Топи - Глуховский Дмитрий Алексеевич

АРИНА

А как же Москва?

МАКС

Да ну ее на хер.

POV КАПИТАНА – КАБИНА «УАЗА»

Капитан открывает козырек, в котором хранится портрет его сына. Складывает туда несколько пятитысячных купюр.

ГОЛОС КАПИТАНА

Давай, Мишк, сказку тебе расскажу. Жила-была одна баба. Уродливая, завистливая и злая. Работала на Комбинате. Где ей по пьяни в раздевалке приделал мастер. Видный мужчина. И родилась у нее дочка. Аринка. Красивая до невозможности. В отца. Баба так завидовала своей дочери, что больше всего на свете хотела поменяться с ней местами. И случилось чудо! Одна незадача. Дочка, увидев себя в новом теле, от ужаса с ума сошла…

Он бросает взгляд на Макса с Ариной – и видно, что тот на самом деле целуется взасос с Ириной, жирной, неряшливой и грязной бабищей. А потом уходит с ней в дом.

«УАЗ» едет дальше – проезжает сидящую на завалинке рядом со Стариком-инвалидом молодую и красивую Катю в желтом платке Хелоу-Китти.

ВЫХОД ИЗ POV

«УАЗ» останавливается.

Капитан вылезает из него, идет к дому бабы Нюры. Стучит в окно. Та открывает.

КАПИТАН

Бабуль… водички нету попить? Сушняк замучил.

Через несколько мгновений ему подают из окна кружку. Он делает несколько жадных глотков.

КАПИТАН

Пиздец. Иначе невозможно больше вообще никак, сука, тут дальше жить, на хуй. Блядь.

ИНТ. КАБИНА «УАЗА». ВЕЧЕР

Капитан садится на свое место, оборачивается к пассажирскому сиденью и обнимает, прижимая к себе, худющего мальчишку лет восьми, обритого наголо.

МАЛЬЧИК

Привет, па.

КАПИТАН

Мишк. Сын. Поехали прокачу?

Он включает музыку – и машина срывается с места.

МУЗЫКА продолжает играть – и под нее…

ЭКСТ. ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНАЯ СТАНЦИЯ. ВЕЧЕР

Соня – мокрая, грязная – влезает в вагон пассажирского поезда на каком-то мрачном и еле освещенном полустанке.

ИНТ. ПЛАЦКАРТА ПАССАЖИРСКОГО ПОЕЗДА. ВЕЧЕР

Соня смотрит в окно, где одно за другим мелькают нескончаемые селения – деревянные и кирпичные дома; все поселки похожи на Мудьюгу, а все деревни – на Топи.

КОНЕЦ ФИЛЬМА