Поквитайся - Гретхен МакНил
– Обязательно.
– Класс! Ты не разочаруешься. «Bangers&Mosh» известны тем, что на их концерты приходят все самые горячие девушки, если ты понимаешь, о чем я.
Донте смущенно рассмеялся.
– Меня это не интересует, мой друг. Я положил глаз на ту, единственную и неповторимую.
Оливия почувствовала, как ее сердце колотится где-то в горле. «Единственная и неповторимая». Он снова упомянул их песню.
– Понял, – отозвался Шейн. Они прошли мимо Оливии, не заметив ее, и неторопливо направились по проходу к сцене. – Ты же нас познакомишь?
– Само собой, – пообещал Донте. – Воскресенье будет совершенно особенным вечером.
Оливия вжалась в кресло, сердце стучало как сумасшедшее. Единственная и неповторимая. Воскресенье будет совершенно особенным вечером. Неужели Донте собирается дать их отношениям второй шанс?
Она выбросила из головы все мысли о НПО и анонимных конвертах. Все это не важно. Вечер воскресенья. Ей срочно надо сделать маникюр, педикюр, депиляцию верхней губы и бровей, а еще линии бикини. Ее мысли метнулись к одежде. Маленькое черное платье, которое Эмбер надевала всего один раз, и новые туфли на шпильке Jimmy Choo, также доставшиеся ей по наследству от Эмбер, которые все еще лежали в коробке. Она должна выглядеть идеально. Эта ночь должна быть идеальной.
Они с Донте наконец снова будут вместе.
43
ОТЕЦ МАРГО ОТОРВАЛ ВЗГЛЯД от планшета.
– Куда ты снова идешь?
– В «Жилу», – ответила Марго, молясь, чтобы они никогда о ней не слышали. – На школьное мероприятие. К спектаклю «Двенадцатая ночь».
– Ты записалась в драмкружок? – На лицо ее мамы набежала тень беспокойства. – У тебя разве есть время на еще один факультативный курс?
– Это не курс, а внеклассное занятие, – поправила Марго. Затем она начала свою речь, которую готовила несколько дней. – Мой куратор посоветовала мне принять участие как минимум в трех внеклассных занятий, чтобы получить больше привилегий для поступления в престижный университет. А поскольку я уже занята в общественной и научно-просветительской деятельности, мне следует выбрать что-то, связанное с искусством.
– Марго, это неприемлемо, – строго произнес ее отец. – Мы с твоей мамой не проверяли легитимность этой постановки и не знаем, будет ли твоя работа там вообще засчитана при поступлении в университет.
– Спонсором постановки является Орегонский Шекспировский фестиваль, – сказала Марго. – После тщательного изучения и размышлений я пришла к выводу, что сотрудничество с такой уважаемой организацией будет выгодно смотреться в моем резюме.
– Возможно, – похоже его это не сильно впечатлило.
– Я против, – возмутилась ее мама. – Того мальчика из твоей школы убили, и полиция до сих пор никого не арестовала.
В голосе мамы слышалась нотка паники, словно стоит Марго выйти на улицу во вне учебное время, и та непременно окажется в мешке для трупов. Если бы она узнала, как именно Марго связана с убийством, то тут же забрала бы ее из школы, заперла на чердаке и посадила на домашнее обучение, пока Марго не исполниться восемнадцать.
Но Марго не собиралась сдаваться. Нераскрытое убийство или нет, Логан ждет ее в кафе.
– Доктор Турней несколько раз говорила, что мне нужно общаться со сверстниками, чтобы восстановиться.
– Мне не нравится, что мы впервые слышим о сегодняшнем мероприятии, – заметил ее отец.
– Возможность поработать суфлером появилась в последний момент, – сообщила Марго.
Отец вздохнул и взглянул на маму. Марго никогда так упорно ни на чем не настаивала. И ее логические доводы очевидно смогли произвести впечатление на родителей.
– В десять часов комендантский час, – кивнул отец. – И завтра с тебя подробный отчет об этом мероприятии, а также список учеников, участвующих в постановке. Договорились?
– Договорились.
И пока они не передумали, Марго быстро вышла из дома.
С улицы перед домом Оливии раздался мощный гудок. Машина Пинат. Оливия в последний раз взглянула в зеркало: платье, туфли, прическа, макияж. Идеально.
– Куда ты идешь? – невнятно пробормотала мама с диванчика, когда Оливия промчалась через гостиную.
На кухонном столе стояла пустая бутылка красного вина, а на журнальном столике – открытая. Должно быть мама узнала, что ее не утвердили на очередную роль.
– В «Жиле» будет концерт, – сказала Оливия. – Группы, которая участвует в нашей постановке «Двенадцатой ночи». Я тебе рассказывала.
– Дфенацатая ночь? – Мама кое-как села. – «Что вы, сударь», – начала она, театрально взмахнув рукой. Независимо от того, пьяная или трезвая, речь Оливии из первого акта была ее самой любимой сценой у Шекспира. – «я совсем не так бессердечна!» – Она дважды шлепнула по подушке рядом с собой, чтобы подчеркнуть свою жестокость. – «Поверьте, я обязательно велю составить опись всех моих…» – Слова превратились в долгий зевок. – «Прелестей», – закончила она.
– Верно. – Оливия взяла свитер из шкафа и направилась к двери. – Я вернусь домой поздно. Попей воды, мам.
– Сама попей воды, – услышала Оливия голос мамы, закрывая за собой входную дверь. Понедельник обещал быть тяжелее обычного.
– Ты выглядишь сногсшибательно, – восхитилась Пинат, когда Оливия села к ней в машину. – Все парни в радиусе тридцати километров будут без ума от тебя. – Она с презрением оглядела свой наряд, словно вдруг осознала, что на ней надет мешок вместо очаровательных укороченных брюк и блестящего топа на одно плечо.
– Прекрати, – одернула ее Оливия. – Ты выглядишь великолепно. Никто другой не смог бы носить эти шаровары. Даже Эмбер.
Лицо Пинат просияло.
– Правда?
– Конечно. – Пинат большую часть времени слепо повиновалась Эмбер, но, когда той не было рядом, она становилась классной. Жаль, что ей не хватало уверенности оставаться такой всегда. Оливия криво улыбнулась, когда Пинат с визгом отъехала от тротуара. – Давай посмотрим сможет ли Кайл устоять перед тобой.
Когда Марго заехала на парковку, в кофейне было полно народу. Старшеклассники и студенты колледжей сидели за каждым столом, толпились у стойки или стояли небольшими группами. Она сразу же заметила светлые волосы Логана за столиком на террасе. Он читал, склонив голову над книгой.
Она припарковалась на другой стороне парковки за внедорожником размером с танк и опустила солнцезащитный козырек, чтобы посмотреть на свое лицо в зеркале. Пора действовать.
Марго вывалила на пассажирское сиденье содержимое
