Питер Альбано - Седьмой авианосец

Доктор уперся в крышку стола ладонями, покачал головой.

— Полковник не в состоянии связно говорить. Но раз вам так угодно… — Он сделал жест в сторону двери. — Прошу.

Палата особого режима представляла собой маленькую комнатку без окон и мебели. В середине комнаты находился матрац, к которому был привязан худой, совершенно лысый старик. Черные, глубоко посаженный глаза напоминали дырки, прожженные в пергаменте. На нем был зеленый халат. Ремень, которым он был привязан к матрасу, имел особый металлический замок.

Рендалл, оказавшись между доктором и секретаршей, растерянно посмотрел на обитателя палаты и сказал:

— Я не подозревал, что он так плох.

— Повреждение мозга в результате действия токсичных газов, — отозвался доктор Тода ровным профессиональным тоном. — Это случилось сорок лет назад.

— Господи! — только и вздохнул коммандер. Затем он обернулся к доктору. — Вы назвали его Полярником, так? Почему?

— Думаю, он вам расскажет это сам.

Рендалл снова посмотрел на человека на матраце. Тот смотрел на американца, черные глаза горели. Взгляд пациента переместился с синей формы коммандера на его черные ботинки, затем глаза уставились на его лицо. В палате воцарилось мрачное безмолвие. Коммандер переминался с ноги на ногу. Затем на морщинистом лице японца появилась странная улыбка, словно он узнал кого-то из тех далеких, безвозвратно ушедших времен. Посетители услышали тихий, словно шелест листьев, голос:

— Лед… лед… Седьмой вырвется из царства льда… Седьмой…

Слюна срывалась с губ полковника, стекала на подбородок. Затем полковник улыбнулся и отвернулся. Его тело сотрясалось в конвульсиях.

— Он смеется, доктор… — сказал Рендалл.

Хироке Тода молча посмотрел на американца. В его взгляде была уже ничем не прикрытая ненависть.

— Господа, — сказал адмирал Фудзита с пылкостью, растопившей ледяной груз прожитых десятилетий. — Сигнал атаковать Перл-Харбор: «Приступить к восхождению на Нитаку» — был дан второго декабря тысяча девятьсот сорок первого года. Менее чем через четырнадцать часов мы приступаем к выполнению операции «Z».

Три офицера, стоявшие по стойке «смирно» перед столом адмирала, крикнули: «Банзай!» Это был высокий моложавый подполковник Масао Симицу, а справа и слева от него стояли двое приземистых и пожилых офицера. За спиной адмирала у карты с указкой в руках стоял подполковник Кавамото. На сей раз за адмиральским креслом была повешена большая карта острова Оаху. Связисты находились на своих местах. Хиронака сидел у стола с блокнотом в одной руке и карандашом в другой.

— Завтра в шесть ноль-ноль утра, — снова заговорил Фудзита, — мы должны оказаться примерно в четырехстах милях севернее Перл-Харбора, в точке с координатами сто пятьдесят восемь градусов западной долготы, двадцать четыре градуса тридцать минут северной широты. Оттуда мы и поднимем в воздух наши самолеты.

Снова раздались крики «банзай!». Фудзита поднял вверх руку.

— Все вы знакомы с планом операции «Z», который, как вам известно, подготовили подполковник Камето Куросима, а также, — тут он кивнул в сторону Симицу, — подполковник Масао Симицу. — Присутствовавшие тоже закивали. — Но вы командиры отрядов, и потому мы должны все еще раз проверить, прежде чем вы приступите в четыре ноль-ноль утра к инструктажу ваших летчиков. — Адмирал подался вперед и продолжил: — Мы в принципе собираемся следовать разработанной тактике. Точка старта ударной группы останется той же, что и первоначально. Расчетное время выхода на цель — восемь ноль-ноль. Но у адмирала Накаюмы, как вам прекрасно известно, в его ударной группе было шесть авианосцев. Кроме того, их сопровождали два линкора, три крейсера, девять миноносцев. Вокруг Оаху находилось и двадцать четыре подлодки.

— Зато у нас есть «Йонага»! — воскликнул Кавамото, и ответом ему стало дружное «банзай!»

Снова Фудзита поднял руку, и крики стихли.

— Это верно. Коль скоро в нас живет дух ямато, мы в состоянии покорить любую вершину.

— В том числе и гору Нитака, — мягко продолжил Кавамото.

— Тогда на Перл-Харбор было отправлено триста шестьдесят самолетов — двумя волнами. Мы нанесем один удар и отправим девяносто четыре машины. Девять «Зеро» останутся на «Йонаге» как БВП[31]. — Он побарабанил пальцами по столу и продолжил: — Поскольку наши ресурсы ограничены, мы должны избрать тактику, которая собьет противника с толку. Удар будет нанесен с самых разных сторон. — Его взгляд упал на офицера справа от Симицу. — Лейтенант Араки, вы пошлете пять из ваших «Айти» бомбить аэродром в Канеохе. Остальные машины — а именно тридцать одну — вы поведете на малой высоте над горами Кулау. Затем вы пошлете еще по пять машин соответственно на Эву, Уилер и Хикем.

Кавамото провел указкой по карте.

— Приказ уже нами получен, адмирал, — сказал лейтенант.

Адмирал продолжал так, словно, Араки не произнес ни слова. Уронив кулаки на крышку стола, он словно декламировал текст, давно им выученный:

— У вас остается семнадцать бомбардировщиков, в том числе семь обычных бомбардировщиков с нашими специальными четырнадцатидюймовыми бронебойными бомбами, которые надлежит сбросить с высоты четыре тысячи метров, не выше, и десять пикирующих бомбардировщиков с нашими стандартными трехсотсемидесятикилограммовыми бомбами. Бомбометание с них производить в пятисот метров.

— Ясно, адмирал. Та же тактика, что и в сорок первом году, — сказал лейтенант.

Взгляд адмирала упал на лысого, сморщенного человечка справа от Симицу.

— Лейтенант Тойофуку, как только покажется Оаху, ведите все ваши тридцать самолетов «Накадзима» на запад. Снизитесь над военно-морской верфью и базой подлодок. — Он показал рукой назад за плечо, и Кавамото тотчас же повел указкой. Тойофуку подался вперед и, прищурившись, следил за движением указки. Фудзита же продолжал: — Затем можете развернуться над юго-восточным Лохом и предпринять торпедную атаку кораблей, стоящих у острова Форда. По последним данным нашей разведки, американцы имеют обыкновение размешать свои большие корабли именно там. — Кавамото провел указкой горизонтальную черту южнее острова Форда.

— «Линкорный ряд», адмирал, — сказал Тойофуку.

Несмотря на то, что все собравшиеся знали план операции наизусть, изучая его десятилетиями, они так закивали головами, словно услышали новую важную информацию.

— Верно, лейтенант, — сказал Фудзита. — И помните. Глубина в гавани только пятнадцать метров. Торпеды сбрасывать с тридцати метров, не выше. Они снабжены рулями, что не позволит им уходить глубоко под воду, но если их сбросить свысока, они упадут на дно и зароются в ил. Не надо тревожить ил. Нам нужно уничтожить металл.

— Ясно, адмирал, — отчеканил Тойофуку.

Теперь адмирал устремил свой взгляд на высокого и моложавого летчика.

— Подполковник Симицу, вы командир ударной группы, то есть центральная фигура в этой операции.

Симицу стоял навытяжку, чуть вскинув подбородок и стиснув зубы, отчего впадины на щеках казались еще больше. Адмирал продолжал:

— Три ваших «Зеро» будут прикрывать бомбардировщики лейтенанта Араки над аэродромом Канеохе и еще по одному звену будут обеспечивать прикрытие над Хикемом, Уилером и Эвой. — Посмотрев на лейтенанта, адмирал добавил: — Больше истребителей мы выделить не в состоянии.

— Ясно, адмирал, — отчеканил лейтенант.

Затем адмирал снова обратился к Симицу.

— Ваши самолеты должны прикрывать бомбардировщики сверху. Атаки на бреющем полете наземных целей допустимы, только если в воздухе нет истребителей противника. Ясно?

— Ясно, адмирал.

— У вас, подполковник Симицу, останутся двадцать три «Зеро». Как и планировалось, вы пойдете на четырех тысячах метров и будете прикрывать сверху бомбардировщики над Перл-Харбором. — Он замолчал, тяжело дыша. — Потом пристукнув маленьким кулачком, обратился к Араки и Тойофуку. — Не забудьте, что вы сохраняете радиомолчание. Его может нарушить только подполковник Симицу. Как вам известно, в случае, если удастся застать противника врасплох, он передаст: «Тора, тора, тора!» Но независимо от того, удастся внезапная атака или нет, удар должен быть нанесен непременно.

Снова крики «банзай!», снова адмирал поднял руку.

— Вы знаете, каковы ваши первоочередные задачи при атаке? Сначала удар по авианосцам. — Офицеры молча закивали. — Побарабанив пальцами по крышке стола, адмирал задумчиво произнес: — Потом «Нью-Джерси». Если верить американскому радио, этот корабль должен быть сейчас там.

Офицеры переглянулись. Пошептались. Заулыбались, Это была действительно новая информация.

— Надо потопить «Нью-Джерси»! — отчеканил адмирал. — Это старый корабль, нашего поколения. По американскому радио передавали сообщения о том, как именно «Нью-Джерси» уничтожал наших братьев на Понапе, Сайпане, Тиньяне, Маджуро, на Филиппинах, на наших родных островах.