Лилит. Злое сердце куклы - Артур Гедеон

небосклон. Как же он манил ее, звал, сколько всего обещал! И ведь давал, щедро! Пока еще ни разу не обманул. Из того же салона вышел невысокий пожилой мужчина, упитанный, в белых брюках и цветастой рубашке. Благородно-седой, с короткой бородкой и усами, он держал в руках бутылку шампанского и два бокала.

Пожилой дядечка встал рядом с дамой-змеей и с упоением вздохнул:

– Какая ночь, а?

– Чудо, – согласилась дама. – А какой яркий ковш Большой Медведицы!

– Где он? – посмотрел наверх ее спутник.

– Прямо у тебя над головой, милый.

– А, точно. Ну что, выпьем?

– Конечно.

– Держи бокалы.

Поглядев в обе стороны, он повелительно присвистнул, и двое охранников с доберманами удалились еще метров на десять. Седой дядечка передал даме бокалы и, повозившись, шумно открыл шампанское, выпустив в море и крышку, и пенную струю.

– Подставляй!

Он разлил шампанское, поднял свой бокал:

– За наше путешествие, сердце мое!

– За счастливое путешествие, – дополнила она его пожелание.

– С тобой оно другим быть не может.

Они выпили, и она поцеловала бодрого старичка в губы:

– Ах ты, мой львенок!

Он нарочито грозно зарычал, да так естественно у него вышло, что два пса настороженно оглянулись на них.

– У меня есть еще один тост, – сказал он. – Подставляй бокалы.

Дама выполнила его требование. Он разлил шампанское.

– За самую прекрасную женщину на свете – за мою богиню! За тебя, Виктория.

– Принимаю, – игриво ответила дама, и они дружно выпили.

– Завтра приедут гости, послезавтра мы выйдем на просторы Черного моря, потом Босфор, Мраморное море, Дарданеллы, Средиземное… Заплывем на Кипр, потом Греция, Италия, Венеция, Африка, несомненно, Мальта, положение обязывает, – он гордо выпятил грудь, – как-никак, а я рыцарь Мальтийского ордена. Потом Франция, Испания, Гибралтар – и мы в Атлантическом океане… Мой любимый маршрут! А дальше, как решим. Главное, с тобой, милая…

– Главное, с тобой, котик, – тем же тоном повторила она.

– Скажи: «милый котик», – с капризной нежностью потребовал он.

– Мой милый и дорогой котик. Мой ласковый и нежный кот. Мой матерый котяра, – ее голос становился все более воркующим, – мой страстный и неутомимый котище!..

– Да, так намного лучше, – покорно согласился он. – Я вновь хочу тебя – это магия: голоса, тела, глаз, улыбки…

К ним шел помощник капитана корабля. Доберман издалека углядел его, за псом обернулся и охранник, но офицер, проходя мимо, только по-свойски присвистнул им обоим.

– Платон Платонович, сударыня, – поклонился он, – прошу прощения за беспокойство. У трапа дожидается один частный детектив. Он сказал, что у него есть для Виктории Львовны сообщение. Оно связано с ее дальней родственницей, девочкой Ликой, которая умерла в больнице от менингита два года назад.

– И что за сообщение? – ледяным тоном спросила хозяйка.

Ее глаза недобро сверкнули, но, кажется, никто этого не заметил.

– Как мне сказал детектив, это неопровержимые доказательства, что несчастную девочку, как и предполагали родственники, на самом деле можно было спасти. Но врачи упустили ее. И в первую очередь виновна какая-то нерадивая медсестра. Вот его визитка.

Но хозяин корабля перехватил ее.

– Хм, «Петр Андреевич Крымский, частный детектив». Девочка Лика. Ты знаешь, о ком идет речь?

– Конечно, – улыбнулась его спутница. – О моей троюродной племяннице. Бедная Лика действительно заболела менингитом, диагноз поставили слишком поздно, и она умерла. Я была очень привязана к ней. Помогала их семье, как могла. Мы наняли частного детектива, этого самого Крымского, расследовать дело. Он профи. Хочу сама его послушать.

– Мне пойти с тобой?

– Не стоит. Это дело моей родни. Меня покараулит помощник капитана. Я скоро вернусь.

– Жду тебя, – сказал ей вслед седой патрон.

Они спустились на нижнюю палубу. Вот и трап. Спортивный молодой мужчина в джинсах и короткой кожанке размеренно курил, стоя к лайнеру спиной. Он обернулся в тот самый момент, когда дама и первый помощник подходили к трапу.

– Здравствуйте, Виктория Львовна, это я беспокою вас! – помахал он рукой. – Ваш вездесущий детектив!

– Добрый вечер, рада вас видеть, – ответила та и доверительно обернулась к спутнику: – Все хорошо, Николай, вы можете постоять в стороне. Слышать нас вам необязательно.

– Конечно, сударыня, – понимающе кивнул тот и отошел на приличное расстояние.

Детектив с вихрастым чубом протянул даме руку:

– Приветствую вас, сударыня.

Обращение было произнесено явно издевательским тоном. Она позволила ему пожать только кончики пальцев.

– Что тебе от меня нужно? Уверена, не деньги. Ты не такой.

– Шикарно выглядишь, Лика. Нет слов.

– Говори, что ты хочешь.

– Встретимся тет-а-тет, тогда и поговорим.

– Ты, как дешевый шантажист, решил припереть меня к стенке? – обожгла она его презрением и льдом. – Зажать, как десятиклассницу, в раздевалке, чтобы потискать всласть? Как там: «нерадивая медсестра»? Даже не думай, Андрюша!

– Нет?

– Нет.

– А вдруг получится?

– Отныне я – хозяйка своей судьбы, – уверенно сказала она. – И никто мне не указ. Именно так я привыкла жить и не собираюсь менять свои привычки. А кто встанет у меня на пути – тому несдобровать.

– Пугаешь?

– Предупреждаю.

Он вдруг стал очень серьезен и резок:

– Ты как улитка, что ползет своей дорогой. Оставляешь слишком заметный след. Другой бы, может, и не увидел, но только не я. Два года я шел по вашим следам, Виктория Львовна, поэтому не учите, о чем мне думать. Как-нибудь разберусь сам. Или вас зовут Лика Садовникова? Или же Лика Чемезова? Или Суворина? Или Анна Роднянская, – он усмехнулся, – неутешная вдовица мультимиллионера? – И добавил шепотом: – Возможно, «черная вдовица»? Голова кругом от этих имен. Уверен, ты и теперь продолжаешь свою охоту. Не ради наживы, а просто потому, что не можешь иначе.

– Хватит, Андрей. Где и когда?

– Сегодня в портовом баре «Золотая жемчужина».

Она не отпускала его взгляда.

– А ты изменился, Крымов.

– Ты изменила меня, женщина-хамелеон. В горниле твоей лжи и подлости я закалился, как дамасский клинок. Теперь кого хочешь перерублю.

– Я должна знать, к чему быть готовой. Поэтому еще раз спрашиваю: что ты попросишь у меня?

– Свое желание я оставлю на закуску.

– Тогда не сегодня – завтра.

– Почему?

– Сейчас меня никто не отпустит. А завтра в обед Платон Зверев собирает своих друзей – банкет продлится до утра. Вечером он будет пьян, я в этом уверена. Сумею улизнуть ближе к полуночи. Идет?

– Все честно? – Он с пренебрежением поморщился: – Хотя кого я спрашиваю?

– Все честно, – ответила она. – В одиннадцать.

– Да будет так, моя милая Лилит…

– Что?

– Или Лилит Стрельцова?

– Что ты сказал? – Она изменилась в лице – его будто пламенем обожгло. – Что ты сказал?!

– Что я сказал, обсудим завтра в «Золотой жемчужине». И не опаздывайте, многоликая Виктория Львовна.