Урсула Познански - Игра 14.0

Тук-тук-тук.

— Кто-то взывает к нам, — прошептал Ральф. — Мертвецы.

— Тихо! — Пауль рванулся к костру и выхватил разгоревшийся сук.

Весь подвал оказался залит его неверным, дергающимся светом. Стало видно, что в нишах, расположенных в дальних углах, сложены кости. Между нишами, прислоненные к стене, громоздились старинные надгробные камни.

Тук-тук-тук.

Пауль прислушался к доносившемуся оттуда шуму, затем поднял с земли один из камней и ударил им о стену. Два коротких удара, два длинных.

На секунду воцарилась тишина. Потом последовал ответ. Два коротких удара, два длинных.

— Вы слышите? — Пауль передал горящий сук Карине и принялся ворочать все камни в поисках потаенной ниши. — Там что-то есть! Кто-то!

Натан подбежал к нему, Ральф тоже. Они начали стучать и всякий раз слышали, как в ответ им тоже стучали.

— Видите вон ту каменную плиту, самую большую, ту, что прислонена к стене?

Втроем они толкали, тянули ее и наконец радостно закричали, когда та сдвинулась с места.

— За ней проем!

— Давай, навались посильнее с той стороны!

Было такое ощущение, словно ничего-то и не случилось, — не было ни сражения на мечах, ни окровавленных ран. Они схватились за веревку и сообща тянули ее — все, за исключением Георга, который опять уже подыскивал себе новое оружие среди валявшихся на земле вещей.

Совсем не в восторге была и Доро. Воздев руки, девушка ринулась к ним.

— Осторожно! Кто знает, что вы там обнаружите!

Ральф молниеносно убрал руки с камня.

— Она права!

— Она! Не! Права! — С каждым произнесенным словом Пауль немного сдвигал каменную плиту в сторону. — Это наше спасение!

Наконец проем в стене был открыт. За ним начиналась кромешная тьма.

Бастиан подошел поближе, крепко обняв Айрис.

— В любом случае здесь можно пройти! — крикнул Натан и отошел в сторону, чтобы Карина, державшая сук, который всё еще не прогорел, могла посветить внутрь лаза.

— Черт побери! — вырвалось у Пауля.

Перед ними виднелись ступеньки. Однако они вели вниз, еще глубже, еще дальше от солнечного света.

— Пусть кто-нибудь зажжет настоящий факел, — скомандовал он. — Ральф, позаботься об этом. Только один факел — нужно быть экономнее. Я спущусь туда; со мной пойдет Бастиан.

— Ни в коем случае! Мы все пойдем! — крикнула Карина. Она протиснулась мимо Бастиана, вклинившись между ним и Паулем.

Ступеньки были старыми, сырыми, изрядно пострадавшими от времени. Пауль осторожно ступал по лестнице, а остальные, кроме Арно, Штайнхена, Альмы и Лисбет, следовали за ним. Позади Бастиана шла Айрис; он спиной и шеей чувствовал ее теплое дыхание.

Перед ними была узкая шахта; они спустились вглубь по винтовой лестнице, которая дважды обернулась вокруг собственной оси, прежде чем вывела их на ровную площадку. Пауль поднял факел над головой.

Каменные глыбы и земля. Подземный зал, не созданный руками людей, но ими использованный. Пещера. Где-то капала вода, откуда-то доносились тихие жалобные стоны. В одном месте на скале Бастиан обнаружил кованое металлическое кольцо — здесь закрепляли факел. Рядом, на земле, лежала массивная железная решетка.

— Должно быть, здесь когда-то располагалась темница, устроенная при замке, — шепнула Карина. — Видите цепи на стене?

Снова раздался стук: камень стучал о камень, теперь гораздо громче; слышался и тихий плач.

— Эй? — осторожно крикнул Пауль. Плач прекратился.

— Это вы? Слава Богу, наконец-то! — Безудержное рыдание, откуда-то из глубины. — Вытащите нас, ну пожалуйста!

Сердце Бастиана чуть не выскочило из груди. Этот голос… это Сандра, точно она, только голос звучал очень хрипло; в нем слышались отчаяние и усталость.

— Там кто-то есть? Наконец-то! Ох, вот черт, как я рад! — Другой голос.

Варце, это Варце! Все последние дни Бастиан снова и снова пытался представить себе, что произойдет, если кто-нибудь из пропавших все-таки отыщется живым и невредимым. Стремился ощутить этот миг счастья. И вот теперь так и вышло, хотя чувство радости омрачал страх за собственную жизнь. Ему ли было обманывать себя и уверять, что все испытания кончились? Пока им так и не удалось найти выход из подземелья. Сам он всё еще был приговорен к смерти.

Теперь подал голос и Ларс — он окликнул их из мрака темницы.

— Я знал, что вы не бросите нас в беде.

Вот только взять с собой всего один факел было ошибкой — его слабого света не хватало, чтобы осветить всю темницу. Им не удалось разглядеть кричавших — пришлось идти наугад, туда, откуда доносились голоса. Легче всего было определить место, где находилась Сандра; ее голос раздавался из-под решетки, которая, как они заметили, подойдя поближе, прикрывала яму. Мерцающий свет факела выхватил из темноты скорчившуюся фигуру, сидевшую в этой яме глубиной более двух метров.

Сандра. Грязная и дрожащая, со слипшимися волосами. Ее одежда в нескольких местах была разорвана. В кожу рук въелась земля — она цеплялась за стены своей тюрьмы, пытаясь из нее выбраться.

— Вы слышали, как я стучала, да? Слава Богу!

Айрис держала факел, а Пауль и Бастиан вместе схватились за решетку и попытались ее поднять. Задача оказалась не из легких: решетка подвигалась понемногу, сантиметр за сантиметром. Лишь когда Натан и Георг взялись им помогать, дело пошло быстрее.

Совместными усилиями они вытащили из ямы Сандру, которая тотчас бросилась в объятия Пауля и прижалась головой к его груди.

— Я так боялась, что вы нас не найдете. Или что я сойду с ума.

Пауль бережно гладил ее по волосам.

— Всё уже позади. Всё будет хорошо.

— Кто-то был здесь, внизу, — прошептала Сандра. — Приходил снова и снова. Говорил, что будет держать нас здесь до тех пор, пока не добьется нужного.

Рука Пауля, гладившая волосы Сандры, замерла.

— Кто это?

— Не знаю! Он! Он был словно призрак; мы никогда не слышали его шагов или какого-то другого шума — всегда только голос, низкий, гортанный. Сидела я или спала, но всегда слышала его голос.

— Да. — У подножия лестницы темной тенью стояла Доро. — Тебе не нужно больше тревожиться, Сандра. Теперь он не будет тебя мучить.

Сандра, всё еще дрожа, тихо произнесла.

— Вам надо вызволить Ларса и Варце. Я их иногда слышала, мы переговаривались… но они не очень хорошо себя чувствуют. Я была так рада, что не одна здесь, иначе бы с ума сошла.

— Где они?

Сандра указала влево, позади себя.

— Кажется, там.

Георг и Ральф осторожно направились в окутанный мраком угол пещеры; им приходилось продвигаться на ощупь.

— Мы найдем их. Всё будет хорошо. — Пауль слегка отстранился от Сандры. — Как ты вообще сюда попала? Что случилось?

— Я не знаю. Я спала, потом припоминаю какую-то боль… словно ударили по голове. И потом я очутилась здесь. Темно, тут было так темно…

Айрис отошла от Бастиана и присела на корточки рядом с Сандрой.

— Ты никого не видела?

— Нет.

— Только слышала?

Сандра кивнула.

— Как звучал его голос? Такой вялый, монотонный? Словно говорящий после каждого слова обдумывает, как продолжить фразу?

Сандра посмотрела на Айрис, вытаращив глаза. Снова покачала головой, поначалу слегка, потом всё резче.

— Нет. Не такой. Скорее, какой-то древний. Дребезжащий. Мертвый.

Никто не изумился, все понимающе закивали.

Черт побери еще раз, этого не может быть. С другой стороны, не так уж и тяжело запудрить мозги перепуганной девчонке.

— Сто к нулю в пользу Тристрама, — раздосадованно шепнул Бастиан вернувшейся к нему Айрис. — Скоро я сам начну верить в эту чепуху.

Хотя…

— Ну и странные привычки у Тристрама, — сказал он. — Там, наверху, где всё залито светом, он пишет нам, что здесь, внизу, спокойно поговорит с нами. Доро? Ты можешь это объяснить?

— Да, — донесся с лестничной площадки ее тихий голос. — Он говорит с нами. Всегда. Однако в темноте его лучше слышно.

— Спорить с ней о чем-то вообще не имеет смысла, — подвела черту Айрис и, прищурив глаза, смерила взглядом Сандру. — Слушай, неужели тебе совсем не хочется пить?

— Что? Ну, нет. Если только немного. Но там, внизу, к счастью, было чуть-чуть воды…

Она указала в сторону ямы, где неясно вырисовывались контуры какого-то кувшина.

— Кто-то принес это тебе? Боду?

— Да. И еще пару яблок, кусок хлеба… но мне страшно хочется есть.

— Ну, тут-то мы тебе ничем не можем помочь.

— Я безумно тревожился за тебя, Сандра, — сказал Бастиан, взял ее за руку и крепко пожал.

Впервые она посмотрела ему прямо в глаза и даже немного отстранилась от Пауля, словно чувствуя за собой вину.

— Он знает, — заметил Пауль. — Он знает всё, даже то, что я подослал тебя к нему, чтобы вы познакомились. И… — Он опустил голову, провел рукой по глазам. — …Случилось кое-что похуже. Мы никогда не сумеем вывести его из подземелья.