Джеймс Паттерсон - Умереть первым

Он еще раз кивнул, слабо улыбнулся и умер у меня на руках. Даже в самом кошмарном сне я не могла представить, что Крис умрет первым, раньше меня. Это так поразило меня, что я долго не могла прийти в себя и сидела рядом с ним, положив голову на его окровавленную грудь. Все вокруг вдруг показалось мне каким-то странным, совершенно нереальным, как будто это происходило в каком-то страшном сне. А потом подбежали врачи, долго колдовали над Крисом, а я сидела на земле, ничего не понимая и не желая уходить с этого места. И только когда его положили на носилки, я очнулась и вспомнила, что так и не успела сказать ему последнюю новость.

— Крис, — шепнула я пересохшими губами, — доктор Медведь сказал, что я выздоравливаю.

Глава 126

В течение нескольких дней к полицейскому департаменту я даже близко подойти не могла. Мне великодушно предоставили недельный отпуск, я сидела дома, смотрела старые видеофильмы, ходила на процедуры и много гуляла на свежем воздухе. А когда возвращалась домой, садилась на террасе пить чай и вспоминала, как мы с Крисом были здесь в последний раз. А однажды слишком много выпила и стала играть со своим пистолетом, все чаще подумывая о том, чтобы пустить пулю в лоб и покончить раз и навсегда со своими мучениями. И только моя милая Марта отвлекала от дурных мыслей. Да и память о Крисе не позволяла мне покончить с собой. Мне казалось, что своим самоубийством я предам его, а заодно и верных подруг.

А на душе с каждым днем становилось все тяжелее. Временами казалось, что мое сердце разорвано на две половинки, которые никак не могут соединиться и дать мне возможность забыть недавнее прошлое. Три раза в день мне звонила Клэр, но даже с ней я не могла долго говорить.

— Линдси, — успокаивала она меня, — ты ни в чем не виновата, ты ничего не могла сделать.

— Да, — признавала я, но это меня нисколько не утешало.

Иногда я пыталась вновь вернуться к уже практически законченному делу и утешить себя тем, что мне удалось распутать его. Убийца молодоженов был обнаружен, раскрыт и наказан, а подозреваемый ранее Николас Дженкс бесстыдно наслаждался своей еще более возросшей популярностью и часто мелькал на экране местного телевидения. Болезнь моя потихоньку отходила, а вместо насыщенной прежде жизни появлялась какая-то страшная пустота. В особенности после смерти Криса. И меня это пугало, так как я хорошо помнила, что когда-то в порыве откровенности призналась Клэр, что только в работе нахожу силы для борьбы с болезнью и тоской. Именно тогда у меня все чаще стали появляться сомнения относительно правильности выбранного пути. Надо было вернуться к работе и найти в себе силы для дальнейшей жизни.

Через четыре дня после стрельбы во Дворце изящных искусств я заставила себя отправиться на похороны Криса, которые должны были состояться в католической церкви в Хейуарде, откуда он был родом. Сидела я рядом с Сэмом Ротом и Уорреном Джейкоби, неподалеку от шефа полиции Мерсера, но на самом деле мне хотелось в этот момент быть рядом с Крисом. А когда стали произносить слова прощания, я не выдержала и расплакалась, не обращая внимания на удивленные взгляды его первой жены и двух сыновей-подростков. Джейкоби пытался успокоить меня, но это было не так просто.

К концу траурной церемонии я подошла к его бывшей жене и сочувственно пожала руку.

— Мне давно хотелось познакомиться с вами, — откровенно призналась я. — Он умер у меня на глазах.

Она посмотрела на меня с таким пониманием, на которое способна только женщина.

— Да, я знаю о вас все, — тихо промолвила она. — Вы красивая женщина и к тому же очень умная. Крис мне много рассказывал о вас.

Я слабо улыбнулась.

— А еще он говорил, что вы очень храбрая женщина, — добавила она. Я чуть не разрыдалась, но взяла себя в руки и хотела уйти, но она остановила меня: — Линдси, почему бы вам не остаться здесь, рядом с нами?

Департамент полиции устроил Крису достойные похороны. Все было чинно, солидно, а двадцать один залп в честь героически погибшего полицейского вызвал у всех слезы. Когда все закончилось, я медленно поплелась к машине, не зная толком, что делать и чем теперь заняться. У ворот кладбища меня ждали Синди, Джилл и Клэр.

— Линдси, поедем с нами? — сочувственно предложила Клэр.

Я посмотрела на них сквозь слезы и покачала головой.

— Я должна была быть на его месте. Не понимаю, зачем я позволила ему преследовать ее.

Подруги обняли меня и прослезились.

— Не оставляйте меня, девочки, — с трудом проговорила я.

— Оставить тебя? — удивленно переспросила Джилл.

— Ни за что на свете! — поддержала ее Синди. — Мы ведь одна команда, не так ли? И всегда будем вместе.

А Клэр мягко улыбнулась и взяла меня под руку.

— Мы любим тебя, Линдси.

Мы обнялись и медленно пошли к стоянке, позволяя прохладному океанскому ветерку осушить наши слезы.

В тот день у меня созрел план действий. В шесть часов вечера я приехала в департамент полиции и сразу же направилась к мемориальной доске, на которой были выбиты имена всех полицейских Сан-Франциско, погибших при исполнении служебных обязанностей в период с 5 октября 1878 года, когда был образован наш департамент, и до настоящего времени. Там уже суетился человек в рабочей спецовке, готовый добавить к длинному списку фамилий еще одну.

У нас давно установилась традиция не считать количество погибших, так как это было дурным знаком. Но я решила нарушить старое правило. Крис был девяносто четвертым в этом длинном списке. Завтра здесь соберутся все сотрудники полиции, городское начальство, родные и близкие, чтобы отдать традиционные почести храброму полицейскому, прекрасному сыщику и просто хорошему человеку. Я тоже приду сюда, но мне хотелось побыть с ним наедине, без лишних свидетелей и шумной толпы.

Через полчаса все было готово. Рабочий стер последнюю пыль с доски и отошел на несколько ярдов, словно любуясь своей работой. Я приблизилась и провела рукой по холодному и ровному мрамору.

Кристофер Джон Роли.

— Вы знали его? — участливо спросил рабочий, увидев слезы у меня на глазах.

Я кивнула и ощутила гордость. Еще бы мне его не знать!

— Мой напарник.

Эпилог

Последний смертельный удар

За время работы в полиции я привыкла к мысли, что все расследования, так или иначе связанные с убийствами, всегда оставляют после себя некоторую тайну, то есть вопросы, на которые не были найдены ответы.

Всегда, но только не на этот раз.

Однажды поздно вечером, через месяц после похорон Криса, я сидела дома, приготовила ужин, покормила Марту и хотела пойти с ней погулять, когда раздался стук в дверь. Стук был резкий, сильный и настойчивый. Так обычно стучит человек, который уверен в том, что ему откроют. Поскольку из домофона мне никто не звонил, я подошла к двери и посмотрела в глазок. Каково же было мое изумление, когда я увидела перед дверью Николаса Дженкса.

Поначалу я просто не поверила своим глазам. Он был в голубом блейзере, белой рубашке и темно-серых слаксах. А на лице — наглое выражение, которое мне было хорошо знакомо по предыдущим встречам.

— Неужели вы не откроете мне, инспектор? — спросил он с хамоватой ухмылкой. Весь его вид говорил, что быть такого не может, чтобы ему не открыли дверь.

— Нет, не собираюсь! — отрезала я и отошла от двери. Дженкс снова забарабанил по двери.

— Нам не о чем говорить с вами! — закричала я. — Проваливай отсюда, засранец!

— Ошибаетесь, инспектор, — ответил тот из-за двери. — Вы проиграли, и я пришел сообщить вам об этом!

Эти слова поразили меня как удар молнии. Я замерла, а потом подошла к двери, подумала немного и открыла ее. Дженкс стоял на пороге и нагло усмехался. Точнее сказать, даже не усмехался, а насмехался надо мной.

— У меня сегодня большой праздник, — радостно сообщил он. — Я самый счастливый человек в этом мире. А знаете почему?

— Нетрудно догадаться, — недовольно проворчала я. — Вы снова холостяк и можете удовлетворять свои мерзкие наклонности.

— Ну, это тоже серьезный повод для веселья, — ехидно произнес он. — Но к счастью, далеко не единственный. Дело в том, что сегодня я продал авторские права на свою последнюю книгу и получил за это восемь миллионов долларов. Плюс еще четыре я получу за право экранизации. Неплохо, не правда ли? Кстати, на этот раз речь идет не о художественном произведении. Догадайтесь, инспектор, о чем эта книга. Напрягите воображение.

Я с большим трудом подавила в себе желание врезать ему по физиономии, как тогда, в день гибели Криса.

— И вы решили, что я именно тот человек, который испытает восторг от этой новости? Как вы наивны, Дженкс!

Он продолжал нагло усмехаться.

— Откровенно говоря, я пришел к вам поделиться совсем другой новостью, оценить которую можете только вы, инспектор. Надеюсь, я заинтриговал вас, Линдси? Так вот, дорогая, вы вчистую проиграли это сражение.