Бесчувственный... Книга 2 - Екатерина Юдина

думала, что Матс солжет и, услышав правду, даже растерялась.

— Значит, ты ранкарец? Мне вы всегда казались варварами.

— Тоже самое ранкарцы говорят о вас.

— Ты так говорись, словно не считаешь себя ранкарцем.

— Но, тем не менее, я им являюсь.

— Значит, тебе близки их традиции и обычаи?

— Ближе, чем ваши.

— А отношение к женщинам? Такое же, как у тебя на родине?

— У меня нет никакого отношения к женщинам. У меня их раньше не было. Но то, как мне хочется обращаться с тобой отличается от того, как принято в Ранкаре.

— И как же тебе хочется обращаться со мной? — я даже не заметила того, как подалась вперед. Словно, очень сильно хотела услышать ответ.

— Это трудно объяснить.

— Попытайся. Хотя бы в общих чертах. Мне правда, очень интересно.

— А ты разве сама не ощущаешь тоже, что и я?

— Я не знаю, что ты чувствуешь. Я человек. Ты альфа. Вполне возможно, что истинность мы чувствуем по-разному. Или, я ее ощущаю не так отчетливо, как и ты. Например… — я запнулась. Тому Райту, которого я встретила, когда ему было двадцать или тридцать четыре, я бы в жизни не сказала всего этого, но этому Райту хотелось рассказать. Поговорить с ним. — Что-то в тебе есть. Я не знаю, что именно, но ты сильно выделяешься на фоне других парней. Словно, они блеклые, а ты яркий. Ты…

— Говори. Я хочу услышать, — Райт положил ладонь мне на щеку, давая почувствовать тепло его кожи, пробивающейся сквозь бинты.

— Я считаю тебя очень красивым, — сама засмущалась от собственных слов, но, произнося их, ощутила легкость. — Когда ты прикасаешься ко мне, сердце стучит быстрее и я чувствую то, что, кажется, рядом с другими парнями просто невозможно. Но в остальном истинность для меня нечто насильственное. То есть, вот жила я себе спокойно и строила планы на будущее, а тут раз и все. Оказывается, у меня есть пара и теперь я всю жизнь должна быть с тобой. А, может, я с другим быть хотела.

— Это с кем?

— Я сказала образно. У меня никого нет.

Райт провел большим пальцем по моей щеке. Легкое касание. Его немного грубая ласка похожая на поощрение.

— Ты сама сказала, что ощущаешь рядом со мной то, что рядом с другими невозможно. В таком случае, почему считаешь, что наша связь насильственная? Я тебя в чем-то не устраиваю? Может, это потому, что у меня ничего нет? Но я дам тебе все.

— Дело не в этом.

— Тогда в чем? Когда я только вдохнул твой запах, понял, что ты моя. Во всем. Каждая частичка тебя. Остальные чужие. Этим отличается мое отношение к тебе от того, что принято в Ранкаре. Там правильно иметь несколько женщин. Я не хочу никого кроме тебя. Мне уже сейчас кажется, что, если хотя бы прикоснусь к другой, не почувствую ничего кроме собственного отторжения. Только ты. Больше никто.

— Ты говоришь об этом слишком легко. Ты еще не успел разобраться в том, что у тебя вызывает истинность.

— Нет, я говорю легко потому, что как раз разобрался. Это то, что целиком и полностью понимаешь сразу.

Я не нашла, что ответить. Наверное, потому, что на голову опять обрушились мысли. Очень тяжелые. Каждая из них по весу, как скала.

— Пойдем, — я допила сок и выбросила стакан. Хотелось пройтись, а не сидеть на месте, из-за чего я потянула Райта дальше.

Он спрашивал о том, в какой школе училась. Задавал вопросы про семью и вообще про мою жизнь. Так мы прошли множество кварталов, но я постоянно тянула Матса на более безлюдные улицы. Пока мы были в одиночестве, мне казалось, что весь мир пропадал и я лучше чувствовала альфу.

Когда он взял меня за руку, я не стала вырвать ладонь. Наоборот притихла, чувствуя те искры и покалывание, которые отдавали безумием. Это никаким образом не сравнится с тем, что я чувствовала, когда меня за руку держал Арс.

Мы проходили через очередной квартал, когда я услышала какой-то шум. По крикам поняла, что кого-то избивали. Сделав буквально еще несколько шагов увидела парня лежащего на полу и еще толпу шпаны, которая его била ногами.

— Нужно вызвать полицию, — это я сказала прежде чем поняла, что Райт уже пошел туда. Ему хватило лишь нескольких ударить так, что те отлетели и отключились, чтобы остальные разбежались, как тараканы.

Я подбежала к парню лежащему на полу и, увидев в каком состоянии он был, до боли стиснула зубы.

— Райт, пожалуйста, вызови скорую.

Матс уже это делал. Называя адрес этого проулка, он подошел ближе. Присел на корточки рядом с парнем и, закончив разговор, сказал:

— Постарайся не отключаться. Как тебя зовут?

— Честер…

— Почему они избивали тебя?

— Не понравился им. Как… как тебя зовут?

— Матс Райт. Дыши ровнее и не закрывай глаза. Говори что-нибудь.

Я смотрела на этого парня и меня трясло от тревоги. Его лицо было таким, что там ни одну черту нельзя было разобрать. Тем более, его взгляд был странным, из-за чего я решила, что у него помутнение.

Лишь спустя несколько минут поняла, что взгляд был таким потому, что парень ничего не видел. Он слепой.

— Он альфа? — спросила у Матса дрожащим голосом.

— Да, — ответил Райт, после чего спросил у парня: — Тебя из-за этого избили?

— Избить за то, что он альфа? — я не понимала этого, но даже не получив ответ, я сама к нему пришла — альфы сильные. Их не победить. Даже толпой. Но этот парень тоже был еще мелким. Тем более, он слепой. Та шпана просто решила потешить свое самолюбие.

Когда приехала скорая, я по реакции врачей, поняла, что ушибы и раны слишком серьезные. Если бы они ехали хоть немного дольше, уже не к кому было приезжать.

Мне было жутко от того, насколько люди могут быть жестокими. Но в тот же момент, в голове эхом отдавалась мысль:

«Рядом с Матсом должны оказаться правильные люди. Те, которые должны быть с ним»

Если бы Райт не вызвал скорую, этого слепого альфы в будущем рядом с ним не было бы.

А так он будет.

Зато, меня не будет. Четыре дня и все.

Глава 29 Время

Я не поняла того, как оказалась в квартире Райта.

После уезда скорой я была в таком сумбуре, что пришла в себя только, когда Матс открыл дверь и, включив свет, отошел в сторону, таким образом, пропуская меня внутрь.

— Заходи.

— Ты тут живешь? — я посмотрела на потрепанный коврик, от которого остались