Кокон (СИ) - Минц Валерия

Снова на лице мужчины пролегла затаенная ярость.

— Я узнал об этом случайно, дома устроил ей скандал, и тогда… ох… — Ларри закрыл глаза, отгоняя от себя непрошенные эмоции. — Это был первый и последний раз, офицер, клянусь вам. Никогда ни до, ни после я не бил ее. Дьявол попутал меня, не иначе, но эта лживая шлюха вывела меня из себя. Ради нее я из кожи вон лез, пока она отдавалась каждому встречному дальнобойщику.

Он тяжело дышал, лицо раскраснелось, скалился, как бешеный пес, округлившиеся глаза блестели от ненависти, которую он излучал в этот момент. Ненависть, смешанную с болью, отчаянием и сожалением…

Опасная смесь, и Джеймс видел это.

— Все в порядке, Ларри? Если вам тяжело говорить об этом, мы можешь сделать паузу. Принести вам воды или может…

— Нет, не надо, — отрезал он с внезапной резкостью. — Покончим уже с этим. Я так долго держал это в себе, а теперь уже нет смысла это скрывать… — мужчина сделал еще несколько судорожных вдохов, чтобы успокоиться. — Я тогда должен был снова уехать с ребятами. Мы вновь с ней поругались, она ушла из дома. Нелли часто начала это делать, я привык, что она могла пропадать где-то по несколько дней. И я предпочитал не узнавать, где она шлялась. Мы уехали, и с двадцатого по тридцатое октября нас в городе не было. И… следующие новости я уже узнал по факту… Когда увидел то, что сделали с ней…

Из груди его вырвались сдавленные рыдания. Джеймс смотрел на него с искренней жалостью. Очередная трагичная судьба с трагичным финалом… Однако глядя на то, как Ларри старается незаметно утереть выступившие слезы, детектив знал однозначно — этот человек не был убийцей. Да, скорее всего он преступник и получит свое по закону, но убийцей он точно не был.

— Кто-то сможет подтвердить, что вас не было в городе в дни приблизительного убийства Нелли? — спросил Джеймс, предварительно дав Ларри прийти в себя.

— Есть чеки с моей карты. На заправках, на которых мы останавливались, были камеры видеонаблюдения. Может, подтвердят владельцы мотелей, в которых мы останавливались. Я скажу все названия только… — он поднял глаза в страхе. — Если они узнают, что я выдал их, чтобы спасти свою шкуру…

— Не беспокойтесь, Ларри, если вы тревожитесь за собственную безопасность, мы выделим вам охрану, как важному свидетелю по делу. Обещаю договориться по поводу снижения срока до минимального в случае, если вы все скажете детективам под запись.

— Т-так меня все же ждет наказание? — голос Брукса надломился.

— Я не знаю, какого рода была ваша деятельность, но, вероятно, если вы напишете чистосердечное признание и расскажете все, то за помощь в расследовании все последствия свести к минимуму.

Ларри выглядел настолько обреченно, что лицо его превратилось в безжизненную маску.

— Мистер Брукс, я понимаю, у вас была очень непростая жизненная ситуация. Однако ничто не должно оправдывать нарушение закона. Он един для всех. Плохие поступки не смыть хорошими. Однако вы должны знать — сегодня, только что, вы поступили правильно. Поэтому отвечайте за те преступления, в которых вы виновны вместо того, чтобы страдать из-за того, что вы не совершали.

С этими словами я покинул допросную. Офицер снаружи удивленно смотрел на меня.

— Что, неужели есть подвижки?

— О, еще какие, — Джеймс едва сдерживал нетерпеливое волнение. Он был прав. Прав, что дело непростое, и что настоящий убийца расхаживает на свободе. Однако с учетом того, что рассказал Ларри Брукс, если она действительно была проституткой на магистрали US-2, то шанс найти настоящего преступника катастрофически стремится к нулю…

[прим. авт: US-2 (U.S. Route 2) — скоростная автомагистраль, проходящая по территории севера США и юга Канады.]

Была еще одна зацепка, которую подсказали и Ларри, и небрежно брошенная фраза миссис Уильямс. Поднявшись в кабинет, Джеймс лихорадочно начал пролистывать отчет, ища нужные ему строки. Он игнорировал поддевки коллег, полностью сосредоточившись на чтении. «Вот оно!», — палец Джеймса, судорожно пробегавшийся по строкам, замер.

«…При осмотре органа репродуктивной системы обнаружены увеличенные яичники, эндометрий оказался гиперплазирован, в области матки наблюдается легкая эластичность и увеличенный размер, что может указывать на начальный этап беременности. Однако в следствии значительных повреждений матки, невозможно достоверно подтвердить факт беременности. Рекомендуется свериться с данными картотеки больницы, если жертва стояла на учете…»

Сэвиджа охватила смесь неописуемого восторга и трепетного ужаса. Вот оно. То, чего он так долго хотел. Настоящее дело, битва с незримым противником, что оставил свои следы, и никто кроме детектива не замечал их. Быть может, эта зацепка могла его вывести на нужную тропку, пока едва заметную.

— Митчелл, — обратился Джеймс к напарнику, рассказывающему в этот момент какую-то очередную дурацкую шутку. — Можешь выяснить, кто был лечащим врачом Нелли Уильямс и организовать с ним встречу? Необходимо, чтобы он полностью подготовил ее медицинскую карту.

— Как скажешь, босс, — усмехнулся Билл. — Что, у нашего великого сыщика появилась очередная очень важная улика?

— Возможно, — на лице Джеймса не было и тени улыбки, он говорил со всей серьезностью. — Поэтому, пожалуйста, хватит уже действовать мне на нервы и сделай, как я прошу. Это может быть важно.

Митчелл нехотя развернулся на кресле и принялся за работу. А Джеймс пытался сопоставить все ниточки в голове. Скорее всего, Ларри сказал далеко не все. Оставалась вероятность, что он знал о том, что его подруга могла быть беременна, и, вероятно, не от него, с ее то внезапно открывшимся образом жизни.

— Эй, Джеймс! — голос одного из офицеров вывел детектива из раздумий, и мужчина вскинул голову. — Тут звонок, просят на тебя перевести. Говорят, что-то крайне срочное…

«Срочное?!» — опешил Джеймс, разум которого уже перебирал все возможные варианты. Нашли какие-то новые улики на месте преступления? Или, не дай бог, нашли новое тело?..

— Переводи, — решительно произнес детектив, беря трубку, в которой вскоре послышались гудки. — Центральное полицейское управление Эйберсвуда. Детектив Сэвидж у…

— Джеймс, ты ничего не забыл?! — послышался гневный женский голос из трубки. От неожиданности тот опешил, ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, с кем говорит.

— Э-эми?.. — ошарашенно выдохнул Джеймс, узнав голос жены.

Вокруг послышались сдавленные смешки.

— О, спасибо, что еще помнишь о моем существовании! — женщина продолжала выплескивать всю свою ярость.

— Что-то стряслось, все в порядке? Только не кричи, прошу тебя…

— Ты издеваешься? Ты забыл, что должен был забрать Джанет?

Сердце рухнуло вниз. «Точно, сегодня же четырнадцатое ноября…», — обреченно думал детектив, мельком глянув на настенные часы, которые показывали половину седьмого. Он закрыл глаза, поняв, насколько сильно облажался. Снова…

— Эми…

— Ну вот опять одно и то же! — Эми все не унималась, она орала в трубку так, что ее, кажется, хорошо слышал весь офис. — Ты понимаешь, что мне пришлось извиняться перед доктором Гудманн, когда она все-таки смогла дозвониться до меня! Девочка почти полтора часа просидела в приемной! Я же говорила, что у меня сегодня встреча и не успею забрать ее после стоматолога? Она и так боится лечить зубы…

— Эми, дорогая, прости… — процедил пристыженный Джеймс, стараясь игнорировать уже вслух посмеивающихся коллег. — Я смогу выехать за ней через пятнадцать минут, предупреди доктора Гудманн, что…

— Чтобы через десять минут ты был на Бейли-авеню, — угрожающе прошипела жена, которая уже походила на разъяренную пуму.

— Но мне нужно хотя бы…

— Пять.

— Понял, уже выдвигаюсь.

— Вечером еще поговорим.

Гудки сброшенного вызова в телефоне звучали как таймер обратного отсчета. Схватив куртку, Джеймс, проклиная все и вся, ринулся к лестничному пролету.