Ты мне принадлежишь - Мэри Хиггинс Кларк

— Мы оба черпаем информацию из Интернета, да? Я хорошо провел тот год. Совершил кругосветный круиз, изучил все основные порты. Потом стал забираться в более отдаленные места, укромные уголки. Словом, облазил весь глобус вдоль и поперек.

— В чем, собственно, заключаются обязанности помощника директора круиза?

— Помощь в организации и координации мероприятий на борту. От составления расписания работы штатных эстрадников, развлекающих публику, обеспечения их всем необходимым для выступления — до проведения игры в бинго и подготовки костюмированных балов. Помощник директора круиза сглаживает возникающие шероховатости. Выявляет одиноких и тоскующих пассажиров, старается вывести их из хандры. В общем, прислуга на все руки.

— В вашей биографической справке я прочла, что вы познакомились со своей женой на «Габриэль». Кроме того, там говорится, что это ваш любимый корабль. С борта именно этого корабля пропала без вести Регина Клаузен.

— Да. Я с ней, конечно, никогда не встречался, но прекрасно понимаю, почему ей рекомендовали для поездки именно «Габриэль». Это прекрасный корабль.

— Если бы вы знали об исчезновении Регины Клаузен, вы включили бы ее случай в вашу книгу? — Она надеялась, что вопрос не покажется ему «наводящим».

— Нет, не думаю.

«Скоро настанет момент, когда он попросит меня прекратить допрос, но пока постараюсь выжать из него все возможное».

— Мне хотелось спросить, — продолжала она, — что навело вас на мысль о написании «Пропавших женщин»?

— Шесть лет назад у меня был пациент, у которого пропала жена. В один злосчастный день она просто не вернулась домой. Он перебрал все мыслимые и немыслимые возможности: что ее похитили и держат где-то в заложниках, что она потеряла память и бродит неизвестно где, что ее убили.

— Ему удалось узнать, что с ней произошло на самом деле?

— Два года назад. Дорога, ведущая к их дому, огибает озеро. Кто-то выбрал это озеро для занятий подводным плаванием и обнаружил машину — как выяснилось, ее машину — на дне. Она была в салоне. Вероятно, не вписалась в поворот.

— И что стало с мужем?

— Его жизнь переменилась. На следующий год он снова женился, и сейчас его просто не узнать. Того человека, что когда-то обратился ко мне за помощью, больше нет. И вот что меня больше всего поразило: когда теряешь того, кого любишь, самое мучительное — не знать, что случилось с ней… или с ним. Вот это и навело меня на мысль об изучении других дел о бесследно пропавших женщинах.

— Как вы отбирали случаи для своей книги?

— Я очень скоро понял, что чаще всего в основе исчезновения лежит преступление. Исходя из этого, я стал смотреть, каким образом женщины попадают в те или иные ситуации, ну а потом предложил несколько советов, как этих ситуаций избежать, чтобы ничего подобного больше ни с кем не случилось.

Во время разговора со стола убрали тарелки из-под закусок и подали горячее. За едой Сьюзен продолжала задавать серьезные вопросы, перемежая их вежливыми замечаниями о поданных блюдах (превосходных) и о других нью-йоркских ресторанах (Нью-Йорк — это праздник для тех, кто любит поесть).

Дон Ричардс доел свою дуврскую камбалу до последнего кусочка и откинулся на спинку стула.

— Мне показалось, что это был вечер вопросов и ответов, причем экзаменуемым был я, — добродушно усмехнулся он. — Я рассказал вам о себе. Давайте для разнообразия поговорим о вас, Сьюзен. Как я уже сказал, я моряк. А вы какой спорт предпочитаете?

— Я много катаюсь на лыжах, — ответила Сьюзен. — Мой отец был первоклассным горнолыжником, он и меня научил. Вы говорите, что ваш отец брал вас с собой в плавание. Так и мой брал меня с собой, когда ездил на лыжные курорты. Мать не выносит холода, и сестра тоже, лыжный спорт ее не интересовал, поэтому у нас с отцом была масса времени друг для друга.

— Вы все еще катаетесь вместе?

— Нет, боюсь, он навсегда забросил лыжи.

— С тех пор, как женился во второй раз?

— Да, примерно в это время.

Сьюзен порадовалась, что как раз в эту минуту к столику подошел официант с десертным меню. Ей хотелось побольше узнать о Дональде Ричардсе, и вот пожалуйста — приходится отвечать на вопросы о себе.

Они единодушно решили отказаться от десерта и заказали кофе. Когда кофе был подан, Ричардс заговорил о Тиффани.

— Грустно было слушать ее сегодня. Она страшно уязвима, вы не находите?

— Я думаю, она отчаянно нуждается в любви. Ей нужно влюбиться, нужно, чтобы ее любили, — согласилась Сьюзен. — Похоже, этот Мэтт для нее — единственный свет в окошке. У нее ни с кем не было более серьезных отношений. Он для нее воплощение того, что ей нужно. Романтической мечты.

Ричардс кивнул.

— Держу пари, если этот Мэтт и позвонит ей, он не станет благодарить ее за то, что она раздула по радио целую историю из пустячного сувенирного колечка, которое он ей подарил в минутном порыве. Подобные вещи отпугивают мужчин.

«Он что, старается преуменьшить значение кольца?» — спросила себя Сьюзен. В памяти у нее всплыли слова песни «Ты мне принадлежишь»:

Любуйся пирамидами на берегах Нила, Встречай рассвет на тропическом острове…

Когда они вышли из ресторана, Ричардс подозвал такси. Они сели в машину, и он дал шоферу ее адрес. Потом робко взглянул на нее.

— Я не умею читать мысли. В телефонной книге вы значитесь как С. К. Чандлер. Что означает это «К»?

— Коннелли. Девичья фамилия матери.

Когда они доехали до ее дома, он велел шоферу подождать, а сам пошел провожать ее до дверей квартиры.

— Ваша мать может вами гордиться, — сказала Сьюзен. — Вы безупречный джентльмен.

Она вспомнила об Алексе Райте, который всего два дня назад