Майкл Маршалл - Земля будет вам прахом

Билл смотрел в пол, пожевывая губу.

— Это что-то вроде сглаза?

— Я понимаю, звучит нелепо.

— И кто, по словам Кэрол, это сделал?

— Брук Робертсон. Билл, если тебе что-то известно, сейчас самое время признаться.

— Неизвестно, — тихо ответил он. — Ничего конкретного. Дело в том, что я местный, но не совсем. Мои родители переехали сюда в шестидесятые, а когда я был мальчишкой, мы жили в Якиме. Несколько лет я проучился с Робертсонами в одной школе. Я тебе говорил. Но потом я перевелся, а в восемнадцать убрался к чертовой матери в армию. Я ничего не знал о них до возвращения, да и потом отношений не поддерживал… потому что большую часть времени проводил в Якиме, работал как проклятый.

— Но?

Он пожал плечами:

— Я слышал всякое. Ну, сам знаешь, как это бывает.

Да, я знал. Обрывки, слухи. Слова, ни имеющие прямого отношения к делу. Их произносят, чтобы снять с себя вину, или дезинформировать собеседника, или просто занять время, и все это оседает, как пыль, в закоулках памяти.

— И что ты слышал?

— Что есть господа, к которым можно обратиться с проблемой. Что все решаемо, если получить власть над людьми. Я не воспринимал это всерьез. Ты же знаешь маленькие городки. Это все равно что всю жизнь учиться в школе. Люди несут чушь. Ходят по одним и тем же коридорам, пользуются одними и теми же раздевалками в бассейне, сидят в кофейнях. На пустом месте придумывают жуткие истории.

— Я не уверен, что это выдумки. Ты сам говорил, люди давно шепчутся о Брук.

— Да, — согласился он. — Я сегодня обсуждал это с Дженни.

— Да?

— После твоего ухода я подумал: черт, да позвони ей, узнай, как она. Мы заговорили о Робертсонах — я сказал, что у Эллен проблемы. Они с Дженни были знакомы немного, как выяснилось. Но мы так, не вдавались в подробности, правда, у меня сложилось впечатление, что за этой историей между Брук и учителем кроется кое-что большее.

Меня мало интересовали душевные раны Брук, и я внезапно вспомнил о других делах.

— Мне нужно позвонить.

— Бога ради, — сказал он, выходя из комнаты. — Я найду тебе сухую рубашку.

— Еще одно, — добавил я. — Я пытался поговорить с шерифом, когда бежал от этих людей. Но тот, кто мне ответил, повесил трубку.

— Надо же, — хмыкнул он.

Я никак не мог вспомнить телефон Беки. Я звонил не тем людям, мы разговаривали, не понимая, что хотим друг от друга. Голова у меня раскалывалась. Я заглянул в кухонный шкафчик, нашел упаковку ибуирофена и взял четыре таблетки.

Билл вернулся с серой рубашкой, в которую можно было упаковать двоих меня. Я не сдержал смеха.

— Да-да, — сказал он. — Меня в последнее время тянет к комфорту. Но она сухая, в ней нет дыр от пуль и она не испачкана кровью. Ваш звонок, мистер Армани.

Я потянулся за рубахой, и тут мне в голову пришла свежая мысль. Я попросил соединить меня с «Горным видом». Трубку снял бармен, который тут же передал ее Кристине.

— Куда вы делись, черт побери? — сказала она.

На линии опять были сильные помехи.

— Вы в порядке?

— Прошу вас оказать мне огромную услугу.

— Хорошо, только…

— Моя знакомая — девушка, которая приехала на машине прошлой ночью. Она…

— Здесь, — сказала Кристина.

— Что?

— Но тут сложности.

— Какие… — начал было я, но она уже передала кому-то трубку, и я услышал сердитый голос.

— Мы тебе звонили. Ты почему, сука, не отвечал?

— Я потерял телефон. Кто это?

— Маленький Ди. У нас твой парень.

— Черт, — сказал я. — Слушай…

— Нет, это ты слушай. Единственная причина, по которой мы еще здесь, — это твоя женщина.

— Какая женщина? Нет у меня женщины.

— Худая такая сучка с черными волосами.

— Она не… ладно, так что?

Голос изменился, словно человек поднес трубку ближе ко рту.

— Мы нашли твоего парня на улице и уже ехали кончать его, когда увидели ту девчонку. Светленькую. Свитч притормозил, чтобы ее забрать и перевыполнить заказ, типа, без лишних вопросов. Он так решает проблемы. Но она тут с твоей, и эта высокая смотрит на Свитча как на малолетку и начинает говорить. А Свитч никого не слушает, если уж он начал, но теперь… короче, она его заразила какой-то идеей.

— Какой?

— Мы еще не кончили мальчонку.

— Спасибо…

— Но мы удваиваем цену. Потому что теперь он у нас в руках.

Несколько секунд я боролся с мыслью послать его в жопу вместе с дружком, и пусть забирают Кайла, раз так хотят.

Но тут я поймал взгляд Билла и понял, что в гостиной играет стереосистема. Старая песня «Криденс» «Have You Ever Seen the Rain?». В прежние времена он таскал ее в плеере как еще одну шутку, связанную с его фамилией. И от этого, словно в зеркале воспоминаний, у меня родилась новая мысль.

— О'кей, — неторопливо сказал я. — Договорились. Но у меня есть предложение получше.

— Какое?

— У меня проблема, мне нужны бойцы. Сегодня. Плачу двадцать пять штук каждому.

— Да ты гонишь!

Меня прорвало: я был то ли слишком зол, то ли напуган.

— Ты подумай головой. Стал бы я, когда у вас двое моих друзей? Ты меня видел — я что, похож на придурка?

— Постой, — попросил он.

Секунд тридцать трубка молчала. Бил смотрел на меня, подняв брови.

Затем я услышал другой голос. Вопрос явно был передан следующей инстанции.

— Пятьдесят штук на двоих?

— Да.

— Деньги вперед.

— Это невозможно. Ты что, думаешь, я держу при себе такие суммы?

— Деньги вперед, или кончаем базар.

— Как знаешь. Сделаете то, что мне надо, получите, сколько я сказал. А нет — можете мочить маленького говнюка прямо в баре, мне насрать.

Пауза, потом смешок.

— Ты хладнокровный сукин сын.

— Это значит «да»?

— Ты где?

Я сказал и попросил передать трубку Кристине.

— Что вы сделали сейчас? — спросила она.

— Кто-то убил Эллен.

— Знаю. Беки сказала.

— Вас, я вижу, это не трогает. — Она не ответила, и я продолжил: — Они похитили Кэрол и Тайлера, а в полицейском управлении полчаса назад, услышав мой голос, повесили трубку. Я почти уверен, что за всем этим стоят Робертсоны, и я больше не позволю их семейке иметь меня.

— Джон…

— Что?

— Вам лучше уехать.

— Вы слышите, Кристина? В меня стреляли. Похитили Кэрол и моего ребенка, и я не знаю, что их ждет.

— Они умрут.

Дар речи оставил меня. Потом я вдруг вспомнил, как рассказывал ей о смерти Скотта. «Мне очень, очень жаль». Меня поразили тогда ее слова, но я не понял почему. Я предпочел верить, что она отреагировала именно так, потому что чувствовала близость ко мне.

Но может, причина в том, что…

— Вы знали?

— Знаю.

— О том, что случилось со Скоттом?

— Не тогда, когда вы рассказали мне.

— Но знаете сейчас?

— Джон, я думаю, вы опоздали.

— Вы можете чем-нибудь помочь?

— То, что должно случиться, случится. Началось это давным-давно. Я не могу…

— Тогда до свидания.

— Джо…

Я повесил трубку, пытаясь осознать ее слова, но смысл сказанного был так далек от меня, что я бросил это занятие.

Я посмотрел на Билла, который сидел за столом, поставив на него локти. Я чувствовал себя беспомощным, взвинченным, мне казалось, что суть происходящего ускользает от меня.

— У нас пополнение.

— Я так и понял. Кто?

— Два киллера, приехавшие убрать одного человека.

— Отлично. Хорошая компания. Что потом?

— Найдем Кэрол и Тайлера, — сказал я, роняя голову на руки.

Я чувствовал изнеможение, словно из меня высасывали душу.

— И если кто-то встанет на нашем пути, пусть побережется.

— Это весь план?

— В основном.

— Хорошо, — сказал я десять минут спустя. — Показывай свой арсенал.

Он выложил то, что хранил в гостевой спальне. «Глок», две 92-х «беретты», дробовик и серьезное охотничье ружье. И достаточно патронов, чтобы навести шороху.

Билл пожал плечами:

— Ты не доволен?

Я взял «беретту», потому что когда-то пользовался ею и привык, потом прихватил дробовик и пошел вниз довести их до ума. И дробовик, и «беретта» оказались в отличном состоянии. Мне представился Билл, сидящий на кухне с пистолетом в руке и размышляющий обо мне и Дженни. Я постарался выкинуть из головы этот образ.

Собрав оружие, я снял наконец рубашку, чтобы отмыться от крови.

Раздался стук в дверь.

Билл появился на лестнице и вопросительно посмотрел на меня. Я показал на дверь, схватил оружие со стола и проскользнул в гостиную, откуда простреливался коридор.

Мгновение спустя я услышал, как Билл открыл дверь.

— Кто вы? — спросил он.

— Ищу Джона. Он здесь?

— Вы — Маленький Ди?

— Я — Свитч.

— Да. Он здесь.