Красота красная - Аранца Портабалес

зятем. Мать девочки ревнует ее. Отец присвоил триста тысяч евро из траста, а покончившая с собой старуха была религиозной фанатичкой, которая утверждала, что мертвая девочка приходила к ней по ночам, обвиняя тетю в собственной смерти.

– Ты что, издеваешься надо мной?

– Нет, босс.

– Значит, у всех имелись мотивы. Я хочу, чтобы все это ты отразил в официальном отчете. Сантьяго… есть еще кое-что.

Когда Санти называли полным именем, всегда что-то было не так.

– Слушаю.

– Что за чертовщина происходит между тобой и Аной Баррозу?

– Это не твое дело, Гонсало.

– Вас видели вместе ужинающими в субботу.

– Это потому что мы ели вместе.

– Послушай, Санти, я не против, если вы будете есть или спать вместе. Но ты втянул Ану в самое важное дело года. Здесь рабочие группы находятся под моим руководством. И если причина, по которой ты выбираешь офицера для расследования дела, заключается в том, что он забрался к тебе в постель, то это ошибка, Сантьяго.

Испытывая непреодолимое желание дать ему в морду, Санти засунул руки в карманы и глубоко вдохнул. Он даже позволил себе сосчитать до пяти, чтобы не выдать, о чем думает.

– Гонсало, я выбрал Ану из-за того, что знал: она мне очень поможет. Она без чьей-либо подсказки обнаружила фотографию, и именно она догадалась, что между Ксианой и Фернандо Феррейро имелась связь. Она работает над этим делом и добивается отличных результатов. И ем я с ней или сплю – это действительно не твое дело. Но я не позволю тебе отстранить ее от дела из-за того, что происходит, когда мы выходим из участка.

– Ты ничего не понимаешь, да? Если оставишь ее в расследовании, ты не окажешь ей никакой услуги. Тебе никто ничего не скажет. И мне. Я комиссар, а ты инспектор. Но ее съедят заживо.

Санти вспомнил ее слова на днях. «Ты знаешь, в какое положение меня ставят отношения с тобой? Ты можешь себе представить, что сказали бы мои коллеги, если бы узнали, что мы вместе?» Он никогда не задавался вопросом, навредит ли Ане это.

– Хорошо. Я отстраню ее от дела, – неохотно согласился Санти.

– Молодец.

– Что-нибудь еще?

– Нет.

Санти направился к двери.

– По правде говоря, у тебя неплохой вкус, Абад!

Санти развернулся и подошел к нему. Его лицо находилось буквально в паре сантиметров от лица Гонсало.

– Не заходи слишком далеко. Понял?

– Успокойся! – вскинул руки Гонсало.

Санти снова развернулся и вышел, с грохотом захлопнув дверь.

Уже уходя, он позвонил Хави и сказал, что они едут в Лас-Амаполас.

Затем попросил Ану пройти в его кабинет.

Как только она закрыла дверь, Санти все ей сказал. Прямо.

– Гонсало попросил меня отстранить тебя от дела.

– Что?

– Ты меня слышала.

– Но почему? Что я сделала?

«Переспала со мной», – был готов ответить Санти.

– Кто-то видел нас в субботу. Гонсало вбил себе в голову, что ты участвуешь в деле, потому что мы вместе.

– Вот дерьмо!

– Послушай, все в порядке. Ты не идешь со мной, но по вечерам мы можем встречаться, и я буду держать тебя в курсе.

– Мне не нужны гребаные крохи этого дела. Я много работала. И я хорошо работала! – Ана расплакалась от ярости.

Санти попытался обнять ее, и она резко отстранилась.

– Я не хочу объятий. Я хочу, чтобы ты пошел в кабинет Гонсало и рассказал ему правду. Что я много работала, что я хорошо работала и что несправедливо отстранять меня от дела только из-за того, что я совершила ошибку, начав встречаться со своим начальником.

– Ошибку? Вау, теперь я на одном уровне с Хави!

– Отвали от меня, Санти. Какой ты, к черту, начальник, если не смог рассказать в том кабинете все, что я сделала за последние пятнадцать дней?

Находясь вне себя, Ана вытерла слезы тыльной стороной руки.

– Я поговорю с ним, – заявила она.

– Ничего подобного, – перебил Санти. – Ты останешься здесь. Это приказ.

– Ах ты скотина! – взвизгнула Ана. – Теперь выясняется, что у меня не один начальник-придурок, а целых два начальника-придурка.

Эта вспышка застала его врасплох. Санти толкнул ее к стене. Ана застыла неподвижно. Как каменная. Пытаясь осознать произошедшее.

Санти тоже остался стоять на месте. Не совсем понимая, что только что произошло. Как только он понял, сразу попробовал обнять ее.

– Ана! – выдохнул он. – Боже, Ана. Прости. Дерьмо. Ана!

Она не шевелилась.

– Я причинил тебе боль? Дерьмо. Дерьмо. Ана!

Ана отстранилась от него. Санти не переставал повторять ее имя. Ана не желала этого слышать. Покинув кабинет, она направилась в женский туалет. В кабинке села на унитаз с опущенной крышкой. Поджала ноги. Обняла колени так, что снаружи, снизу, между полом и дверью, не было видно, есть кто-то внутри или нет. Затем она снова расплакалась. Молча.

И на этот раз не от ярости.

Игра окончена

Санти точно знал, что должен сделать. Это было ясно. Времена извинений и объяснений прошли. Он упустил второй шанс. Накануне он ушел домой и целый день не возвращался в участок. Вечер Санти провел, сидя на диване с мобильным телефоном в руке и думая о том, что сказать, как все исправить. Пока не понял, что решения нет.

Поэтому первое, что он сделал утром, – отправился поговорить с Гонсало. А выйдя из его кабинета, попросил Луи, чтобы тот отправил к нему Ану, как только она появится.

Ана опоздала. Появилась около половины девятого. Постучала в дверь и шагнула в кабинет, избегая его взгляда.

Санти тоже почти не смотрел на нее. Как только Ана вошла, он заговорил. Не делая ни единого жеста. Не давая ей времени сесть.

– Привет, Ана. Входи. Я хочу, чтобы ты знала: я только что поговорил с Гонсало. Я донес до него, что нет причин отстранять тебя от дела. Что я думаю, что ты самый подходящий человек, чтобы продолжать в нем участвовать. Шеф принял мои объяснения. Поэтому, если хочешь, можешь продолжать.

Ана ничего не ответила, просто не сводила глаз с пола.

– Посмотри на меня, Ана, – попросил Санти.

Она не пошевелилась.

– Я сказал, посмотри на меня. Послушай меня внимательно: я говорю только о работе, Ана. Ты вчера очень хорошо сказала. То, что произошло между нами, было ошибкой. Я думаю, мы оба сможем забыть о последних неделях и сосредоточиться на работе.

Она продолжала молчать.

– Ана, если ты такой профессионал, каким я тебя считаю, ты сядешь в кресло рядом со мной и просмотришь записи. Ты примешь мои извинения как своего босса, которым я