Джудит Гулд - Навсегда

Стефани могла разглядеть фигурки людей вокруг бассейнов на крышах небоскребов, видела машины, которые шли впритирку друг к другу по дороге, следовавшей изгибам песчаных пляжей. И вдруг ей открылся другой Рио: хижины, лачуги на пологих горных террасах. Ее поразил их нищенский вид. И очарование Рио поблекло.

— Я читала об этих кварталах, видела фотографии, — сказала Стефани. — Но Боже мой! Я никогда не думала, что их так много!

— Не все так просто, Моника, — стал объяснять Эдуардо. — В Рио несколько миллионов бедняков. Здешняя нищета — это настоящая болезнь.

— Тем более нужно что-то делать, — пробормотала Стефани, вглядываясь в страшные трущобы.

Описав полукруг, самолет снова направился в сторону моря, заходя на посадку в международный аэропорт «Ильха-де-Говернадор» с востока.

Очень скоро они приземлились. На отдельной стоянке их уже поджидали лимузин и джип, в котором сидели служащий отдела иммиграции и таможенник.

Эдуардо отстегнул ремень безопасности.

— Ну что ж, выходим. — Взяв Стефани за руку, он помог ей подняться и притянул ее к себе. — Добро пожаловать в Рио. — Он пристально глядел на нее. — Надеюсь, ты полюбишь это место так же, как я.

Стефани не отвела глаз.

— Я уверена, что полюблю, — ответила она тихо. За время полета Эдуардо успел рассказать ей о своих планах.

— Центральная штаб-квартира Группы де Вейги находится в Сан-Паулу, — объяснил он. — Отец отвечает за всю их деятельность. Но у нас есть крупные фирмы в Рио, и поэтому здесь приходится содержать подразделение, которое возглавляю я. Я уверен, что тебе будет интересно в нем работать.

«Хотела бы я быть в этом так же уверена!» — подумала Стефани. Ведь она была подделкой, которая ворвалась, вторглась в его жизнь, и у нее были совершенно иные цели.

— Нам пора, — прервал ее раздумья Эдуардо. — Мои родители и Заза летят дальше, в Сан-Паулу. Они ждут, пока мы попрощаемся с ними, чтобы продолжить свой путь.

Процедура заняла всего несколько минут. Багаж был перегружен в машину, выполнены все таможенные и иммиграционные формальности, которые для семьи де Вейга, впрочем, были и вправду лишь формальностями. И вот они уже в лимузине, мчатся в Рио. Эта поездка надолго запомнится Стефани. Как она считала, прежде всего из-за ярких видов, открывавшихся по дороге, а также из-за того, что Эдуардо рассказывал ей удивительные истории, связанные с этой страной, его родной страной. Очевидно было, что ему очень хотелось подстегнуть ее интерес к Бразилии. «Он так хочет, чтобы я была здесь счастлива», — подумала Стефани.

— Ты найдешь здесь очень много удивительного, — говорил ей Эдуардо. — Во всем мире, после Рио, есть только один город, который я люблю так же, как Рио: это Ресифи.

— А где он?

— К северу отсюда, ближе к экватору. Это нетронутый колониальный атлантический город, построенный на полуострове и соседних островах, связанных между собой мостами. Мы как-нибудь поедем туда вместе.

«Он вроде как и не спрашивает моего согласия», — подумала Стефани. Но, как ни странно, это не вызвало у нее раздражения. Она обожала путешествовать и всегда с радостью отправлялась в любую поездку.

Сейчас они ехали по очень перегруженной улице — авенида Инфанте дон Ненрик, тянувшейся вдоль широкого пляжа Фламенко. Стефани смотрела на загорелых женщин в узких бикини, на атлетически сложенных мужчин в не менее узких плавках, играющих в футбол и волейбол.

— Судя по всему, мне надо купить новый купальник, — сказала Стефани. — Я не знала, что сейчас в моде такие открытые.

Эдуардо рассмеялся. Стефани вдруг нахмурилась.

— Эдуардо, а почему никто не купается?

Эдуардо вздохнул.

— Грязная вода, залив Гуанараба не пригоден для купания.

— Как жалко. Они такие красивые, эти пляжи.

— Зато в океане можно купаться. В Рио пятьдесят километров океанских пляжей.

— Да, но все-таки… — Стефани задумчиво посмотрела на воду, не потревоженную ни единым купальщиком.

И тогда Эдуардо заговорил об Амазонке — величайшей реке на земле, расположенной в величайших же джунглях, где захватывающая дух красота соседствовала с неисчислимыми опасностями. Он говорил о Риу-Негру, одном из многочисленных притоков Амазонки, где совсем нет москитов, а вода черного цвета из-за гниющих растений, которые убивают кладки москитов, о кайманах, южноамериканской разновидности крокодилов, об электрических скатах и пираньях, о капибара, самых больших грызунах в мире, которые могут под водой задерживать дыхание на восемь минут.

— Эдуардо! — запротестовала Стефани. — У нас не будет времени посетить все эти места. Я думала, что я буду работать…

— Будешь, будешь, — успокоил ее Эдуардо. — Видишь ли, Моника, Группе де Вейги принадлежит один из крупнейших фармацевтических комплексов в мире — «Ситто-да-Вейга», он находится как раз в дебрях амазонских джунглей, и нам довольно часто придется туда летать по делам.

Сейчас они ехали по авенида дес Накос Унидас, где движение шло по двум тоннелям, проложенным в горах.

— В отличие от расхожего мнения, — говорил Эдуардо, — я не вижу ничего плохого в том, чтобы сочетать работу и удовольствие. Для меня это одно и то же.

Они въезжали в отверстую пасть второго тоннеля.

— Ну вот, мы почти приехали.

Когда машина вылетела вновь на залитую солнцем улицу, он объявил:

— «Зона Сул» — южный сектор. Посмотри вокруг, Моника! В этой части Рио делаются фотографии для туристических агентств.

Стефани то втягивала голову в плечи, то вытягивала шею, чтобы лучше видеть. Эта часть города была бога той, современной. Здесь было много магазинов и кафе.

«Все это я знаю, — подумала Стефани, — по тысячам открыток и плакатов… хотя еще ни одна фотография не отразила во всей полноте то, что она запечатлевает на самом деле…»

— Ну как тебе все это? — спросил Эдуардо.

— Никогда не думала, что Копакабана такой бесконечный пляж!

— Он переходит в Ипанему, тоже не короткую. Надеюсь, ты скоро здесь освоишься. Хочешь еще покататься по городу или предпочитаешь отправиться в свою квартиру?

Стефани повернулась к нему.

— Куда? Я не совсем поняла.

— В одном из многочисленных зданий, принадлежащих Группе де Вейги, мы держим несколько квартир для гостей. В данный момент есть пустующая. Ты можешь оставаться там сколько захочешь. Хоть навсегда.

Навсегда. Стефани была ошеломлена.

— Я… я хочу посмотреть квартиру.

Нажав кнопку, Эдуардо опустил стекло, отделявшее салон от кабины водителя, и дал указание шоферу.

Откинувшись на спинку сиденья, Стефани смотрела и смотрела на всемирно известный пляж. Опять у нее появилось ощущение беспомощности, как будто все за нее уже кто-то решил. Она не знала, благодарить ли за это или высказать неудовольствие. Либо Эдуардо был необычайно предусмотрительным, либо у него было еще что-то на уме. «Я не должна быть неблагодарной. И, кроме того, если у него есть еще что-то на уме, то я могу сказать о себе то же самое», — наконец решила она.

Это был двухэтажный пентхауз, разместившийся на крыше небоскреба. Огромную гостиную отделяла от столовой стеклянная стена, большая кухня была оборудована в европейском стиле. Винтовая лестница вела из гостиной наверх, где находились три шикарные спальни, каждая со своим туалетом и ванной. Мебель в них была дорогая, стены украшены не менее дорогими литографиями.

У входа их встретила женщина средних лет. Ее седые волосы были круто завиты химической укладкой.

— Это Астрид, — сказал Эдуардо. — Она поможет тебе здесь устроиться.

— Здравствуйте, мисс Уилльямс, — с легким акцентом произнесла Астрид.

— Здравствуйте, — ответила Стефани, пожав руку женщины. «Эдуардо ничего не говорил мне о ней». Интересно, каких еще сюрпризов здесь можно ждать?

Появился носильщик с багажом Стефани. Астрид проводила его наверх. Затем она обратилась к Стефани, легко перейдя с португальского на английский.

— Если хотите, мисс Уилльямс, я покажу вам квартиру.

— С удовольствием посмотрю! — Стефани взглянула на Эдуардо. — Ты не возражаешь?

Он улыбнулся. Его радовал детский восторг Стефани.

— Конечно, нет Я приготовлю себе что-нибудь выпить и посижу на балконе.

Квартира, отметила Стефани, содержалась в идеальном порядке. Все в ней было предусмотрено для удобного и беззаботного житья — от кухни с большими запасами продуктов до ванн с роскошными полотенцами, мылом, духами. В каждой комнате в вазах красовались живые цветы. В одной из спален балконные двери были распахнуты и океанский ветер слегка колебал занавески. Стефани вышла на балкон.

Она облокотилась на перила и посмотрела вниз. Прямо под ней, на нижнем балконе, стоял Эдуардо с бокалом в руке. Ветер трепал его волосы.