Убитые девушки - Хизер Критчлоу

Кэл сомневается. Их жизни – лишь сноски к биографии убийцы. Но когда одно из этих имен, одна из этих прерванных жизней может принадлежать твоей сестре, понять, почему все внимание достается преступникам, гораздо труднее. Кэл осознает этот страх: потребность убедить себя в том, что ты очень бдителен, хорошо подготовлен и с тобой ничего подобного случиться не может. Увы, может. Кэл знает, что может.

В библиотеке Кэл бегло просматривает тексты, тщательно проверяет любопытные детали. Он ищет определенный временной период. Ему хочется удостовериться: он ошибается. Того, чего он так сильно боится, попросту не могло быть. Но поиски, похоже, тщетны: интересующий его год ни в одной книге не освещается. Кэл лихорадочно работает до перерыва на ланч: сканирует, делает выписки – наспех, едва разборчивыми каракулями, пропускает страницы с кровавыми подробностями. В середине последней книги помещены фотографии. Кэлу не хочется их разглядывать. И разум увещевает: не следует этого делать. Но руки автоматически переворачивают страницы.

Первым он замечает на снимке полицейского: молодой, с бледным лицом, он курит сигарету на заднем плане. Кому-то это наверняка показалось бы непочтительным, но Кэл прощает полицейского. Ведь этому двадцатилетнему парню выпало обнаружить тело женщины, лежащей под одеялом у его ног. Рядом аккуратно стоят ее туфли на высоких каблуках, а из-под покрывала виднеется синюшная, словно выбеленная хлоркой рука; под сломанные ногти на скрюченных пальцах забилась грязь.

Разум Кэла соотносит эту сцену с тем, что могло случиться с Марго, и его начинает трясти; перед глазами все плывет. Кэл прижимается к деревянной поверхности стола лбом и делает несколько медленных, продолжительных вдохов и выдохов. В таком положении он проводит несколько минут. Потом распрямляется, судорожно собирает листки бумаги, испещренные датами и вопросительными знаками, и дрожащей рукой ставит книги на полки.

Совершенно изнуренный, Кэл покупает в буфете сэндвич, чтобы съесть его в машине, и покидает атриум библиотеки, провожающий его гулким эхом шагов. Чтобы не вспоминать о Марго, Кэл переключается на мысли о Крисси. И на то, что подавило присущую ей прежде жизнерадостность, тихое, но абсолютное счастье. «Надо будет снова попытаться с ней поговорить; мне следует быть понастойчивей», – решает Кэл, откусывая сэндвич по дороге к парковке (он слишком голоден и не в силах утерпеть).

Да, он обязательно поговорит с дочерью! Позднее. Вечером. И они докопаются до сути, выяснят причину того, что с ней происходит.

В кармане вибрирует мобильник, и Кэл, помня о том, что обещал не пропускать сегодня звонки от жены, жонглирует сэндвичем и бутылкой с водой. Но на экране высвечивается другой номер. Как странно, что Энди надумал позвонить ему именно сегодня. Хотя голос в телефоне звучит устало и надсадно, воображение Кэла рисует ему образ, сохраненный памятью: высокий светловолосый парень, затащивший его в паб тем жутким летним днем, когда все остальные его просто не замечали. Кэл помнит, как Энди рыдал над кружкой с пивом: бойфренд его сестры сломался без Марго так же, как сломался и он сам. С тех пор они оставались на связи. Правда, созванивались нечасто, в последнее время – раз или два в год.

– Как поживаешь, Энди?

Кэлу слышится хрип Энди, которого не было, когда они в последний раз разговаривали. Энди так и не бросил курить. На самом деле он многого не сумел: найти новую любовь, жениться, наделать детей.

– Да вот, решил тебе позвонить. – Энди уже не хрипит, а кашляет. – Она мне приснилась минувшей ночью.

Кэл мог бы рассказать Энди о Дюбуа. Он один из немногих, кто почувствовал бы ужас так же остро. Но Энди – слабый человек. Стоит ли подвергать его подобному испытанию?

– Он приближается, помнишь? – По телефонной линии до Кэла доносятся печаль и смирение. И находят в нем зеркальное отображение.

– Да…

Энди никогда не забывает про ее день рождения. В этом году Марго исполнилось бы пятьдесят четыре года. Дата кажется значимой, тайна ее исчезновения до сих пор тяготит и незримо гнетет их обоих. Перед глазами Кэла всплывает образ женщины под одеялом, с бесполезной, уже ни на что не годной рукой, со скрюченными пальцами и сломанными ногтями.

Он сглатывает.

– Увидимся в парке? На ее скамейке?

– Я буду там.

Скамейка – их веха, привязка. Кэл ходит туда дважды. Сначала с матерью, а потом с Энди. Но никогда – с обоими вместе.

Вот она – проблема пропавших людей. Марго не заякорена в этом мире. И некуда пойти ее оплакать. До недавнего времени Кэл тешил себя мыслью, что сестру, возможно, и не надо оплакивать, ведь у ее истории пока нет конца. Кто знает, может быть, Марго просто сбежала от них, уехала без всяких объяснений. И живет где-нибудь без него и без Энди. Это лучший исход, который Кэлу рисовала фантазия. Но теперь он вынужден допустить худший вариант. Кэл не может поделиться своими предположениями с Энди. Пока не время. Иначе тот изведется, исстрадается. Предположения коварны – нужны факты. А их нет.

Кэл подходит к машине, нащупывает в кармане ключи.

– Ладно. Пора заканчивать, – говорит Энди, как и всегда в конце разговора. Правда, с чем пора заканчивать, не ясно. – Передавай привет своим женщинам.

Энди никогда их не видел. И никогда не просил Кэла познакомить его с ними. А если бы и попросил, то Кэл отказал бы. Он не позволяет Элли ходить с ним к скамейке, хотя жена из года в год просит его об этом. Ей очень хочется поддержать мужа. Но он продолжает разделять прошлое и настоящее. Криса и Кэла. На самом деле Криса больше нет. Его не стало, когда пропала Марго. И Кэл не знал бы, что делать с Крисом, если бы тот вдруг вернулся.

К тому времени как Кэл подъезжает к дому, он чувствует страшную усталость, безнадежность и опустошение. Кэл медленно поднимается на крыльцо, когда-то так восхитившее их с Элли. Воздух кажется тяжелым.

– Элли!

Дом отвечает тишиной. Слишком рано для возвращения Крисси из школы. Опустив свой рюкзак на пол в кухне, Кэл достает из холодильника две бутылки пива. Через пару минут за ним с громким стуком захлопывается задняя дверь – Кэл направляется по поросшей травой тропке к окраине их участка, где в старом сарае расположена студия. Высокая трава холодит его ноги, деревья преграждают путь своими когтистыми ветвями. Но Кэл следует по следам Элли, и зажатые в его руках бутылки с пивом глухо позвякивают.

Кэл хочет поговорить с Элли о Дюбуа. Ему нужно пробить стену, выросшую между ними. Кэл думает о том, как лучше завести разговор, подступиться к этой теме. И так сосредоточен на формулировании правильных фраз, что не сразу сознает, что́ видит сквозь стекло задней двери