Она принадлежит мне (СИ) - Дженна Джей

— Об этом не беспокойся. Мне просто нужно немного времени.

— А до этого? — спросила я.

— Я не могу просить тебя остаться, не так ли? — сказал он неуверенно.

В его глазах таилась искорка надежды, и от осознания того, что сейчас я у него её отниму, мне стало плохо. Слезы навернулись у меня на глаза, и я прикусила губу, чтобы не расплакаться. Я знала, что, если останусь, это только ещё больше все усложнит, но от этого уходить было ничуть не легче.

— Мне нужно идти, — сказала я, мой голос был едва громче шепота.

— Могу я хотя бы подвезти тебя? Пожалуйста? — спросил он.

— Да, — тихо сказал я.

В душе я была рада провести с ним больше времени.

Пока я одевалась, комната казалась тяжелой от груза наших невысказанных чувств. Тишина была оглушительной, наполненной всем тем, что мы не могли заставить себя сказать.

Мне не хотелось уходить.

Одевшись, я спустилась к Айзеку.

— Спасибо, — сказала я, и мой голос застрял у меня в горле. — За всё.

Мы молча шли к его машине, никто не знал, что и сказать.

Пока он вел машину, я не могла удержаться и украдкой поглядывала на него, запоминая каждую черточку его лица, каждый изгиб губ.

После мучительной трехчасовой езды, мы добрались до места назначения, он повернулся, чтобы посмотреть на меня, и его глаза наполнились смесью печали и любви.

— Кристал, посиди в машине. Я пойду возьму для тебя номер и попрошу, чтобы пришли взять твои вещи.

Молча кивнув, я стала наблюдать как Айзек теряется в толпе людей.

Вскоре он вернулся вместе с носильщиком. Мы поднялись на десятый этаж, и мне протянули ключи.

— Если можно, я быстро дам вам информацию, так надо по кодексу, — сказал носильщик. — В вашем распоряжении собственная мини-кухня, обеденный уголок и комната отдыха. Здесь также есть бассейн на крыше с видом на набережную, фитнес-центр, мини гольф и коворкинг-пространство. Ваши окна смотрят на The Battery — прибрежного оазиса с многолетними садами. Нью-Йоркская фондовая биржа, Уолл-стрит и Всемирный торговый центр One World Trade Center также находятся в нескольких минутах ходьбы от отеля. Советуем использовать приложение Sender. Всё, что вам нужно в одном клике. И не надо куда-то звонить или идти. Стойка регистрации работает круглосуточно и без выходных. Опять-таки лучше использовать приложение. На этом всё.

Айзек расплатился с мужчиной, и мы остались одни.

— Я всё верну. Мн-

— Не глупи, Кристал. Это ничто.

— Но мне не удобно.

Он упёрся об косяк двери и устремил свой пристальный взор на меня. Его холодные, голубые глаза казалось смотрели сквозь меня.

— Кристал, считай это плата за моральный ущерб, — Он засунул руку в карман и достал пластиковую карточку протянул её мне. — Возьми.

— Нет уж, мне ничего от тебя не надо.

Он раздраженно вздохнул и, положив руку мне на талию, притянул к себе. Айзек всунул карту в мой задний карман, попутно ударяя меня по попе. Я ахнула.

— Пусть будет, хотя бы на всякий случай. Не спорь. Хотя бы не сейчас, — его голос был тихий и хриплый. — Я бы хотел, чтобы все было по-другому.

Я протянула руку и коснулась его щеки, ощутив тепло его кожи кончиками пальцев.

— Я тоже, — прошептала я.

Тяжесть нашей предстоящей разлуки тяжело повисла в воздухе. Это был момент, наполненный противоречивыми эмоциями: грустью и желанием, тоской и принятием. Не говоря ни слова, он притянул меня в свои объятия, и я растаяла на его сильной груди.

Его губы нашли мои в яростном и страстном поцелуе, словно Айзек пытался передать все чувства, которые мы не могли выразить словами. Это была смесь глубокой любви и боли, отчаянная попытка удержать друг друга еще хотя бы на несколько драгоценных мгновений.

Его вкус был одновременно знакомым и вызывающим привыкание, и я обнаружила, что теряюсь в ощущении его прикосновений. Его руки блуждали по моему телу, запоминая каждый изгиб и каждый сантиметр моей кожи, возможно, в последний раз.

Я почувствовала, как слеза скатилась с моих глаз, когда я углубила наш поцелуй, осознавая горько-сладкую реальность нашей ситуации.

Но в тот момент были только мы. Ничто другое не имело значения — ни прошлое, ни будущее. Это были только мы двое, вплетенные в танец любви и боли.

Но слишком скоро поцелую пришлось прерваться. Айзек отстранился, его глаза встретились с моими, как будто он пытался запечатлеть в памяти каждую деталь.

— Я позвоню тебе и скажу, когда всё будет готово, — сказал он, смахивая слезу с моей щеки.

Во мне не нашлось сил заговорить, поэтому я лишь покачала головой в знак согласия.

Уходя, Айзек обернулся, чтобы посмотреть на меня. Наши глаза встретились, и я помахала рукой, грустно улыбаясь.

Прошел месяц с тех пор как он ушёл, но мне кажется, что прошла вечность. Каждый день кажется борьбой, постоянным сражением за то, чтобы держать себя в руках и продолжать двигаться вперед без него рядом.

Я скучаю по нему так сильно, что сердце сжимается при одной мысли о нём. В моей груди есть боль, которая никуда не денется, пустота, которую невозможно заполнить. Хуже всего по ночам, когда я лежу в постели, не в силах заснуть, тоскуя по его прикосновениям, его теплу, его присутствию.

Куда бы я не пошла, я ищу его везде, надеясь мельком увидеть его, снова услышать его голос. Но я понимала, что сделала правильный выбор, решая двигаться вперёд.

У меня была работа, и скоро я переезжала в новую квартиру, как оказалось за ту, Айзек заплатил за месяц вперед. Иногда я просыпалась, и мне казалось, что Айзек был сном. Но боль была слишком реальная.

Я думала, что смогу быть сильной, что смогу справиться с его отсутствием, но я ошибалась. Чувствуя себя такой потерянной без него, как корабль, дрейфующий по морю, без чувства направления или цели, я порой