Ловушка для Крика - Саша Хеллмейстер

рукой и упал в снег на локоть, глядя на сломанный куст. На снегу остались громадные следы нечеловеческих стоп, окроплённых кровью. Я безвольно повисла на верёвке. Почудился ли мне громкий треск сучьев неподалёку или кто-то бродил вокруг нас? Внезапно всё стихло, и мы поняли, что остались совершенно одни. Всё повторялось совсем как тогда, на озере.

Всё ещё кашляя, Вик кое-как встал и побрёл ко мне, увязая в снегу.

– Что за чёрт… – прошептал он, потирая шею. – Это не мог быть он…

– Не мог быть кто?!

Но он мне не ответил и только сплюнул кровавую слюну в сугроб.

– Потерпи, чикала. Всё потом. Сперва снимем тебя отсюда.

Он нашёл неподалёку свой нож, дошёл до меня и с трудом дотянулся до верёвки.

– Погоди… – он раскашлялся и еле выдавил: – Вот так. Ну-ка, цепляйся.

Я упала бы вниз головой, но он вовремя подхватил меня и крепко прижал к себе, уложив грудью на плечо. Я чувствовала, как дрожит всё его тело, и стиснула за шею в объятиях, наконец проливая слёзы и испуганно озираясь. В лесу больше не слышалось ни звука, ни шороха, но где-то в истончающемся тумане, возможно, всё ещё бродило огромное нечто, объяснения которому я найти не могла… и которое тем не менее спасло нас.

В дом мы ввалились вдвоём, оба в снегу, будто попали в бурю. Вик первым делом запер дверь на засов и упал на пол, продолжая хрипло кашлять.

– Вик? Лесли? – к нам подбежал Джонни. – Что стряслось?! Ли, у тебя кровь!

Я машинально коснулась рукой разбитой головы. На лбу и виске была засохшая корочка крови, но это было не так важно. Я опустилась рядом с Виком на дощатый пол и убрала воротник его водолазки, закусив щёку изнутри.

След на смуглой коже был фиолетово-багровым. Дрожащей рукой я погладила Вика по голове, перебирая мокрые из-за снега волосы между пальцев, и вдруг в ответ он крепко обнял меня за талию и прижал к себе.

– Пойду вскипячу чайник, – пробормотала Дафна и пихнула Джонни в бок. – А ты принеси пледы.

– Я не…

– Принеси, – настойчиво повторила она.

Я со слабой улыбкой взглянула на Дафну. Глаза у неё пылали. Джон состроил кислую физиономию, но кивнул, и они оба отошли от нас.

Я чувствовала, как ровно и сильно билось его сердце. Теперь, когда я любовно ласкала его спину и затылок, радуясь тому, что он жив и пришёл ко мне – он пришёл ко мне на помощь, как и тогда, близ Мусхеда, – не понимала, как можно было не узнать прикосновения Виктора Крейна даже под маской. Возможно, потому, что тогда он и касался меня совсем иначе.

– Я видел что-то, и уже не впервой, – шепнул Вик мне на ухо, – что не было похоже ни на человека, ни на какое-либо из известных мне животных. Я не знаю, что это было… но у меня есть кое-какие догадки.

Я, соглашаясь, кивнула, поглаживая его по затылку.

– Я не знаю, что именно видела. Но оно утащило того человека. Он… он хотел нас убить, как и тот лучник на пляже. Почему, Вик? Кто они такие?

– Зачем ты туда пошла?! – Вик не собирался отвечать на мои вопросы. Он только добавлял новые, и я подозревала, что, даже если он знал ответы, не собирался делиться ими со мной. – Для чего? Это же лес. Там опасно, Лесли… и без паранормальщины всякой дряни хватает!

Он болезненно поморщился и потёр шею.

– Потому что я видела тебя там, – заявила я и выпрямилась. – Ты звал меня за собой. Я не могла отказать. И там была Адсила…

Вик осторожно растёр руками мои плечи и с сомнением посмотрел в глаза. Думает, свихнулась?

– Но ты же знаешь, что она мертва.

– Да, но это всё равно как наваждение. Тот голос манил меня туда, в лес. Ты ждал меня… – я побледнела и сказала чуть громче: – И там был Бен. И Джесси.

На челюстях Вика появились желваки. Он заметно посмурнел.

– И в том тумане я… я видела ещё кого-то… кроме человека со страшными глазами, полными света. Мистер Буги. Мистер Буги…

– Что бы там ни было, – перебил меня Вик, сузив глаза, – всё это уже позади. Здесь тебя никто не тронет. Никто. Обещаю. А я пока должен сделать один звонок, если ты не против.

– Нет.

И хотя голос мой был мягок, я спросила себя, о ком именно говорил Вик, когда смотрел в лицо того убийцы – потому что один явно узнал другого, но не мог поверить, что они встретились как враги.

* * *

Начались зимние каникулы, я была свободна и не сказала матери правду, собираясь на встречу совсем не с подругами. Стоило Вику вернуться в мою жизнь, как я снова лгала. Но повод был – и ради него можно было солгать ещё тысячу раз.

Он вышел из такси первым и окинул взглядом двухэтажный дом в викторианском стиле – не старый, а всё же больше старинный, с высокими дубами и ивняком, которыми поросла вокруг чаща. На ветке одного из могучих деревьев покачивались простенькие самодельные качели.

Вик застыл, с отрешённым лицом разглядывая это место, но я вышла следом и взяла его за запястье, поглаживая ладонь большим пальцем. Он посмотрел на меня и улыбнулся, неискренно и слабо, однако всё же я добилась того, чтобы он малость оттаял.

Прошло два дня после смерти его бабушки, и за это время Вик лишь написал мне с просьбой передать вещи, в которых Аделаида Адсила Каллиген хотела упокоиться. Я ответила, что хочу помочь в подготовке похорон, и он согласился.

В похоронное бюро «Гумбольдт и Сэйл» мы обратились не случайно. Вик сказал, что хорошо знаком с его владельцами и именно у них оставлял Цейлон на время, пока мы отдыхали в лагере, а после – когда лежал в госпитале. Стоило ему это произнести, как я вспомнила всё: гитару у костра, наш разговор на скамье у столовой… Ту страшную ночь, когда он явился ко мне под маской Крика. И вечер Хэллоуина – тоже. С тех пор произошло столько всего, что я не понимала, правильно ли поступила, снова подпустив Вика к себе. Иногда, глядя на его резкий профиль, казавшийся мне теперь по-особенному хищным, я вспоминала ту первую встречу, в которую он каблуком ботинка впечатал в ковёр лопнувший стеклянный шар – подарок папы; ту встречу, когда предупредил, что убьёт меня, если я посмею сделать что угодно против него, –