Патриция Хайсмит - Игра на выживание

— Нет-нет. Просто мне нужно задать ему несколько вопросов. Я позвонил ему сегодня в десять утра. Разве он вам не сказал?

— Нет… В десять меня самой не было дома. Ну что ж, если уж он договорился с вами о встрече, то обязательно придет, можете не сомневаться. Может, присядете пока?

Саусас уселся на один из диванчиков в дальнем углу комнаты. От предложенного ему кофе он решительно отказался, попросив их не обращать на него внимания и продолжать прерванный обед.

Изабель вернулась за стол, но к еде больше так и не притронулась. Теодор же тем временем закурил сигарету.

— Ну что ж, Изабель, я, пожалуй пойду, — сказал Теодор. — Если сеньор капитан…

— Но ты же так почти ничего и не съел! Тео, ну выпей хотя бы кофе. Она ушла в кухню.

Саусас тем временем молча просматривал какие-то бумаги.

В присутствии Изабель Теодору совсем не хотелось расспрашивать его о делах.

— В котором часу сеньор Идальго ушел из дома? — спросил Саусас, когда она вышла из кухни с кофеником в руках.

— Около одиннадцати, — ответила Изабель.

Саусас взглянул на часы.

— Уже почти половина третьего. А он, случайно, не сказал, куда идет?

— Нет, не сказал. Может быть, все-таки выпьете с нами кофе, сеньор?

На этот раз Саусас согласился. Какое-то время они просто беседовали о работе Карлоса в университете. Саусас по-своему обыкновению был невозмутим и совершенно спокоен. Затем он сказал:

— А знаете что, сеньора Идальго, я, пожалуй, задам свои вопросы вам. Тем более, что жена тоже вполне может быть в курсе таких подробностей. Вы не знаете, сеньор Идальго в последнее время не терял кашне?

— Кажется, нет. А что?

— Ну, это довольно сложно объяснить, — учтиво улыбнулся Саусас. Единственное, что я могу вам сказать, так это, что меня очень интересует данный вопрос. А вы бы не могли взглянуть на его кашне и сказать, все ли они на месте?

— Даже не знаю. Но если хотите, могу попробовать, — сказала Изабель, вставая из-за стола.

Саусас тоже встал и вслед за ней прошел в спальню, находившуюся в конце небольшого коридорчика, как раз напротив кухни. Изабель выдвинула нижний ящик комода, доверху забитый по большей части шерстяными носками, чистыми, но сваленными вперемешку. Тут же лежало и несколько аккуратно сложенных кашне веселенькой расцветки и любимых пледов Карлоса.

— Вот, здесь их шесть, — сказала Изабель, перебирая вещи, но не вынимая их из ящика.

— Немало. Он любит шарфики? — спросил Саусас.

— Д-да. К тому же студенты иногда дарят ему их, — отозвалась Изабель. — А потом он сам иногда передаривает их.

— А в последнее время?

— Кажется, одно он подарил кому-то на Трех Волхвов.[39] И на Новый год тоже.

— А вы можете определить, на месте ли остальные? — спросил Саусас.

Изабель исподлобья взглянула на него, оставаясь стоять, склонившись над ящиком комода.

— А почему это вас так интересует?

Саусас тяжело вздохнул.

— Дело очень серьезное, сеньора. Мне не хотелось бы вас расстраивать. Пожалуйста, не спешите и все хорошенько обдумайте. Возможно, вы вспомните кашне, которое ваш муж не надевал, скажем, последние два месяца? Надеюсь, провалами памяти вы не страдаете?

Изабель замерла в нерешительности.

— А это что, имеет какое-то отношение к делу Бальестерос? встревоженно спросила она в конце концов.

— Да, сеньора. Мы всем задаем одни и те же вопросы. Всем, кто был с ней знаком. Так что волноваться вам решительно не о чем.

Изабель внезапно разрыдалась, и Теодор схватил её за руки. Саусас наблюдал за этой сценой с нескрываемым интересом.

— Последнее время её муж сильно пьет, — тихо сказал Теодор, полагая, что уж лучше сказать хотя бы это, чем никак не пытаться объяснить её состояние. — Возможно, именно по этой причине он не сдержал слова и не встретился с вами.

Саусас закурил.

— Прошу меня покорнейше извинить, сеньора Идальго, — проговорил он, учтиво поклонившись, чего, впрочем, она так и не видела. — А кроме меня вашему мужу сегодня утром больше никто не звонил? Или, может быть, ему звонили вчера вечером?

Изабель промокнула глаза носовым платком, протянутым ей Теодором.

— Понятия не имею, сеньор.

— А вчера вечером он был тоже чем-то расстроен?

— Это расстройство длится у него уже несколько недель — да уже и не недель даже, а месяцев.

— И из-за чего же он так сильно переживает? Из-за денег? Или из-за работы?

— Работа для него — это жизнь, и порой он берет на себя слишком много обязательств, — ответила Изабель.

Саусас взглянул на часы, а затем мрачно сказал, обращаясь к Теодору:

— В половине четвертого я должен встретиться с Санчесом-Шмидтом.

— А у Эдуардо Паррала вы уже были? — спросил Теодор.

Саусас утвердительно кивнул и едва заметно улыбнулся.

— Сеньора Идальго, вы, случайно не помните, в последнее время ваш муж в разговоре не упоминал о каком-нибудь кашне?

— Нет, — Изабель решительно покачала головой.

Судя по всему, она говорила правду, однако Саусас тем не менее продолжал расспрашивать её, умоляя припомнить, не было ли при ней каких-либо странных телефонных звонков; или, как на её взгляд, может ли быть так, что кто-нибудь звонил в её отсутствие, а муж скрыл это от нее, и Изабель сказала, что ни о чем подобном ей не известно. Саусас также спросил, почему Карлос не в университете, ведь все-таки вторник — рабочий день.

— Потому что… ну, он с утра неважно себя чувствовал, — потупившись пролепетала Изабель.

— А вчера вечером он говорил о том, что не пойдет сегодня на работу?

— Да, конечно, — с готовностью ответила Изабель.

— Он много пил вчера вечером?

— Пил и слушал пластинки, — вздохнула она.

— Ясно. Ну что ж, сеньора Идальго, уже почти три часа, так что мне пора. Если вы не возражаете, я все-таки оставлю вам свой номер телефона. Позвоните мне, когда ваш муж все-таки вернется домой, ладно? Просто назовите вот этот номер и оставьте сообщение любому, кто подойдет к телефону. — Он протянул ей визитную карточку.

Теодор понимал, что именно в этот момент Изабель как никогда нуждается в его поддержке, но ему не терпелось переговорить с Саусасом.

— Если не возражаешь, я позвоню тебе сегодня вечером, — сказал он, трогая её за плечо. — Мне очень жаль, что это тебя так расстроило. И вообще, не надо мне было сегодня сюда приходить.

— Нет-нет, что ты! — запротестовала она, заставляя себя улыбнуться, провожая их до дверей. — Я всегда очень рада видеть тебя, Тео. Больше, чем кого бы то ни было.

— Ну и какие у вас соображения? — спросил Саусас, когда они вышли на улицу.

— Даже не знаю. Лично я для себя так и не смог уяснить, знает она что-нибудь про то кашне или нет. А вы?

— Гм. А почему Карлос пьет? Он молод, удачлив… у него довольно привлекательная жена…

— Сколько я знаю Карлоса, он всегда злоупотреблял спиртным. А знакомы с ним уже два года.

Они шли по улице в сторону Инсурхентес, к тому месту, где в ночь убийства Лелии Теодор поймал такси.

Саусас внезапно похлопал Теодора по плечу.

— Я могу рассчитывать на то, что вы позвоните сегодня во второй половине дня или вечером, если Идальго вернется домой? У меня такое ощущение, что его жена звонить мне не станет. Скорее, наоборот, она как наседка, будет всемерно защищать своего непутевого супружника.

Теодор почувствовал, как тревожно екнуло у него сердце.

— Да. Вы будете у себя в участке?

— Скорее всего, да. После встречи и Санчесом-Шмидтом. Но можете оставить сообщение любому, кто снимет трубку. Мне передадут. А вот и такси. Вас подвезти? Я еду в Мелчор-Окампо. Это на окраине города.

— Нет-нет, спасибо, сеньор капитан.

— Не падайте духом! Лично я ожидаю с минуты на минуту получить благую весть о том, что мы задержали Инфанте. Вот приеду к Санчесу-Шмидту, и первым делом позвоню в контору, чтобы узнать что к чему.

Теодор лишь молча кивнул и помахал рукой на прощание.

Когда в семь часов вечера Теодор, как и обещал, позвонил Изабель Идальго, Карлоса все ещё не было дома. Затем он перезвонил в половине десятого. С тем же успехом. Изабель к тому времени уже успела обзвонить нескольких их общих знакомых, и была не на шутку встревожена.

— Тео, как ты думаешь, может, мне уже стоит начать обзванивать больницы и морги?

До Теодора не сразу дошел глубокий смысл, заключенный в этом вопросе, а когда он сообразил, к чему это сказано, то данное предположение показалось ему полнейший абсурдом. Скорее всего, Карлоса следовало бы поискать по небольшим уютным заведениям с выпивкой и музыкой.

— А с капитаном Саусасом ты говорила? — спросил Теодор. — Ему ты сказала?

— Он звонил около часа назад. Я сказала ему, что дома Карлос так и не появлялся.

— А он что?