале прошлого лета она ехала в автобусе и заметила среди пассажиров одного парня. Заметила и не поверила своим глазам: он ей улыбался! Совершенно незнакомый парень дарил ей настоящую улыбку! Она покраснела, отвернулась. Мелькнула паническая мысль: «Он видел прыщ на моём носу!» Ане очень хотелось снова посмотреть на этого парня, но не хватило духа. Автобус остановился, и молодой человек исчез из её жизни навсегда. Осталась только его улыбка в памяти Ани. Вечером она разрыдалась, закрывшись в своей комнате. Корила себя за то, что не решилась снова взглянуть на того парня. Не решилась подойти и заговорить. Возможно, он был единственным в мире человеком, который полюбил бы её. Но она упустила свой шанс. Из-за своей чёртовой закомплексованности упустила. Из-за проклятых прыщей. В дневнике появилась новая запись: «Корабль с алыми парусами уплыл за горизонт. Без меня. Навсегда».

Тем же летом Аня обнаружила в почтовом ящике маленький яркий буклет. На его страницах было написано, что в Церкви Прозрения каждый найдёт ответы на любые вопросы, а те, кто отчаялся, найдёт утешение. На обложке буклета был призыв посетить семинары Церкви, которые проходят в городском Доме Культуры.

Аня пошла на семинар от скуки, а не из-за веры, что все проблемы решатся. Зал был полон, и ей пришлось стоять в проходе. На сцене седой проповедник рассказывал о чёрных цепях, связывающих человека с адом. Все слушали его так, словно каждое слово продлевало жизнь. А Ане болтовня проповедника казалась чушью несусветной. В первые двадцать минут. А потом что-то случилось. Словно волна нахлынула, смыв изрядную долю скептицизма. Ане почудилось, что она дышит в унисон со всеми этими людьми; что её сердцебиение звучит в такт сотен других сердец. Кто-то в зале поглядел на неё и улыбнулся. Затем она увидела ещё улыбки. Ей были рады! Искренне рады. И всем было плевать на её прыщи. Голос проповедника – не важно, о чём он говорил – теперь казался голосом самой доброты. Пожилая женщина, которая сидела рядом, коснулась руки Ани и произнесла:

– Все проблемы решатся сами собой. И настанет счастье.

Аня подумала, что именно эти слова она и мечтала услышать. Не зря сюда пришла. Ей нравились эти люди, нравились их улыбки. Она начала вслушиваться в речь проповедника и теперь его слова ей показались необычайно мудрыми. Он говорил, что чёрные цепи не дают человеку обрести внутреннюю свободу, они – гири, не дающие идти по жизни смело. Но их можно сбросить! Аня подумала, что она всегда ощущала эти цепи – одним из звеньев была её закомплексованность. Как же ей хотелось избавиться от этого груза! Неужели возможно?

Вечером, перед сном, Аня добавила в дневник запись: «Мне хорошо! Впервые за долгое время я чувствую приближение чего-то нового, яркого. Завтра снова пойду на семинар!»

И она пошла. Познакомилась с несколькими адептами Церкви Прозрения. Те снабдили её полезной литературой. А через неделю Ане посчастливилось увидеть самого чудотворца. Он её очаровал. Куннар не был капитаном Грэем, он был гораздо, гораздо лучше. Ей даже со временем начало казаться, что чудотворец всегда присутствовал в её жизни – наблюдал, являлся в снах. Но раньше она этого не замечала, а теперь прозрела, и это означало, что одно из звеньев чёрной цепи разбито в пух и прах.

Отец, узнав, что она стала адептом Церкви, разозлился. А мать отнеслась спокойно, сказала, что видела как-то по телевизору лидера Церкви и он ей понравился. «Приятный молодой человек. Жалко, что слепой. Он правильные вещи говорил про добро и зло, я даже заслушалась…» Вечно скучающая домохозяйка, у которой из всех увлечений было только просмотр мексиканских и бразильских сериалов и их обсуждение с соседкой – она решила пойти на следующий семинар вместе с дочерью. Тоже от скуки. К радости Ани мать увлеклась сразу же, заявила, что проповедь была интересной, и ей хотелось бы узнать больше.

Теперь они ходили на семинары вместе, а через какое-то время им довелось попасть на сеанс исцеления. Если у матери и оставался какой-то скепсис, то после этого сеанса он полностью испарился. Она была в восторге от увиденного. Из скучающей домохозяйки мать превратилась в активного адепта Церкви.

А отец продолжал ругаться, даже как-то пригрозил, что в психиатрическую клинику их определит. Сначала Аня его жалела, ведь он по собственной воле отворачивался от истины. А потом начала на него злиться. Проповедники говорили, что те, кто не принимают учение Церкви, служат тьме. Говорили, что кровные узы – одно из звеньев чёрной цепи и от этого звена нужно избавляться в первую очередь. И вот настал момент, когда Аня отца возненавидела. Он родной человек? Уже нет! Он глупец, который не просто