Наследие души - Е. Е. Холмс

– Если бы люди узнали о нашей способности общаться с мертвыми, нас не оставили бы в покое.

– Я не понимаю. Почему это было бы так ужасно, если бы люди узнали?

На этот раз ответила Люсида:

– Можешь себе представить, что бы произошло? Каждый муж, потерявший жену, захотел бы поговорить с ней. Каждая мать, потерявшая ребенка, захотела бы увидеть или услышать своего малыша. А церкви? Ученые? Нас бы изучали и эксплуатировали, как чертовых инопланетян, не так ли?

Конечно, она была права. Что, если бы я узнала о существовании таких людей, как и о том, что могу быть одной из них? Разве я, только что потерявшая свою мать, не воспользовалась бы любыми средствами, чтобы поговорить с ней в последний раз?

– Как я уже сказала, возникла срочная необходимость в переходе. Этот особый дух был… довольно настойчив, – продолжила Карен, глядя куда-то вдаль.

Мне не нужно было спрашивать, что она имеет в виду. Я мысленно вернулась в туалетную комнату библиотеки, к фигуре в капюшоне; мне ли не знать, что такое настойчивый дух.

– Была поздняя ночь, и мы как раз открыли врата. Духи только-только начали проникать, когда дверь нашей спальни с грохотом распахнулась. – Карен закрыла глаза и сглотнула. – Это был наш отец. Одного взгляда на нас ему хватило, чтобы прийти к какому-то заключению, хотя мы никогда не узнаем наверняка, что он там себе вообразил. Отец был глубоко религиозным человеком. Свечи, магический круг – возможно, он подумал, что мы занимаемся колдовством или чем-то подобным. В любом случае он запаниковал, подбежал к нам и попытался разорвать наши сцепленные руки.

Карен, казалось, была не в состоянии продолжать. Она резко втянула воздух ноздрями. Люсида сползла на краешек кресла, в ее глазах горело тревожное сочетание ужаса и восхищения. Катриона по-прежнему смотрела в пол, задумчиво покачивая головой.

– Черт возьми, Карен, я этого не знала, – прошептала Катриона.

– Никто, кроме Совета, так и не узнал, что произошло на самом деле. Это была наша просьба, и Финварра отнеслась к ней с уважением.

Все три женщины замолкли в мрачном раздумье, тогда как я сгорала от нетерпения. Наконец я выпалила:

– Так что же с ним случилось? Что произошло, когда он расцепил ваши руки?

– Он вмешался в работу врат. Дух находился в середине пути, когда твой дед сделал собственное тело частью прохода.

– Такого почти никогда не бывает, потому что дурупинены действуют в обстановке строжайшей секретности. Но редкие случаи отмечены, – сказала Катриона.

– Когда тело твоего деда встало на пути, его частично покинул собственный дух. Пожалуй, это самое простое описание, которое я могу дать, – сказала Карен.

Я почувствовала, как последние краски отхлынули от моего лица. Я закрыла глаза от внезапного приступа тошноты.

– Покинул… частично?

– Если бы покинул полностью, отец, конечно, умер бы. Но нам удалось закрыть врата и завершить переход до того как просочилась вся его душа.

– Но с ним что-то произошло. Я имею в виду, он явно не в себе, – заметила я.

– Это да, – согласилась Карен. Она встала и прошлась по комнате, казалось, тщательно взвешивая следующие слова. – Наши души хотят перейти на другую сторону. Даже находясь внутри наших тел, они могут чувствовать притяжение потустороннего мира. Вот почему люди в большинстве своем не остаются здесь как призраки. Души следуют сильному зову и совершают переход сразу после смерти. Когда твой дедушка вошел во врата, притяжение оказалось достаточно мощным, чтобы побудить его душу покинуть свой дом и отправиться на поиски последнего пристанища. Мы полагаем, что небольшая часть его души так и сделала, оставив другую часть поврежденной и тоскующей.

Я пока не могла осмыслить идею последнего пристанища, поэтому задала более насущный вопрос:

– Но тут что-то не сходится, Карен. Если его душу вытянуло из тела, почему такого не происходило с вашими душами? Ведь вы с мамой все время подставляли себя под воздействие силы притяжения, открывая врата.

– Это у нас в крови, – ответила Люсида. В ее голосе звучала гордость. – Тех, кто наследует дар дурупиненов, нельзя перетащить на другую сторону, пока мы совершаем обряд перехода. Нас защищает право, данное нам при рождении.

Я не ответила. Мой разум только что совершил мысленный скачок в прошлое лето. Измученный голос деда эхом отозвался в моей голове: «Я видел это! Отправь меня обратно!»

Карен продолжила:

– Твоя мать была в отчаянии. Конечно, мы обе страдали, но впервые в жизни оказались на непримиримых позициях. Я чувствовала, что наш долг – продолжать исполнять обязанности дурупиненов. Твоя мать хотела бросить все это.

Люсида издала звук, похожий на тихое кошачье шипение. Катриона бросила на нее строгий взгляд, который та полностью проигнорировала.

– Почему ты решила и дальше заниматься этим, после того что случилось с твоим отцом? – Я не хотела грубить, но точка зрения моей матери виделась мне гораздо более осмысленной, чем позиция Карен. – Когда то, что ты делаешь, чуть не убивает твоих родных, разумно остановиться, верно?

– Я понимаю, почему ты сомневаешься в моем мнении по этому поводу, Джесс, но речь шла не о том, чтобы отказаться от какого-то хобби или чего-то подобного. Это было обязательство, для выполнения которого мы были рождены. Именно так объясняла Финварра наше предназначение, и я все еще верила в это. Но твоя мать больше не могла этого выносить. Она ушла.

– Но она все равно видела призраков, не так ли? Что она могла поделать с этим даром? Я не могу припомнить, чтобы мама когда-либо словом или делом заставила меня подумать, будто видит призраков. Я в том смысле, что сама вижу призраков всего несколько месяцев, и половина людей из моего окружения уже готова упечь меня в психушку. Как она могла скрывать это от меня?

– Она провела связывание, – прорычала Люсида и замолкла, не собираясь, видимо, больше ничего добавлять.

Я повернулась к ней, взбешенная.

– О, это полностью все объясняет! Большое спасибо. Полагаю, тебе не приходило в голову, что я понятия не имею, о чем вы тут все говорите? Если ты встреваешь в разговор, может, хотя бы расшифруешь свои долбаные кодовые словечки!

Люсида открыла было рот, чтобы ответить, но Карен оборвала ее:

– Она права, Люсида, позволь, я объясню ей, что к чему. Связывание – это заклинание, которое дурупинен может наложить на себя или на другого человека, чтобы блокировать контакт с внешними духами. Его можно использовать на очень короткое время и только в случае крайней необходимости. В прошлом его практиковали для защиты дурупинена от враждебных духов