Майкл Смит - Кровь ангелов

— Уорд?

Крик Джона отразился от стен столь громким эхом, что я не мог понять, насколько далеко он от меня находится.

— Я цел, — крикнул я в ответ. — Ты можешь в него попасть?

Ответом мне стала стрельба, продолжавшаяся секунд десять. Громкие хлопки пистолета Джона перемежались щелчками оружия противника под свист рикошетирующих от стен пуль.

Как только раздался последний выстрел Джона, я услышал его крик:

— Давай, Уорд!

Не успев ничего толком сообразить, я выскочил из отсека и метнулся в левую сторону, несколько раз выстрелив вправо. Джон прикрывал меня огнем. Примерно на середине открытого пространства я увидел стрелявшего возле входа в отсек на противоположной стороне, ярдах в тридцати от меня. Он снова открыл огонь.

Мгновение спустя я оказался внутри отсека, удивляясь, что все еще жив. Меня окружали старые столы. В ушах звенело.

— Господи.

— Кто это, черт побери? — спросил Джон.

— Понятия не имею, — выдохнул я. — Но нам отсюда не выбраться, пока мы его не прикончим.

— Это будет нелегко. Он знает, что делает. Он едва не пристрелил тебя.

— Спасибо за информацию.

— Но промахнулся. Тебе повезло.

Выставив наружу пистолет, Зандт выстрелил еще раз. Секунду спустя последовал ответный выстрел.

В задней стене отсека была дверь. Распахнув ее, я увидел коридор, уходящий влево.

— Этим путем мы вряд ли подберемся к нему ближе, — сказал я, — но, возможно, сможем уйти в другом направлении. Что, честно говоря, вполне меня устраивает.

Я пошел первым, Джон за мной, пятясь задом и выставив перед собой пистолет, на случай, если тот тип решит побежать за нами.

Когда мы оба оказались в узком коридоре, я закрыл дверь, и мы поспешили вперед, на ходу перезаряжая оружие. Примерно через каждые десять ярдов по левой стороне нам встречались очередные двери. Я открывал каждую. Все они вели в такие же отсеки, забитые барахлом. Вдруг коридор неожиданно закончился сплошной стеной.

— Черт, — пробормотал Джон.

— Похоже, нам все же придется пройти через одну из этих дверей.

— Нам хотя бы нужно выяснить, где сейчас тот парень. Мы в ловушке. Если он пройдет через тот первый отсек, а потом в этот коридор, нас можно брать голыми руками.

Я открыл последнюю дверь. В этом помещении не было старых коробок или стульев, как в остальных, но он не был пуст.

Там стоял большой черный автомобиль.

— Мы нашли его, — выдохнул я.

Фары были погашены. С того места, где мы стояли, из-за затемненных стекол и тусклого освещения невозможно было разглядеть, есть ли что-нибудь или кто-нибудь внутри.

Я выставил из отсека ногу и тут же отскочил назад, услышав свист пули. Парень с пистолетом стоял у противоположной стены. Вероятно, его задачей было не дать нам добраться до машины. Поэтому он и не стал тратить время на преследование. Сейчас он находился в отдалении, и если бежать достаточно быстро, то при некотором везении все же можно было оказаться у автомобиля. Возможно.

Джон уже напрягся, готовый сорваться с места.

Но я внезапно понял, что на самом деле все не так просто. Справа от отсека в дальней стене виднелся проход в виде арки, который вел в следующую секцию подвала под другой частью здания. Там было очень темно, и невозможно было понять, есть ли…

— Погоди, — сказал я. — Пол наверняка тоже здесь.

— Откуда ты знаешь?

— Если бы он покинул здание, то и тот, второй, тоже ушел. Так что если предполагать, что Пол приехал сюда на этой машине, то он либо все еще в ней, либо где-то там, справа.

Джон понял, что я имею в виду. Если Пол все еще здесь, то машина могла оказаться как раз на пересечении линий огня. Либо парень у дальней стены пристрелит нас, когда мы побежим к ней, либо мы угодим прямо в ловушку, попав под прицел Пола, стоящего по другую сторону арки.

Джон устало кивнул.

— У нас есть только одна попытка.

Я не знал, что делать.

Нас отделяли двадцать футов от бомбы, к которой могла быть привязана Нина, и мы не могли выйти из здания, чтобы предупредить тех, кто наверху. Ни назад, ни в сторону пути не было. Оставалось лишь идти вперед. Единственный вопрос заключался в том, в каком направлении двигаться и сколько времени у нас осталось. Я послал мысленную просьбу, надеясь, что некто намного более опытный, чем я, сумеет мне помочь.

«Помоги мне, Бобби. Прошу тебя».

Шли секунды. Джон шагнул вперед. Рядом просвистела еще одна пуля.

— Нам все-таки придется рискнуть, Уорд…

И тут наконец я получил ответ от старого друга.

— Телефон, — медленно проговорил я. — Пол звонил на твой телефон. Должен был сохраниться его номер. Ты можешь ему перезвонить.

— У него наверняка отключен звонок.

— Может быть, да, а может быть, и нет.

— И вообще, работает ли тут в подвале связь…

— Джон, у нас нет другого выхода.

Достав телефон, он нажал кнопку вызова списка входящих звонков. Время последнего из них примерно соответствовало звонку Пола, и номер отсутствовал в телефонной книге.

— Есть, — сказал он.

— Подожди. — Я глубоко вздохнул и крепче сжал в руке пистолет. — Нужно действовать быстро. Ты набираешь номер. Если у него звонит телефон, и мы его слышим, и если, судя по звуку, он не в машине, то я бегу к ней, а ты — под арку и находишь Пола.

Зандт немного подумал.

— Ладно.

— Постарайся остаться в живых, — попросил я.

Он посмотрел на меня взглядом, в котором отражались воспоминания о давно умерших людях, и грустно улыбнулся.

— Это не жизнь.

— Все же лучше, чем ничего.

— Спаси Нину, если сумеешь. И не смей следовать за мной.

— А ведь именно этого тебе бы и хотелось.

Он тяжело вздохнул.

— Как знаешь.

Я немного подождал, затем сказал:

— Давай.

Джон нажал кнопку на телефоне. Последовал тихий писк, затем две или три секунды тишины.

А потом мы услышали звонок, раздавшийся откуда-то справа, с некоторого расстояния — ярдов двадцать или тридцать, может быть, больше.

— Иди, — сказал я, а сам побежал прямо через проход.

Джон бросился направо под арку. В воздухе между нами просвистели три или четыре пули, но ни одна из них не попала в цель.

Ворвавшись в отсек, я затормозил возле задней части автомобиля и сразу же развернулся кругом, на случай, если в данной ситуации инструкции предписывали парню у дальней стены прибежать и прикончить меня на месте.

— Джон! — позвал я, но его уже не было.

Он скрылся в другой части подвала, следуя своим путем, который рассчитывал пройти до самого конца.

Подождав с полминуты, я рискнул снова повернуться к машине. Быстро подойдя к правой задней дверце, взялся за ручку.

Я уже собирался ее повернуть, когда послышался тихий стук.

Я поднял голову, не понимая, что именно слышу. Стук раздался снова. Кто-то стучал в окно с другой стороны.

Убрав руку от дверцы, я присел и приблизил лицо к окну, пытаясь рукой заслониться от света.

И увидел внутри лицо Нины.

Я не видел ее рук, и поза казалась странной, словно Нина на чем-то лежала. Она стучала в окно головой, пытаясь предупредить меня.

Прижавшись лицом к стеклу, она что-то настойчиво произносила. Потребовалось три попытки, прежде чем я понял.

Дверцы заминированы.

Глава 41

Сперва — пыль, потом запах чего-то влажного. Темнота, и тяжелая, отчаянная боль в голове.

Ли медленно, е трудом сел. Он понятия не имел, где находится. Попытался встать, но пространство вокруг было тесным, и ноги его не держали, так что он снова рухнул назад, с шумом свалив что-то с жестких деревянных полок за спиной.

Он еще раз попробовал подняться, помогая себе руками, и наконец выпрямился, чувствуя, как у него кружится голова. Перед глазами мелькали белые вспышки. Его охватило странное чувство клаустрофобии, словно он вдруг стал маленьким и беззащитным.

Вытянув руки вправо, Ли осторожно сделал несколько шагов в сторону, но наткнулся еще на одну стену из полок. На них лежало что-то мягкое, вроде тряпок или полотенец. Нога ударилась о какой-то предмет, судя по всему, швабру.

Он находился внутри кладовки.

Попытавшись пойти в другую сторону, он чуть не упал на дверь. Ему показалось, будто с ним такое уже было, будто он уже приходил в себя чуть раньше и какое-то время кричал, прежде чем снова отрубиться.

Чертовски болела голова.

Ему было очень плохо.

Ли начал шарить по двери обеими руками, пытаясь найти какой-нибудь способ, чтобы ее открыть. Найдя ручку, повернул ее, но безрезультатно. Дверь была заперта с другой стороны.

Некоторое время он колотил по ней кулаками, но удары только отдавались эхом у него в голове, накатываясь тяжелыми беззвучными волнами боли.