Эпоха крови и пурпурных слез - Эдди Кан

нее упал свет от фонаря, и детектив с секретаршей пошли вниз к берегу.

– Госпожа Вон, вы в порядке? – Но Йунг, обогнав Сонмина, присела напротив Мирэ и сжала ее плечо здоровой рукой. Вторая у нее покоилась в повязке.

Мирэ не поверила своим глазам. Из всех, кого она знала, любила и ценила, осталась только Но Йунг. И та покалеченная из-за людей антиквара. Мирэ благодарно ей улыбнулась и сжала ладонь Йунг, просто кивнув в ответ на ее вопрос. Наконец с верхней полосы берега спустился Сонмин и опустил фонарь в пол, чтобы не светить им в лицо. Чон профессионально осмотрел берег и остановился глазами на Мирэ.

– Сонг Джин? – коротко спросил он, и Мирэ отрицательно покачала головой, роняя взгляд в землю. Было слишком больно вспоминать о Джине, все еще казалось, что он вот-вот вернется.

– Йунг, как вы оказались здесь? – шмыгнув носом, Мирэ попыталась отвлечься, чтобы не разрыдаться у всех на глазах.

– Я позвонил, чтобы вас кто-то сопровождал сегодня и присматривал, – ответил Сонмин, снимая с пояса рацию. – Сейчас сюда спустятся медики. – Закончив разговор по рации, он опустился на корточки рядом с Мирэ и покосился на книгу и чемоданчик. – Тело Хана выловили вверх по течению. Он разбился о воду.

Мирэ было все равно.

Остаток ночи прошел в больнице под наблюдениями медиков. Чувствовала себя Мирэ хуже некуда. Она была не просто раздавлена, а морально уничтожена. Не проходило и пяти минут, чтобы ее не скручивало от слез и навязчивой мысли выйти в окно. В сон она провалилась только под утро, но все время до рассвета видела перед глазами лица ушедших близких людей. Даже во сне по ее щекам бежали слезы. Когда сквозь шторы в палату начали падать лучи серого света солнца, она встала с койки и вышла в коридор, где ночью караулили Сонмин и Но Йунг. Сейчас поблизости не было детектива, только секретарша, уронившая подбородок на грудь.

– Госпожа Но, – тихо окликнула Мирэ, разбудив Йунг. Та вздрогнула и выпрямилась, отставив в сторону ноутбук, который все это время покоился у нее на коленях.

– Да, госпожа Вон. Что-то случилось?

– Свяжитесь с Ким Ханьюлом, – попросила Мирэ, переминаясь с ноги на ногу. – Я хочу с ним увидеться.

– Конечно, – кивнула Йунг и захлопнула ноутбук.

Вернувшись в палату, Мирэ села на край кровати, потупив взгляд. Она совершенно не знала, как ей быть дальше. Все ужасы кончились, решились вековые вопросы, все встало на свои места, но Мирэ не оказалась к этому готова. Все произошло слишком быстро, как взрыв, не оставивший после себя ничего. Только пустоту.

* * *

Владения Ким Ханьюла встречали привычным полумраком и тишиной. Не пользуясь услугами хайна, Мирэ самостоятельно нашла путь в большой зал и поклонилась хозяину дома, замерев на пороге.

Старый коллекционер, согласно своему обычаю, сидел в кожаном кресле, сжимая руками подлокотники. В этот раз он был весь в темно-бордовых тонах, которые оттеняли шрам у него на лице. Дождавшись приглашения, Мирэ прошла в комнату и села напротив пожилого мужчины.

– Каждый раз ваше сопровождение уменьшается, госпожа Вон, – заметил Ханьюл, поведя рукой. – Что-то подсказывает мне, что и вас я вновь не увижу.

Опустив металлический чемоданчик себе на колени, Мирэ почтительно промолчала, иначе бы сказала в адрес старого господина много нелестного. Она поджала губы и сдержанно кивнула в ответ.

– Боюсь, что так. – Мирэ опустила на столик между собой и Ханьюлом металлический чемоданчик и щелкнула замочками. Бокс открылся, демонстрируя во всей красе книгу, ради которой пролилось немало крови.

– Ах да, – закивал Ханьюл. – Я слышал про конфликт на Сонсане. – Он сложил руки в замок, испытующе глядя попеременно то на книгу, то на Мирэ. – Рад, что вы не пострадали. Но жаль, что тело Сонг Джина так и не обнаружили.

– Господин Ким… – Мирэ поджала губы, не зная, как бы начать. – Думаю, вы знаете, что его не найдут. – Она подняла глаза на коллекционера, надеясь, что не прогадала.

Ким Ханьюл улыбнулся уголком губ. Его глаза загорелись, словно он дождался того, чего ждал многие годы.

– Значит, ваши сны дали ответы на все вопросы, – туманно заключил коллекционер.

– Похоже на то, – призналась она, чувствуя, что копает в верном направлении. – Скажите, – Мирэ вспомнила, как Джин на исходе своих сил прошел сквозь тени, чтобы спасти ее на мосту Сонсан. Он не мог этого сделать, если бы что-то не помогло ему. Что-то или кто-то, стоящий над демонами, ангелами и посланниками. – Вы имеете какое-то отношение к Сонг Джину?

– Я имею отношение ко всем, госпожа Вон. – От слов Ханьюла Мирэ импульсивно сжала кулаки, стиснув рукава пиджака. Она была готова к чему-то подобному, но, услышав прямой ответ, все же растерялась.

Неужели в прошлый раз при визите коллекционера, когда Джин чуть задержался у Ханьюла в кабинете, он уже знал, как поступит? Выходит, он с самого начала готов был пожертвовать собой? Но почему Сонг выбрал смерть? Мирэ снова перестало хватать воздуха. Она тяжело вздохнула, обежав кабинет невидящим взглядом.

– Значит, вы все знаете? – пробормотала она.

– Я знаю даже больше, госпожа Вон.

Мирэ не знала, что хочет сказать: обвинить Ханьюла во всех злоключениях, упасть на колени и молить его, просить объяснить ей все, чего она не понимала. Казалось бы, ей нужно было только спросить и получить все ответы, но она вдруг поймала себя на мысли, что сколько бы ни билась в поисках сакральной истины, все равно бы ее не поняла. Это как читать книгу на мертвом языке, на котором уже давно никто не говорит.

– Джин… – Она запнулась, подбирая слова. – Он может вернуться?

– Смерть есть смерть, госпожа Вон. Жизнь есть жизнь. Смерть и жизнь всегда рядом, однако они несовместимы. Это баланс, равновесие. Сонг Джин отправился туда, где вам нет места, как и ему нет места в вашем мире.

– Это несправедливо… – Ее голос сорвался. Мирэ постаралась взять себя в руки, чтобы не выглядеть в глазах коллекционера плаксивым ребенком, но ее долгие вопросы без ответов вылились в раздражение и обвинения. – Разве наших принесенных жертв было мало, чтобы прекратить эту цепочку смертей и расплат! – рявкнула она, наплевав на то, что такое поведение может быть для нее опасно. – Мы выплатили свои долги, почему нам нельзя просто жить?!

– Госпожа Вон, а чем, по-вашему, вы сейчас заняты? – вдруг спросил Ханьюл. – Вы живете. Но, ослепнув от ярости, вы даже не замечаете, что вам был дан второй шанс.

– Что? – ошарашенно прошептала она.

– Мирэ, – спокойно проговорил Ханьюл, подавшись вперед. – У всего своя цена, – коллекционер посмотрел