Голубая Луна - Гамильтон Лорел Кей

Я воззрилась на него.

– Ладно, почему Ричард приказал тебе быть со мной?

– Все это закончится, как только ты займешься сексом с кем-нибудь из лукои.

У меня глаза полезли на лоб.

– Ну-ка, повтори.

– Он сказал, что если дойдет до того, что кто-то будет успевать, я должен буду сделать это сам.

– Сделать это? – опять тупо переспросила я. – То есть, сделать со мной?

У Джейсона хватило совести опустить глаза. Он кивнул.

Открыв ящик, я достала файрстар и засунула его за пояс джинсов. Вытащив следом браунинг, я отщелкнула предохранитель.

– Ничего личного, Джейсон, но у меня немного другие планы.

– Я не сказал, что эта идея мне нравится, – угрюмо ответил Джейсон. – Я могу сделать из этого шутку, и мне бы очень хотелось с тобой быть, но Жан-Клод – мой хозяин. Он меня однозначно прикончит.

Я посмотрела на Ашера, и тот еле заметно кивнул.

– Вполне вероятно.

– А если ты из-за своей щепетильности позволишь кому-нибудь меня схватить? – поинтересовалась я.

– Ну, Ричард так просто не убивает, – не менее мрачно ответил Джейсон. – Но если я допущу, чтобы тебя изнасиловали, он легко сделает для меня исключение.

Я помахала пистолетом, направив дуло в потолок.

– Но, к счастью для тебя, я вооружена. И очень опасна.

Джейсон кивнул чуть веселее.

Из ванной послышался звон битого стекла.

– Черт! – воскликнула я.

Вот это мы сглупили.

– Оставайтесь у двери, – приказала я и пнула дверь в ванную, держа пистолет наготове. За секунду я успела разглядеть человека, который пытался протиснуть свою немаленькую тушу в совсем маленькое окошко. Я бедром распахнула дверь, открывая ее полностью, и одновременно выстрелила в лазутчика. Он заорал и вывалился наружу.

– С этим окном разобрались, – крикнула я.

Снаружи слышались звуки драки. Визги, переходящие в вой. Я почувствовала поднимающуюся энергию, и поняла, что люди теряют человеческую форму. Я чувствовала, как они убираются, скользят между деревьев по направлению от нас. Я почти чуяла мускусный запах их меха. Мунин вынырнул так внезапно и резко, что я прислонилась к двери, которую использовала, чтобы прицелиться.

Отвернувшись от окна, я через всю комнату посмотрела на Джейсона. На его счет Райна чувствовала себя отлично. Ей было плевать, кто именно. Если это расстроит Жан-Клода, или будет стоить Джейсону жизни, это были их проблемы. Я медленно сползла по двери на пол, закрыла глаза, прижала прохладный ствол плоской стороной к горящему лбу.

– Надо, чтобы этим окном занялся кто-то еще, – сказала я слабо.

Мне оставалось только надеяться, что меня слышно. С речью у меня явно были проблемы.

Джейсон, похоже, все понял. И никто не спросил, что случилось. Я почувствовала, что моих ног коснулся Дамиан, и прошел в ванную. И только от того, что он прошел так близко, что-то внизу живота сладко напряглось и заныло. Я взглянула снизу вверх на него, и он застыл в дверях, словно почувствовав реакцию моего тела.

Он смотрел на меня своими кошачьими зелеными глазами, и я точно знала, что если скажу ему идти ко мне, он повинуется. Единственное, в чем я не была уверена – почему.

– Дамиан, – бесстрастно позвал Ашер. – Окно.

Дамиан не пошевелился и не оторвал от меня взгляда.

– Не могу.

– Прикажи ему следить за окном, Анита, – четко сказал Ашер.

Не обращая на него внимания, я перебралась на колени, свободной рукой скользя по ногам Дамиана. Проведя рукой по его паху, я покачала головой. Захватив рукой зеленую шелковую рубашку, я потянула его вниз, ко мне, и он опустился на пятки, так, что я оказалась у него между коленей. Я приподнялась и поцеловала его.

Мой язык скользнул между его клыков. В искусстве французских поцелуев с вампирами я достигла небывалых высот. Практика, практика.

Сначала Дамиан пытался не отвечать на поцелуй. Он отстранился и прошептал:

– Ты пахнешь кровью. Не своей кровью.

И прижался губами к моим губам так, словно хотел вдохнуть меня всю. Длинные бледные пальцы обняли мое лицо, потом скользнули дальше, в шелковистое тепло волос.

Я прижалась к нему всем телом. Оставшийся у меня спереди за ремнем джинсов файрстар прижался к его паху, и я впечатывала в него пистолет до тех пор, пока не услышала тихий звук боли. Браунинг остался на полу.

От окна ванной послышался шум. Я разорвала поцелуй, и Дамиан скользнул губами вниз по моей шее. Через окно, словно сквозь хрустальный тоннель, тщательно протискивался человек.

Вытащив из джинсов файрстар, я прицелилась. Прямо в лоб. У владельца лба расширились глаза, и еще через мгновенье он вывалился наружу. Все это зашло еще не настолько далеко, чтобы им совсем уж не хотелось жить. Вопрос был в другом – как далеко зашла я сама?

Дамиан тем временем накрыл губами бьющийся на моей шее пульс. Его язык, лаская, обвел его вокруг. Так он спрашивал разрешения. Но это была бы не та кровь, которой я собиралась делиться этой ночью. Райне было не интересно просто вскрыть вену.

Запустив свободную руку в длинную кроваво-красную гриву, я резко отдернула от себя его голову.

– Никакой крови. Лучше трахни меня.

– Жан-Клод его убьет, – подал голос Ашер.

– А мне плевать, – отозвалась я, и в момент, когда услышала себя, отстранилась. Я будто рвалась через липшую к лицу мокрую занавесь, которая пыталась обернуть мое тело, задушить меня, утопить.

Я отползла от Дамиана в комнату и крикнула:

– Следи за этим чертовым окном, Дамиан, и держись от меня подальше!

Он в нерешительности замер в дверях.

– Ты слышал, что сказала твоя госпожа. Делай, как велено, – холодно посоветовал Ашер.

Я услышала, как Дамиан зашел в ванную. Как скрипнуло под каблуками его сапог битое стекло. Я осталась на четырех точках, голову нещадно клонило вниз, дыхание сбилось. В одной руке у меня остался файрстар. И я сжимала его так сильно, что заболела рука. Я постаралась удержать надежное ощущение рукояти пистолета у себя в пальцах. Это – реально. Это – реально. А Райна – мертва. Просто еще одно чертово привидение, будь оно проклято.

Услышав, что ко мне кто-то подбирается, я подняла голову и увидела, что на меня во все свои фиалковые глаза смотрит Натаниель. Я заорала и кинулась от него. Он был жертвой, а Райна жертв обожала. Я вытянула руку, пытаясь от него отгородиться, и попятилась назад.

В результате я уперлась спиной в кровать, обеими руками сжимая пистолет и раскачиваясь вперед-назад.

Натаниель продолжал скользить ко мне с изящной, почти змеиной грацией, будто у него было слишком много позвонков. Он подобрался так близко, что когда заговорил, я почувствовала его дыхание.

– Я твой, Анита. Ты – моя Нимир-ра. Моя королева.

Он был осторожен и старался не дотрагиваться до меня. Он оставался за одно движение длиной всего в дюйм от меня, так что решение было за мной. Но моим это решение не было.

Я попыталась приказать ему от меня убраться, но голос меня подвел. Говорить я не могла. Я не могла пошевелиться. Все, что мне пока удавалось – оставаться на последнем хрупком рубеже контроля и не сдвинуть губы на это последнее разделяющее нас расстояние. Из последних сил я боролась и сопротивлялась, чтобы не поцеловать Натаниеля. Потому что, кто бы ни был следующим, это станет концом. Мунин меня побеждал. Даже мой самоконтроль был не безграничен. Я не хотела, чтобы это был Натаниель. И только это еще помогало мне держаться.

В дверь постучали, и стук был настолько неожиданным, что я заорала. Крик будто оттолкнул Натаниеля обратно на колени, чуть дальше от меня, но все равно слишком близко.

– Откроешь? – спросил Ашер.

Я покачала головой, но не имея в виду “нет” – я просто не могла говорить. Не могла думать. Я слишком сильно старалась не сорвать с себя оставшуюся одежду и не перетрахать всех присутствующих. Это требовало почти всей моей концентрации.

Похоже, Ашер все понял, так как соизволил самостоятельно спросить:

– Кто там?