В старом доме - Глеб Габбазов

и заглянул. Посреди комнаты полчища гигантских крыс ели зарубленные тела Бена и Одри, Ларри стоял с тесаком и с кошмарной улыбкой наблюдал за этим. После он резко повернул голову в сторону Кевина.

– Иди сюда! – улыбнулся он.

Кевин с криком бросился бежать назад, но железная дверь, которая вела обратно в магазин, резко закрылась. Кевин подолбил по ней, потом посмотрел в сторону Ларри. Он направлялся к нему, держа в руке окровавленный тесак и жутко улыбаясь.

Кевин быстро осмотрелся. Было ещё одно помещение с надписью «склад». Кевин бросился туда. Забежав, он закрыл дверь и подпёр её двумя ящиками, наполненными бутылками с молоком. Одна упала и с треском разлетелась, молоко разлилось бело-жёлтой лужой. Ларри подошёл к двери и начал долбить по ней. Кевин увидел небольшое окошко, ведущее на улицу, и бросился к нему. Он встал на два ящика и открыл окно. Ларри выбил дверь и с криком бежал к Кевину. Мальчик в последний момент пролез на улицу, но Ларри схватил его за ногу. Кевин закричал и ударил Ларри по лицу. Очки раскололись, и Ларри отпустил ногу. Кевин быстро поднялся и с криком побежал по улице.

***

К вечеру в «Молоко Ларри» приехала полиция. Осмотрев всё, она не обнаружила ни трупов, ни крыс. Только склад. Кевина посчитали перегревшимся на солнце, мол, привиделось. Вот только никто не заметил синяка на переносице у Ларри.

На следующий день у Ларри были новые покупатели, и они всё также были в восторге от его молока.

Зина

История эта произошла в начале прошлого века, в небольшой деревеньке «Клюквино». Сейчас эта деревня заброшена, да и тогда в ней жило от силы человек тридцать.

Среди тридцати человек жила девочка Зина, которая рано потеряла мать и отца. До четырнадцати лет девочку воспитывала бабушка, но и она вскоре умерла, и девочка осталась одна. Перед смертью, бабка подарила девочке вязаную куклу, последними словами бабки были: «И будет кукла тебе верна».

Теперь Зина жила одна, по хозяйству всё сама делала, травы и ягоды собирала, выращивала урожай. И всегда с собой носила ту вязаную куклу. Вскоре на девочку стали косо смотреть. Мол, зачем тебе эта кукла? Она волшебная? Нечистой силой занимаешься. Сначала Зину перестали приглашать на праздники, потом и вовсе гнали её со всех уголков деревни. Почти всё лето Зина сидела на своём дворике, не хотела выходить. Вскоре появилась острая потребность набрать ягод, и взяв с собой куклу, девочка направилась к лесу, покинув свой дворик. Она даже не заметила, как на её участок проникли два местных паренька – Петя и Федя.

К вечеру Зина вернулась с полной корзиной ягод. Когда она вошла к себе в дом, корзинка упала на пол, а Зина стояла в неприятном недоумении. Окна были разбиты, ценные семейные вещи украдены, всё разрушено.

– За что они так со мной? Я ведь ничего не сделала! – взвыла бедная Зина и упала на колени. Вскоре, на полу, она и уснула.

***

Наступило утро. Зина, заплаканная, вышла на улицу и обнаружила свою вязаную куклу, лежащую на крыльце. Подобрав её, Зина услышала крики и рыдания местных баб. Они проходили прямо рядом с забором, и из их слов она поняла, что ночью кто-то зверски убил двух деревенских парней – Петю и Федю.

С того момента репутация Зины ухудшилась. Её называли убийцей, поджидали на каждом углу. Один из местных стариков, Никифор, угрожал сжечь Зину вместе с домом. Вскоре, опять от местных баб, Зина узнала, что старик Никифор сгорел в собственном доме.

Истории стали происходить чаще. Кто бы как не угрожал Зине, обязательно в скором времени погибал. В этих историях Зина заметила закономерность. Каждый раз её кукла оказывалась на разных местах. Зина стала подозревать неладное. В один из вечеров, она взяла куклу на руки и спросила:

– Скажи, если ты живая, ты ли это делаешь?

Кукла молчала.

– Зачем? Не надо этого делать! – начала кричать Зина и потом со всего размаху швырнула куклу в угол.

***

Зина проснулась посреди ночи от запаха гари. Вскоре она осознала, что дом подожгли. Первый этаж пылал огнём, и Зина поднялась на чердак, а оттуда на крышу. С крыши она увидела почти всех жителей деревни, с вилами.

– Убийца! Ведьма! – раздавались крики из толпы.

– За что!? – сквозь слёзы выкрикнула Зина.

Вдруг на крыше показалась кукла. Она подошла к краю крыши. Она была живой. Кукла взмахнула руками, и дом резко потух. Вместо него вспыхнули все жители. Они бегали, горели, не могли себя потушить, кричали в агонии…

***

На следующее утро вокруг уцелевшего дома Зины лежали обугленные тела жителей деревни. Зина бесследно исчезла, а в живых остался только 96-летний старик Мартын. Он был единственным жителем, который не трогал девочку…

Никишо

А он любил. Нет, не любил, он обожал смотреть фильмы. И не просто по телику, или в кинотеатрах. Он любил смотреть фильмы на кассетах. Его старый видеомагнитофон VHS работал как новенький, а его полки заполняли не книги, а сотни кассет с различными фильмами. Казалось, Лёха готов смотреть фильмы всю жизнь. Он был помешан на приобретении всё новых и новых кассет. Он покупал их на барахолках, искал на помойках, трёс с друзей. Он готов был купить заветную кассету даже по завышенной цене, лишь бы она была именно у него.

В один солнечный день Лёха, как всегда, сидел перед экраном. Он пил колу и ел рисовые шарики из пиццерии снизу, полностью погрузившись в просмотр фильма. Он не сразу услышал, как разрывался его телефон. Недовольный тем, что его отвлекают от любимого дела, Лёха нехотя поднял трубку.

– Лёха! Здорова. Ты чего трубку не берёшь!? – раздался знакомый голос Сени.

– Привет-привет. Да я занят щас важным делом.

– Пхахах, я даже знаю каким…

– Хватит меня отвлекать! Давай, говори, чё надо?

– Да пригласить вечером в бар хотел. Развеемся хоть, сто лет не виделись. И погода топчик.

– Ну нет, я и вечером занят буду.

– Эх, ну ладно. Я то хотел тебе ещё кассету отдать даром…

Услышав слово «кассета», Лёха вырубил фильм, и в предвкушении взял телефон по-удобнее, в правую руку.

– А вот это уже интересно. Что за кассета? С каким фильмом?

– А вот, если в бар со мной вечером пойдёшь, узнаешь.

Лёха сделал глубокий вдох. Как жы ему не хотелось переться в этот бар!

– Ладно, уговорил. Во сколько встречаемся, и что