Никки Френч - На грани

Я потягивала остывающий кофе. На чем мы остановились? Итак, я сижу за столом и пытаюсь быть сама себе детективом, разглядываю мужчин в окно, гадаю «он — не он». Бьюсь головой о ту же стену, в которую уже уткнулись носом полицейские.

В спальне я нашла клочок бумаги, на который выписала имена и адреса из папок Камерона. Я смотрела на них, пока буквы не начали расплываться у меня перед глазами. Ничего не придумав, я тяжело вздохнула и потянулась к телефону.

— Доброе утро. Агентство Кларка. Чем могу помочь? — зазвенел наигранным энтузиазмом женский голос.

— Я слышала, вы продаете квартиру на Холлоуэй-роуд. Можно взглянуть на нее?

— Подождите минутку, — попросила незнакомка, и я услышала Баха, исполняемого на детском электроорганчике.

Мужчина на другом конце провода заменил приветствие кашлем.

— Гай слушает. Чем могу помочь?

Я повторила просьбу.

— Отлично! Превосходное расположение. У самой станции метро.

— Можно посмотреть квартиру сегодня?

— Конечно. Днем вас устроит?

— А хозяева дома?

— Я сам покажу вам квартиру.

Повезло.

Я набрала следующий номер из списка. Не знаю, почему. Наверное, потому, что из всех допрошенных только она была убита горем.

— Алло!

С чего начать? Я избрала прямой путь.

— Я Надя Блейк. Вы меня не знаете. Я хочу поговорить о Зое. — На другом конце провода было тихо. Я не слышала даже дыхания. — Простите за напоминание...

— Кто вы? Журналист?

— Нет. Я — подруга Зои по несчастью. Мне пишет мужчина, который убил ее.

— О Господи! Так вас зовут Надя?

— Правильно.

— Чем я могу вам помочь?

— Можно с вами встретиться?

— Да, конечно. Я еще в отпуске. Я учительница.

— А если в квартире Зои, скажем, в два?

— У Зои?

— Мне обещали показать квартиру.

— Зачем?

— Хочу увидеть.

— А надо ли? — с сомнением спросила она. Наверное, приняла меня за сумасшедшую.

— Мне надо узнать про Зою.

— Я приеду. Но предупреждаю: вам будет тяжело.

До встречи оставалось четыре часа. Сегодня дежурила другая женщина-констебль, Бернис. Я сказала ей, что в два еду осматривать квартиру на Холлоуэй-роуд, и она кивнула не моргнув глазом и сделала пометку в блокноте, с которым не расставалась. Наверное, она не знала адрес Зои, а может, ей просто надоело торчать у меня и ждать неизвестно чего. Я не спеша вымылась, помыла голову, полежала в ванне с пеной, пока у меня не сморщились подушечки пальцев. Потом накрасила ногти на ногах и надела почти новое платье. Я приберегала его для особого случая — какой-нибудь шикарной вечеринки, где я встречу мужчину своей мечты. Но теперь ждать и беречь платье было глупо. Значит, в нем можно осмотреть квартиру Зои, встретиться с Гаем и Луизой. Платье было прелестное, бледно-бирюзовое, облегающее, с короткими рукавами и круглым вырезом. К нему я выбрала ожерелье, маленькие сережки и сандалии. Нарядная, свежая, я будто собиралась на вечеринку, пить шампанское в прохладном саду. Если бы! В заключение я подкрасила губы.

В полдень Бернис сообщила, что ко мне пришли. Я выглянула в окно в прихожей и увидела, что у порога мнется Джош. А рядом — мужчина с темными волосами в черной куртке. В одной руке он держал пачку сигарет, в другой — букет и с улыбкой ждал, когда я выйду.

Когда мне вдруг втемяшилось в голову, что убийца — Моррис, его лицо казалось мне зловещим: со стеклянными глазами, хищной усмешкой. Но теперь я увидела, что он просто привлекательный, похожий на мальчишку парень. При моем появлении он расцвел обаятельной улыбкой и протянул мне букет.

— Входите оба.

Джош что-то бормотнул и присел, развязывая шнурки. Моррис встряхнул букет.

— Это мне следовало подарить вам цветы и извиниться за подозрения, — заявила я. — Чудесный букет. — В неожиданном порыве я приподнялась на цыпочки и поцеловала Морриса в щеку. Бернис стояла у дверей, как надсмотрщик.

— Надеюсь, мы вам не помешали? — спросил Моррис, наблюдая, как я ставлю цветы в вазу.

— Хак решил, что нам пора встретиться всем вместе, — пояснил Джош.

Он снова вышагивал по гостиной, хватал все, что попадалось под руку, заглядывал во все углы.

— Сядь, Джош, не мельтеши. Конечно, я рада видеть вас обоих. Только немного странно...

— Что?

— А вы сами подумайте. — Я захихикала, и Джош из вежливости поддержал меня. Моррис смотрел на нас нахмурившись.

— Как вы можете смеяться? — прервал он мой истерический смех. — Вас же хотят убить.

— Видели бы вы меня сегодня утром! Или вчера, когда я узнала, что вы ни в чем не виноваты. Не обижайтесь, но мне очень хотелось, чтобы убийцей оказались вы.

— Надежда — жестокая вещь. — Моррис мрачно кивнул.

Я озабоченно посмотрела на Джоша:

— Ты в порядке?

— Ага.

Но выглядел он ужасно: бледная кожа приобрела зеленоватый оттенок, глаза были красные. Я усадила его на диван, подсунув под спину подушку.

— Когда ты в последний раз ел?

— Я не голодный.

— Что-нибудь съесть тебе все равно придется. Макароны будешь? А вы? — повернулась я к Моррису.

— Я помогу, — вызвался он. — Побудь здесь. — Он хлопнул Джоша по плечу. — Береги силы.

Джош откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза. На губах мелькнула слабая улыбка.

Моррис резал помидоры, я варила макароны-спиральки. Высыпала их в кастрюлю и наполнила водой чайник.

— Страшно? — спросил Моррис, совсем как Джош.

— Бывает, — ответила я. — Пока держусь.

— Хорошо. — Он мерно постукивал ножом. — Вам помогают?

— Кто?

— Полицейские.

— Вроде того, — уклончиво ответила я.

Посвящать его в подробности мне не хотелось. В шкафу я нашла банку черных оливок без косточек и посыпала ими готовые макароны. Блюдо получилось простым и элегантным. Не хватало только пармезана и черного перца. И так сойдет. Моррис продолжал медленно и методично резать помидоры на крохотные кубики.

— Каким он вам видится? — спросил он.

— Не знаю. — Я удивилась собственному спокойствию. — Я думаю о женщинах. О Зое и Дженни.

Он высыпал нарезанные помидоры в миску.

— Если я могу чем-нибудь помочь — я к вашим услугам.

— Спасибо, — кивнула я, но не слишком воодушевленно. — У меня достаточно друзей.

Пока мы ели, я рассказала, что сегодня иду смотреть квартиру Зои. Услышав это, Моррис и Джош оцепенели.

— Хотите со мной? — вдруг предложила я и сразу пожалела об этом.

Джош покачал головой.

— Глория везет всех нас к своей матери, — с горечью объяснил он.

От еды он повеселел, но оливки оставил на краю тарелки.

— Я пойду с вами, — решил Моррис.

— У меня встреча с подругой Зои. С Луизой.

— Забавно... — пробормотал Моррис.

— Почему?

Он ответил не сразу.

— Вы уже знакомы с теми, кто знал мать Джоша. А теперь — со знакомыми Зои. Странно.

— Должна же я что-то делать.

Моррис пробормотал что-то невнятное. Доел макароны, встал и вытащил из кармана куртки тонкий мобильник.

— Только проверю сообщения. — Он понажимал кнопки, послушал телефон и нахмурился: — Черт... — Он набросил куртку и застегнул ее. — У меня срочный вызов. Извините, но пойти с вами я не могу. Пообещал не подумав.

— Ничего.

Он пожал мне руку и ушел. Я ему нравилась, я точно знала это. С первой встречи, когда он пришел чинить компьютер. Неужели он не понимал, насколько я далека? Я вообще сомневалась, что ко мне когда-нибудь вернутся человеческие чувства.

Скоро ушел и Джош. На пороге я поцеловала его в щеку, и он чуть не расплакался.

— До встречи, — жизнерадостно попрощалась я. — Береги себя.

Прежде чем сойти с крыльца на тротуар, он выпалил:

— Нет, лучше вы берегите себя. Будьте осторожны.

Глава 18

Гай явился на встречу в шоколадном костюме, галстуке с Бартом Симпсоном и с широчайшей улыбкой. У него были белоснежные зубы и бронзовый загар. И крепкое рукопожатие. Он попросил разрешения звать меня по имени, а потом так часто повторял его, как будто заучивал иностранное слово. Когда он отпирал дверь, за моей спиной кто-то произнес:

— Надя?

Я обернулась и увидела женщину примерно моего возраста и роста. В желтой безрукавке и ярко-алой юбке, едва прикрывающей ягодицы, с длинными стройными загорелыми ногами. Каштановые волосы собраны в конский хвост, губы накрашены помадой оттенка юбки. Глаза настороженные, блестящие, недоверчивые. Я заулыбалась:

— Луиза? Как хорошо, что вы пришли!

Она ободряюще улыбнулась. Вдвоем мы вошли в унылую прихожую и поднялись по узкой лестнице.

— Это гостиная, — объявил Гай, впуская нас в тесную комнату, пахнущую плесенью.

Тонкие оранжевые шторы были задернуты. Я шагнула вперед и раздвинула их. Господи, какая убогая конура!

— Знаете, — повернулась я к Гаю, — я бы хотела сначала осмотреть ее без вас. Подождите за дверью.

— А разве вы?..

— Нет, — ответила за меня Луиза и, когда Гай ушел, добавила: — Скользкий тип. Зоя терпеть его не могла, а он, как назло, ухлестывал за ней. Вечно куда-то зазывал.