Грег Айлс - 24 часа

– О Боже!

20

– Хочу рассказать кое-что о мести, – проговорил Хики.

Они с Карен отъехали от Джексона на шестьдесят километров, и чем дальше на юг, тем светлее становилось лицо Джо. Было заметно, с каким нетерпением он налегает на руль. Женщина апатично смотрела в окно. Бесконечные хлопковые поля сменились огромной трейлерной стоянкой. "Сборные дома! – кричала яркая вывеска. – Грандиозные скидки на модели "делюкс"".

– Помнишь, о чем ты утром спрашивала?

– Нет.

– Соглашусь ли я убить тебя вместо девочки?

Карен осторожно кивнула. Хики обожал игры. Словно ребенок-садист, он тыкал ее прутьями, заставляя корчиться.

– Ты до сих пор этого хочешь? Ну если кому-то придется умереть?

– Да.

Хики кивнул, будто обдумывая философский аргумент.

– Считаешь такую замену равноценной? Потеряв тебя, старина Уилл расплатится за убийство моей матери? Думаешь, он будет сильно страдать?

– Уилл не убивал твою мать!

"Хотя кому-то следовало! – подумала Карен. – До того как она родила тебя, подонок!"

– А мне кажется, не будет! – гнул свое Хики. – Ну, в смысле, страдать не будет. Знаешь почему? Ты не его кровь.

Карен упорно смотрела в окно.

– Ну, Уилл поскорбит для порядка, но ведь ты всего лишь жена. Он новую себе найдет, с его-то деньгами! Моложе и привлекательнее… Готов спорить, его от тебя уже тошнит!

Нет, она не будет с ним разговаривать, даже смотреть не будет!

– А вот твоя крошка – другое дело. Она его плоть и кровь, живет в нем, так же я жил в сердце мамы. Почти шесть лет, можно сказать, маленькая личность, его любовь, свет в окошке.

Карен все-таки пришлось обернуться.

– К чему ты клонишь? Собираешься убить Эбби?

– Просто разъясняю свою позицию, – улыбнулся Хики. – Это только предположение. Доказываю несостоятельность твоего утреннего предложения.

– Но ты же велел не беспокоиться. Сказал, никто не умрет.

"И уже нарушил свое слово", – вспомнив Стефани, подумала Карен.

Хики постучал по рулю, явно довольный собой.

– Говорю же, это все только предположение.

Выполнив вираж, «барон» полетел навстречу потоку машин, и Уилл увидел то, что чуть раньше заметила Шерил. Маленький белый, сто раз перекрашенный «жучок» полз с черепашьей скоростью, и другие машины то и дело обгоняли его слева. Она права, это «рэмблер». Уилл заглушил моторы и снизил скорость до такой степени, что «барон» буквально повис над движущимся с севера потоком транспорта.

А на пассажирском сиденье… Боже, Боже! Девочка, льнущая к огромному сидящему за рулем человеку. Настоящий великан, «рэмблер» для него как детская машинка! Малышка подняла голову, и, подлетев поближе, Уилл разглядел личико, которое узнал бы даже в кромешной тьме. Облегчение огромными волнами захлестывало тело и душу. Эбби жива! Жива, и ничто на свете не сможет их разлучить!

– Привет, Элиза-Джулиет! – тихо сказал доктор и помахал крыльями.

– Что ты делаешь! – воскликнула Шерил: самолет раскачивался вправо-влево, словно на "американских горках". – Меня сейчас вырвет.

– Крыльями машу, – улыбнулся Уилл.

Когда в небе появился «барон», Эбби и Хьюи распевали "У маленькой Мэри большая потеря". Он летел справа от шоссе над самыми деревьями.

– Смотри, – закричал великан, – сельхозсамолет!

– Он не должен лететь так низко, – с тревогой заметила девочка. – Я знаю, потому что у моего папы есть самолет.

Стальная птица понеслась прочь, и Эбби, запрокинув голову, следила, как она набирает высоту и исчезает за облаками.

– Однажды я тоже летал на самолете, – похвастал Хьюи, – когда Джои меня в Диснейленд возил.

– Ты имеешь в виду "Мир Диснея"?

– Нет, их же два! В Калифорнии тот, что постарее, туда мы и ездили. Джои говорит, они оба одинаковые, но мне кажется, флоридский парк больше.

– Я тоже так думаю. – Девочка погладила сидящую на коленях куклу. – Я там видела настоящих Белль и Белоснежку.

– Настоящих?

– Угу. Мне и платья, как у них, купили.

Улыбка сползла с лица Хьюи. Он сунул руку в левый карман, но так ничего и не достал.

– Я кое-что смастерил, – смущенно пробормотал великан. – Тебе понравится?

– Да, конечно!

– Боюсь, это не так красиво, как вещи в твоем доме…

– Не бойся! Самодельные подарки гораздо лучше покупных!

Хьюи замялся, будто сомневаясь в искренности ее слов, а затем достал из кармана фигурку, которую мастерил всю прошлую ночь.

Девочка восхищенно раскрыла рот.

– Где ты ее взял?

– Сам сделал.

– Сам?

То, что еще вчера было кедровой чуркой, при помощи ножа превратилось в медведя с маленькой девочкой на коленях. В фигурке столько изящества, что Барби рядом с ней казалась безликим манекеном. У деревянной малышки волосы до плеч, совсем как у Эбби, такое же платье, а в руках кукла. Но гораздо больше Эбби заинтересовал медведь. Одежду ему не вырезали, зато на лбу большие темные очки. Медведь заботливо смотрел на девочку.

– Ты правда ее вырезал?

Хьюи застенчиво кивнул.

– Красавица и Чудовище… Ты говорила, они твои любимые, вот я и старался сделать как можно красивее. Ты ведь любишь все красивое.

Эбби осторожно взяла фигурку. Кедр хранил тепло рук Хьюи, но медведь и девочка казались не просто теплыми, а живыми, из плоти и крови… Еще секунда – и они начнут дышать и зашевелятся.

– Мне нравится, – призналась Эбби. – Очень нравится!

У Хьюи даже глаза загорелись.

– Правда?

Девочка кивнула, не в силах отвести взгляд от фигурки.

– Тогда, может, ты хоть иногда будешь меня вспоминать?

Эбби удивленно посмотрела на великана:

– Конечно, буду.

Вдруг Хьюи закричал и нажал на педаль тормоза. Малышка схватилась за приборную панель, боясь, что они сейчас во что-то врежутся.

– Он разобьется! – орал ее спутник.

Самолет вернулся, только на этот раз он летел прямо над шоссе, прямо над ними… Впереди машины замедляли ход, некоторые выезжали на обочину. Вот он сместился вправо к придорожной рощице и с каждой секундой спускался все ниже. На глазах у изумленной Эбби пилот покачивал огромными стальными крыльями: сначала правым, потом левым, затем снова…

Буйная радость охватила девочку.

– Он помахал крыльями!

Рев реактивных двигателей перекрывал шум шоссе. Пилот снова помахал крыльями, словно салютуя Эбби, потом взмыл в небо.

– Мой папа тоже так делает! Точно так же! Мой папа…

Внезапно личико вспыхнуло, и девочке пришлось сжать ножки, чтобы не описаться. В самолете папа! Эбби точно это знала, и на душе стало легко и радостно, как никогда в жизни.

– Думаю, все будет хорошо, – коснувшись руки Хьюи, проговорила она.

"Барон" пронесся над «рэмблером», и Уилл увидел прижавшуюся к окну Эбби. На глаза навернулись слезы.

– Я же говорила! – кричала Шерил. – Ты их видел?

– Да. – Доктор вытер глаза рукавом.

– Что будешь делать?

– Нужно приземлиться.

– На дороге?

– Именно.

Девушка побелела, и Уилл испугался, что она упадет в обморок.

– Пристегнись покрепче!

Пока она возилась с ремнем, Уилл поднялся на сто пятьдесят метров и увеличил скорость до восьмидесяти узлов.

– Что ты делаешь? Сам говорил, садиться собираешься. Машина же сзади осталась!

– Сначала нужно уладить одну проблему. Ищи серебристый "камри"!

Шерил прижала ладонь ко рту, чтобы не закричать. Она слышала, что сказал Цвик, и знала, кто едет в той машине.

– Держи себя в руках! – велел доктор. – Все будет хорошо.

Страшно не хотелось даже на миг выпускать «рэмблер» из поля зрения! Но десять километров над шоссе «барон» покроет за полторы минуты, а выяснить, как далеко Хики и успеет ли вмешаться, будет явно нелишним.

– Как ты приземлишься, там же машины? Причем не только легковушки, но и трейлеры…

– Постараюсь не задеть.

– Боже мой! Что я здесь делаю, как попала в этот ад?

– По вине Джо Хики! По-моему, яснее ясного!

– Вижу «камри»! Серебристый… старая модель, приблатненная, на «лексус» похожа.

По словам Цвика, Хики угнал «камри» модели девяносто второго года. А «приблатненной» может показаться именно она, а не более современная версия. Несколько секунд – и Дженнингс поднялся на высоту триста метров. Очень хотелось спуститься к самой трассе и посмотреть, нет ли в машине Карен, но в этом случае Джо точно его заметит. Да и серебристая «тойота» может оказаться не той, что угнал похититель, – мало ли на свете серебристых «тойот». В любом случае нужно садиться.

И как можно скорее.

Уилл развернулся на посадочный курс, набрал двести узлов и полетел на юг, обдумывать задание, которое только что перед собой поставил.