Ты мне принадлежишь - Мэри Хиггинс Кларк

Как вы думаете, может быть, поэтому у меня поначалу не сохранилось воспоминаний о его лице?

81

Мэтту Бауэру нравилась его работа в страховой компании. В один прекрасный день он собирался занять одно из руководящих кресел и прилежно трудился для достижения этой цели, продавая страховые полисы предприятиям малого бизнеса — такова была его специализация. К двадцати пяти годам его усердие уже начало приносить плоды: его направили на курсы повышения квалификации менеджеров. А теперь он обручился с Дебби, племянницей своего босса. Она представлялась ему идеальной спутницей на пути к вершине. И вообще все складывалось просто идеально, потому что в довершение ко всему прочему он был искренне в нее влюблен.

Вот почему он выглядел явно расстроенным, когда встретился со Сьюзен Чандлер в половине шестого вечера в кафе Центрального вокзала.

Сьюзен сразу понравился этот аккуратный, серьезный молодой человек, она понимала его тревогу. Она не усомнилась в его искренности, когда он сказал, что ему очень жаль Тиффани, и посочувствовала ему, когда он объяснил, почему не хочет быть замешанным в расследовании дела об убийстве.

— Доктор Чандлер, — сказал он, — я встречался с Тиффани всего пару раз. Три раза, если уж быть совсем точным. В первый раз — когда я однажды обедал в «Гроте». Я пригласил ее на свидание, а она тут же предложила мне сопровождать ее на свадьбе подруги.

— Вам не хотелось идти? — догадалась Сьюзен.

— Не особенно. С Тиффани было весело, но я сразу понял, что никакой искры между нами не пробежало, и к тому же я видел, что ей хочется серьезных отношений, а не случайного свидания.

Вспомнив взволнованный, полный наивной надежды голос Тиффани, Сьюзен понимающе кивнула.

Официантка подала им кофе, и Мэтт Бауэр отхлебнул глоточек, прежде чем продолжить рассказ.

— На свадьбе ее подруги я упомянул про фильм, который мне хотелось посмотреть. Он получил Гран-при на фестивале в Каннах, о нем писали в газетах. Тиффани сказала, что просто умирает, как ей хочется его увидеть.

— И вы ее, конечно, пригласили?

Мэтт кивнул:

— Да. Его показывали в маленьком кинотеатре в Гринвич-Виллидж. Я сразу увидел, что Тиффани умирает со скуки, хотя она сделала вид, что фильм ей понравился. Еще перед сеансом мы пошли перекусить. Я спросил ее, нравится ли ей суши, и она сказала, что просто обожает суши. Доктор Чандлер, она буквально позеленела, когда нам подали еду. Она попросила меня сделать заказ для нее. Я думал, она знает, что суши — это сырая рыба, а она потребовала, чтобы ее порцию пожарили. Потом мы просто погуляли немного, полюбовались на витрины. Я совсем не знаю Гринвич-Виллидж, и она тоже не знала.

— А потом вы зашли в сувенирную лавочку? — спросила Сьюзен, моля бога, чтобы он вспомнил ее местонахождение.

— Да. Собственно, это Тиффани остановилась, когда что-то увидела в витрине. Она сказала, что ей так весело и что ей хочется получить какой-нибудь пустячок на память о нашем свидании. Вот мы и вошли внутрь.

— Вам этого хотелось? — спросила Сьюзен.

— В общем-то, нет, — ответил он, пожав плечами.

— Что сохранилось у вас в памяти об этом магазине, Мэтт? — Сьюзен помедлила. — Может быть, вы предпочитаете, чтобы я называла вас Мэттью?

— Только мать называет меня Мэттью, — улыбнулся он, — а для всего остального мира я — Мэтт.

— Ну хорошо, Мэтт, что вам запомнилось, когда вы вошли в магазин?

Он на минуту задумался.

— Это была обычная лавочка, забитая дешевыми сувенирами, но… не знаю, поймете ли вы меня, там было славно — все так чисто и аккуратно. Хозяин… или продавец, не знаю, кто он такой, был из Индии, и знаете, что здорово? Там были не только обычные статуи Свободы, трикотажные майки и значки «Я люблю Нью-Йорк». Он держал на полках целую коллекцию бронзовых обезьянок, слонов, Тадж-Махалов и индуистских богов — все в таком роде.

Сьюзен открыла сумку, достала бирюзовое колечко, которое дала ей мать Регины Клаузен, и протянула его на ладони Мэтту Бауэру.

— Узнаёте?

Он внимательно изучил кольцо, но в руки не взял.

— Там есть надпись «Ты мне принадлежишь»?

— Есть.

— Ну, тогда, я бы сказал, что это то самое кольцо, которое я подарил Тиффани, или его точная копия.

«И наверняка точная копия того, что было у Кэролин», — подумала Сьюзен. Вслух она сказала:

— Из того, что мне рассказала Тиффани, я поняла, что вы купили ей это кольцо, потому что какой-то мужчина зашел в магазин и купил точно такое же, а продавец сказал вам, что этот человек уже не раз покупал такие кольца. Вы это помните?

— Помню, но я его практически не видел, — ответил Мэтт. — Насколько я помню, магазин был маленький, и он был разделен пополам расписной деревянной ширмой, она заслоняла от меня прилавок. К тому же я отвлекся: стал читать историю одной статуэтки — у нее было тело человека и голова слона, считалось, что это бог мудрости, процветания и счастья. Так было сказано на карточке. Я подумал, что это был бы неплохой сувенир, но когда я повернулся и хотел показать его Тиффани, она говорила с продавцом у прилавка. Она держала в руке кольцо с бирюзой, а он рассказывал ей, что покупатель, который только что вышел, купил несколько таких колечек. Я показал ей бога с головой слона, но Тиффани он не понравился, она хотела колечко. — Бауэр улыбнулся. — Она была смешная. Когда я показал ей бога-слона и рассказал легенду, она сказала, что он похож на завсегдатаев «Грота» и счастья ей не принесет, поэтому я поставил его обратно на полку и купил кольцо. — Мэтт помрачнел и покачал головой. — Колечко стоило всего десять долларов, но она была в таком восторге… можно было подумать, что я купил ей обручальное кольцо. Потом, по дороге к метро, она держала меня за руку и