Пустая комната №10 - Серафина Нова Гласс

а может, просто сорвавшимся… оказался совершенно другим, я и вообразить такого не могла. Он все просчитывающий социопат.

Я всхлипываю и пытаюсь убежать, но у меня кружится голова, я падаю, оборачиваюсь, слышу хлопок и шипение открываемой бутылки пива, а Каллум смеется. Он смотрит на меня и хохочет, для него моя безнадежная борьба за жизнь – просто развлечение.

И тогда я понимаю, что мне конец.

28

Касс

Когда чуть раньше я позвонила в полицейский участок и попросила соединить меня с детективом по делу Генри Хартли, мне, конечно, не спешили помочь, но, разумеется, я не сказала, что у меня есть. Копы неопределенно заявили, что я могу прийти вечером и он будет на месте, но днем его нет. И вот, покинув Анну, я с колотящимся сердцем и нарастающей тошнотой еду туда, готовясь все рассказать, и молю Бога, чтобы все прошло по плану. По моему идеальному плану. И тогда я буду в безопасности.

Я сижу в кабинете детектива Харрисона, который бросает на меня скептический взгляд, услышав, что я считаю Каллума Брукса виновным в трех смертях. Мне кажется, я даже вижу ухмылку, но он ведет себя как профессионал и садится напротив, чтобы выслушать.

Сначала я передаю ему свой телефон и прошу посмотреть видео, где Генри говорит, что боится за свою жизнь, и объясняет, что Каллум сделал с Лили. Во время просмотра щека детектива пару раз дергается, а кадык ходит туда-сюда. Наверное, тяжело смотреть, когда кто-то рыдает и говорит, как сожалеет. Даже полицейскому. Когда видео заканчивается, он кладет телефон экраном вниз рядом с собой – видимо, теперь это улика.

– Где вы это взяли? – спокойно спрашивает он.

– Буду честной…

– Неплохо для начала, – говорит Харрисон.

– Однажды вечером я покопалась в его телефоне. Он жил в комплексе, где я работаю. У меня были подозрения, что у него роман с женой Каллума. – Это ложь. Я понятия не имела об этом, просто не хочу, чтобы он спрашивал, почему я без причины копалась в чужом телефоне. – Однажды, когда он отключился у бассейна, я просмотрела его телефон. Дерьмовый поступок, но я любопытная и отправила видео себе. Да, я знаю! Прежде чем вы спросите, да, я поговорила с Каллумом, и, конечно, он сказал, что у Генри депрессия, тот не мог смириться со смертью Лили, принимает лекарства, пьет, чтобы справиться с этим, и просто бредит.

– И вы поверили?

– Даже не знаю, о чем я тогда думала. Я сказала ему, что стерла видео, а он прав. Смерть Генри признали самоубийством, я решила, что Каллум не лжет, и выкинула это из головы. Но недавно узнала, что это не самоубийство, к тому же происходили и другие странности, и все сошлось.

– Какие, например? – спрашивает он, теребя лежащий перед ним блокнот. По его лицу невозможно понять, считает ли он меня чокнутой или рад тому, что свалилось ему в руки.

– Как я сказала, я работаю в «Платанах». Мастер на все руки.

Харрисон отрывает взгляд от блокнота и быстро оглядывает меня с ног до головы, оценивая, правда ли это. Я привыкла. Это происходит постоянно.

– Мастер на все руки? – переспрашивает он.

– Мне больше нравится «мастерица», но так и есть. В общем, я захожу во все квартиры, чтобы установить мышеловки, прочистить засоры в трубах и все такое, поэтому часто выхожу из офиса, и у меня есть кое-что интересное для вас.

Я кладу на стол флешку.

– Что это?

– Трудно объяснить. Но посмотрите, и все сразу поймете, – отвечаю я.

Пока он достает ноутбук и включает его, чтобы вставить флешку, я продолжаю болтать о том, что все видели, как однажды у бассейна Каллум угрожал Эдди, никто не знает, о чем они спорили, но у них явно есть общие дела. Роза, жена Эдди, подтвердит, что Генри и Эдди дружили, и, может, Эдди что-то знал или Генри рассказал ему про свой роман. Мотив я точно не знаю, но никто в «Платанах» не догадывался, кто такой Эдди на самом деле. Все с этим согласятся, и Роза тоже подтвердит мой рассказ.

Харрисон слушает только вполуха, поскольку подключает флешку и начинает открывать файлы, но я хочу, чтобы он запомнил мои слова. Я сразу понимаю, когда он включает запись. Ему неплохо удается замаскировать потрясение, но по блеску в глазах и поднятым бровям я понимаю, что это момент истины – «пропавший член картеля» превращается в «убитого члена картеля», и все это случайно обнаружила мастерица на все руки из «Платанов», наткнувшись на то, что не предназначалось для ее глаз.

По крайней мере, я надеюсь, что так работает его мозг. Во всяком случае, именно для этого я пыталась заложить фундамент. И надеюсь, что он проглотит наживку.

Харрисон извиняется и выходит. Я даже представить себе не могу, сколько людей он сейчас поднимет на уши, чтобы получить ордер или что там у них положено, но он сохраняет самообладание, пытаясь выудить из меня все возможные сведения.

Когда Харрисон возвращается, я слышу за дверью болтовню и шум – обрывки переговоров по рации, срочные приготовления. Он садится. Ноутбук и флешку он кому-то отдал, сам Харрисон по-прежнему спокоен и, если быть честной, доволен.

– И откуда же вы это взяли? – спрашивает он.

Я наверняка проведу здесь несколько часов, пока запишут мои показания, зададут вопросы и все такое. Но пока я сижу тут и рассказываю все, что им нужно знать, за кулисами уже все пришло в движение, так что я готова потерпеть. А последнюю маленькую деталь копы должны найти сами. И когда они это сделают, я буду свободна. 29

Касс

Когда я возвращаюсь в «Платаны», повсюду полиция, в темноте мигают красные проблесковые маячки, как стробоскопы. Дверь в квартиру Каллума открыта, внутри силуэты пары копов. Еще один стоит у патрульной машины и говорит по рации, а другой беседует с Бэбс у входных ворот. Еще несколько человек сидят в офисе и копаются в компьютере. Все как и следовало ожидать. Я паркуюсь на стоянке, и никто не замечает меня в этом хаосе.

Я сразу же иду к Анне. Не могу рассказать ей правду об Эдди, скажу, что начала подозревать Каллума в причастности к его исчезновению. Возможно, это эффект снежного кома. Эдди узнал о жене Каллума то, чего не должен был, и подписал себе приговор. Я многого не могу ей сказать, но хочу сообщить, что все кончено, и Каллуму предъявят обвинение. По крайней мере, она сумеет поставить точку.

Я стучусь, но она не отвечает. Открываю