Кей Хупер - Кровавые узы

— Нет. Но Риз дергается, как и я. Что-то неправильно.

— Но вы на позиции?

— Да. Будь осторожна.

Миранда с независимым видом прогуливалась вдоль тротуара и раздумывала, не перемудрили ли они на этот раз. Однажды они уже прятали Бишопа на виду, и это сработало, но теперь внутри команды есть шпион, которого нужно перехитрить, и никто не знает, какова будет его реакция.

Пока он играл свою роль безупречно.

в нескольких ярдах от командного центра Миранда увидела Тони и Джейлин, стоящих возле входа в управление шерифа, и направилась к ним.

— Гейб будет здесь в любую минуту, — тихо сказала она.

Тони почти лениво наблюдавший за собранием на противоположной стороне улицы, в котором участвовали помощники шерифа и несколько агентов, включая Дина Ремзи, проговорил:

— Мы уверены, что он клюнет на наживку?

— Он среагирует, — сказала Миранда. — Но я не знаю, как это случится и когда.

Она увидел, как Демарко присоединился к группе полицейских, и сказал что-то, что заставило их рассмеяться.

— Нам бы сейчас видение, — пробормотала Джейлин.

— И не говори. К сожалению, на этот раз мы действуем вслепую.

Миранда хотела ответить, но передумала, увидев, что к управлению шерифа направляется мужчин в наручниках в сопровождении Гэбриеля Вульфа.

Мужчина выглядел шокируеще нормально. Около сорока, ростом чуть выше среднего, коренастого телосложения, с растрепанными темными волосами. И он улыбался.

— Почему серийные убийцы редко похожи на убийц? — вслух спросил Тони. — Господи, и в самом деле просто соседский парень. Это беспокоит.

— Он животное, — сказала Миранда. — И неважно, как он выглядит.

— О, да, без сомнения. Только…

Вдруг Миранда увидела, как Демарко резко повернулся и посмотрел в сторону деревьев на склоне горы за управлением шерифа. Почти в тоже мгновение, голова мужчины в наручниках дернулась, его лицо взорвалось, и кровь и ткань брызнули во все стороны. И когда он споткнулся и упал на тротуар, послышался грохот мощной винтовки.

Не успело стихнуть эхо первого выстрела, как раздался еще один.

А затем тишина.

Многие полицейские и агенты попадали на землю, но некоторые остались на ногах. Миранда нашла глазами Демарко и, дождавшись его кивка, медленно направилась к Гэбриелю.

— Что ж он избавил государство от проблем и сэкономил кучу денег, — безжалостно заметил Гейб. — И лишил психиатров еще одного серийного убийцы, которого они могли изучать. Думаю, не большая потеря.

Они спокойно стояли над телом казненного убийцы и, как и ожидала Миранда, к ним стали подтягиваться другие полицейские и агенты. Но ее сердце пропустило удар, когда она поняла, что среди них нет того, кто интересовал ее больше всего.

Но прежде, чем она смогла привести свои мысли в порядок, старший помощник шерифа Нейл Скэнлон вышел из командного центра, держа перед собой как щит маленькое, неподвижное тело. Руби. В лучшем случае она была без сознания, но вероятно уже мертва.

Но на ней не видно ран, может быть… Черт побери…

— Где, Би Джей, Миранда? — спросил Скэнлон, его голос был неестественно спокоен.

Не обратив внимания на глухое проклятие Гейба, Миранда сделала шаг к Скэнлону. Она знала, что с этого расстояния, вполне может подстрелить его и не задеть Руби. Если только успеет вытащить оружие и прицелится до того, как он использует свое. Даже без тяжелого бронежилета, стесняющего движения, шансы были невелики.

— Он мертв, Нейл, — ответила она таким же спокойным тоном. — Когда он выстрелил в Рекса, то выдал нам свое местоположение. Мы были готовы. Где Гелен?

— Я пустил в него несколько пуль. Но мы оба знаем, что это не задержит его надолго, верно? Хотя, достаточно для того, чтобы он не успел мне помешать. Где Бишоп?

— Это он вывел из игры Би Джея, — сдержано ответила Миранда.

Что-то безумное мелькнуло на этом суровом лице, и Скэнлон слегка перехватил Руби.

— Зуб за зуб. Я собираюсь убить ваше маленькое чудовище.

— Зачем беспокоиться? Все кончено.

— Не совсем. Если я не могу получить Бишопа…

Его рука немного переместилась, нацелив оружие прямо на Миранду. В ответ она инстинктивно отпрыгнула в сторону и упала на бок.

Грохот винтовки прозвучал практически одновременно с хлопком пистолета Скэнлона. Миранда увидела, как взорвалась его голова, увидела, как он опрокидывается и падает на тротуар, все еще прижимая к себе безвольное тело Руби. Она вскочила на ноги и побежала, и через несколько мгновений оказалась рядом с девочкой.

— Руби? Руби?

Насколько она могла судить, ран на ней не было.

Казалось, время резко замедлилось. Миранда смутно осознавала, что от гостиницы к ней мчится Холлис, отдаленно слышала топот бегущих ног и голоса, но видела лишь бледное лицо Руби.

Затем глаза девочки распахнулись, и она прошептала:

— Он… своего рода… выстрелил в меня. Все хорошо. Я… знала, что я… пешка. Должна… быть…принесена в жертву… чтобы победить. Я не могла… скрывать Бишопа… и себя тоже… Скажи Гелену… не его вина. Не расстраивайся…

Последний вздох слетел с губ, и ее голова склонилась на бок.

Миранда ощутила волну боли и подумала, что этого недостаточно, никакая боль не может искупить потерю ребенка.

— Холлис… помоги ей. Помоги Руби.

Холлис потянулась к девочке, аккуратно взяла ее из рук Миранды — а затем передала ее еще кому-то. Она говорила, но в ее словах не было смысла.

— Миранда, откинься. Легче. Позволь Гейбу помочь тебе. Господи, снимите с нее бронежилет…

— О чем ты говоришь? Я не…

И в этот момент подбежал Бишоп — его лицо было пепельно-серым. Он уронил винтовку, опустился на колени рядом с Мирандой и стал баюкать ее голову.

— Миранда…

Она посмотрела на него, желая убедить, что с ней все в порядке, но затем ощутила еще один приступ острой боли — на этот раз глубоко в животе. И поняла, что происходит. Что уже произошло.

— Нет, — прошептала она. — О, Боже… Ной, мне жаль…

А затем опустилась белая пелена, и Миранда погрузилась в тишину.

— Холлис… помоги ей, пожалуйста. — Голос Бишопа был хриплым.

Как только сняли бронежилет, Холлис положила обе руки на рану от пули в округлившемся животе Миранды. Несколько минут она сидела неподвижно, закрыв глаза, затем потрясенно взглянула на Бишопа.

— Черт. Я не могу… Бишоп, я не могу спасти его. Ребенка. Он уже ушел.

Он на мгновение прикрыл глаза, затем судорожно кивнул.

— Знаю. Просто… помоги Миранде.

Холлис кивнула в ответ и снова закрыла глаза, чтобы сконцентрироваться и собрать всю имеющуюся внутри нее энергию, и направить ее на исцеление…

— Чувствуешь себя лучше? — спросил Риз, садясь рядом с Холлис на большой диван в холле гостиницы.

— Энергия понемногу возвращается. Но медленно. Я в порядке. Все еще беспокоюсь о Миранде. Я должна быть в больнице…

— Нет, не должна. Ты должна оставаться здесь и восстанавливать свои силы. Кроме того, думаю, мы все знаем, что сейчас Бишопу и Миранде лучше побыть одним. Они скорбят.

— Да. Да, конечно. Я слышала слова врача, что Миранда была как минимум на пятом месяце. Это не было заметно.

— Это все ее свободные свитера. И бронежилет специально был сделан чуть длинней спереди.

— Ее не должно было быть здесь.

— Вероятно, нет. Но они все время просчитывают возможный риск, эти двое. Умерло очень много людей, и они чувствовали ответственность. Они знали, что тела были приманкой, чтобы заманить в ловушку Бишопа и ООП. И не могли уйти. Убийства не прекратились бы, если бы мы их не остановили.

Холлис медленно кивнула.

— Я знаю, что они лучше всего работают как команда. И знаю, что они взвешивают риски. И они взяли на себя этот риск. И все же… Я жалею, что не смогла сделать для них больше.

— Холлис, вероятно ты спасла Миранде жизнь. Ты сделала так, что однажды она вероятно вновь забеременеет. Но ты не могла спасти ребенка. Пуля причинила слишком большой вред. Он уже был мертв.

— Я знаю, знаю. Просто… Мне жаль их. Потерять собственного ребенка и Руби — не знаю, простит ли себя Бишоп когда-нибудь.

— Они сделали все что могли, чтобы обезопасить Миранду. Бронежилет должен был ее защитить. И вероятно сделал бы это, если бы она не бросилась в сторону. Подготовка и инстинкты на этот раз ее подвели. А Руби… Что ж, может Бишопу и не должен прощать себя за это.

Холлис посмотрела на него.

— Ты действительно так думаешь?

Демарко помедлил, затем покачал головой.

— Я не знаю. Как и не знаю, станет ли Гелен когда-нибудь прежним, после того, как обнаружил, что братья из ада использовали его как подзорную трубу.

Холлис вздрогнула.

— Да, это жестко. То есть я рада, что в команде нет предателя, но обнаружить, что у тебя есть… было три старших брата с серьезными умственными отклонениями, и так достаточно травматично. А уж узнать, что тебя использовали для шпионажа за твоей же командой. И в завершение быть застреленным большим братом Нейлом. Это уже перебор.