Майкл Смит - Кровь ангелов

— Она виновна в двух убийствах и последние две недели срезала с трупов куски мяса. Кто знает, что творится у нее в голове?

— Обыск в ее квартире что-нибудь дал?

— Он еще идет.

— То есть — ничего. Ни подвала, где можно было бы держать тело. Ни кусков срезанного мяса. Ни топора, спрятанного под лестницей.

— Очевидно, она занималась этим где-то в другом месте.

— Бывали еще случаи, чтобы подобное совершала женщина? Когда-либо?

— Я знаю, что по этому поводу думает Нина. Вам вовсе незачем делать за нее ее работу.

— Зачем вы привезли ее сюда?

Монро поколебался, но лишь долю секунды.

Я наклонился к нему.

— Я просто не могу этого понять, Чарльз. Она все мне объяснила, но я не понимаю. Возможно, вы сумеете лучше. Вам известно о том, что произошло в Джейнсвилле, когда Нина была еще ребенком, и, следовательно, вы понимаете, что ее отношение к случившемуся весьма противоречиво. Почему именно для участия в этом деле вы решили снова вытащить ее на свет божий?

Монро попытался что-то сказать, но я вдруг почувствовал, что слишком зол для выслушивания его возражений.

— Где через три дня ее похищает из номера отеля некто, зарубивший вооруженного полицейского? Пожалуйста, объясните, просто и доходчиво.

Монро покачал головой, и на мгновение мне стало его жаль. У него не было никакой возможности изменить то, что уже случилось. Все, что он мог, — ждать, пока обыщут все дома в городе.

Он посмотрел через большое окно на автостоянку, где начинало темнеть. К тому же пошел дождь. Я надеялся, что Нина услышит шум дождя, где бы она ни находилась, и этот звук поможет ей поверить, что время все еще идет и что я обязательно ее найду.

— Она лучший следователь из всех, кого я знал, — сказал он. — Она меня поддерживала. Я занимался системой и местными протоколами, она раскрывала преступления. Сами знаете, как в конце концов получилось с Эйлин Уорнос, — петиции, документальные фильмы и все такое прочее. Мне просто хотелось, чтобы, если дело дойдет до общения с прессой, мы были бы к этому готовы. Нина с самого начала была против предположения, что это сделала женщина, так что нам в любом случае пришлось бы собрать неопровержимые доказательства.

— А теперь Рейдел мертв, Нины нет, и само дело потеряло всякий смысл.

— Смысл есть…

Я покачал головой.

— Здесь происходит нечто такое, чего никто из нас не понимает. Не знаю, имеет ли это отношение к Нине, но в данный момент ни о чем другом я не думаю.

Я потянулся к сумке, которую поставил рядом со своим креслом, и достал оттуда несколько цветных отпечатков, которые я сделал с фотографий того места, где побывал в первой половине дня.

Я положил первую фотографию перед ним.

— Узнаете?

Он нахмурился.

— Похоже на место второго убийства.

— Верно. — Я положил на стол вторую фотографию. — А это вид через остров, с того места, где висела рубашка.

— Не вижу здесь ничего такого, что…

Третья фотография.

— А теперь это место выглядит вот так.

Он уставился на снимок.

— Что там произошло, черт побери?

— Немного поработал лопатой.

Его глаза расширились.

— Вы шутите. Это какое-то другое место. Вы не могли такого сделать.

— Тем не менее — сделал. И на самом деле оно выглядит еще хуже, чем кажется.

— Я не верю, что вы это сделали. Просто не верю.

— Кто-то же должен был. Рубашка явно что-то означает, но вы лишь бросили на нее поверхностный взгляд и решили, что этого достаточно.

Я положил перед ним еще один снимок.

— Что вы здесь видите?

— Ничего, кроме грязи, Уорд, — Голос его звучал глухо. — И безнадежно исковерканное место преступления.

— Посмотрите еще раз.

Он неохотно наклонился и внимательнее вгляделся в фото.

— Там, в яме, что-то есть.

Я положил на стол еще четыре фотографии.

Он посмотрел на них, моргнул, посмотрел еще раз.

— О господи. — Монро не отрывал взгляда от снимков. — Руки нет.

Он встал с таким видом, словно намеревался двинуться в трех направлениях сразу.

— Вам надо было сказать… мы бы отправили туда соответствующую бригаду. А вы все окончательно испортили.

— Если это имеет хоть какое-то отношение к тому, где сейчас Нина, у меня нет времени ждать, когда кто-то придет и сделает все как положено. Я хочу показать вам кое-что еще. На улице.

— Мне нужно…

— Вы теперь официально играете в догонялки, Монро. Следуйте за мной, иначе я отправлюсь в город, найду самого глупого репортера и начну рассказывать ему все, что знаю.

Я направился к выходу. Когда я вышел на автостоянку, он поравнялся со мной. Я быстро подошел туда, где стояла моя машина.

— Садитесь, — сказал я.

Когда мы оба оказались внутри, я включил двигатель.

— Что вы делаете?

Затем он услышал, как открылась задняя дверца и кто-то еще сел в машину. Резко обернувшись, Монро уставился на Зандта так, словно тот был самим дьяволом.

— Привет, Чарльз, — сказал Джон. — Давно не виделись.

Я заблокировал дверцы и прямо через газон выехал со стоянки.

Дождь к тому времени усилился, и машину неприятно занесло, когда я выехал на главную дорогу. К счастью, это на мгновение отвлекло Монро, упершегося обеими руками о приборную панель. Протянув руку с заднего сиденья, Зандт вытащил у него из кармана пистолет и сотовый телефон.

Монро схватил ремень безопасности и застегнул его.

— Не знаю, что вы собираетесь делать, — сказал он, — но это не самая лучшая идея.

— Нет, — ответил я. — Возможно, вам это не понравится, но это исключительно ваши проблемы, и у вас есть еще десять минут, чтобы смириться с тем, что должно произойти.

— Верните мне пистолет.

— Нет, — отрезал Зандт. — Возьмите лучше это.

Он бросил что-то на колени Монро.

— Что это, черт побери?

— Сами скажете.

Монро осторожно поднял странный предмет. Он напоминал короткую изогнутую палку, но вовсе не требовалось быть экспертом, чтобы понять, что это.

— Сегодня днем я был в Ричмонде, — сказал Джон. — Пообщался кое с кем из специалистов, показал ему эту кость и еще несколько других из тех, что мы нашли.

— Откуда она?

— Разве Уорд не показывал вам фотографии?

— Господи, — выдохнул Монро. — Значит, вы не только изуродовали место преступления, но еще и осквернили труп. Или вы давно уже успели позабыть, что это означает?

Зандт пропустил его слова мимо ушей.

— Судя по седалищной выемке на костях таза, тело принадлежит женщине. Точную дату смерти установить невозможно. Мой друг говорит, что ему нужно взглянуть на труп на месте, и было бы глупо его выкапывать — в этом он полностью согласен с вами. Но по его мнению, кость вряд ли могла дойти до такого состояния менее чем за пятнадцать лет, плюс-минус два года.

— Прошу прощения?

— Вы слышали, что я сказал. Кость извлечена из земли возле места, на которое указывает вещественное доказательство, оставленное на месте убийства. Вы приписываете его женщине, находящейся сейчас в тюрьме Торнтона. Однако этот труп был закопан в то время, когда вашей единственной подозреваемой было от восьми до двенадцати лет.

Монро посмотрел на кость в своей руке.

— Если предположить, что я поверю всему, что вы мне рассказали.

— Зачем нам лгать? — спросил я, сворачивая на улицу, которая вела через холм мимо школы к центру города. — Мне было бы плевать на вашего убийцу, если бы это напрямую не касалось Нины. Она поняла все с самого начала. Она сказала, что этих двоих убила не женщина. И, похоже, была права.

Монро потер лоб обеими руками.

— В таком случае почему я сейчас с вами в машине? Почему об этом нельзя было поговорить в отеле?

— Потому что сейчас вы нам понадобитесь, — сказал я. — Мы собираемся совершить кое-что неподобающее, и вы нам в этом поможете. Джон хочет побеседовать с Джулией Гуликс.

— Это невозможно, — ответил Монро. — Абсолютно невозможно.

Естественно, я ожидал, что он скажет «нет», но его упрямство все же меня удивило. Я надеялся, что кость заставит его предпринять следующий шаг, что он сам поймет, как действовать дальше.

— Мы в трех минутах езды от полицейского участка, — сказал я, — Вам придется быстро изменить свое мнение, если мы не хотим терять время зря. Как я понимаю, даже вы признаете, что Джон — выдающийся детектив. Насколько я слышал, он уже раскрыл сегодня для вас как минимум одно преступление. Так в чем проблема?

— Забудьте, — упрямо гнул свое Монро. — Он больше не полицейский. На нем висит несколько убийств, он крайне опасен, и только через мой труп я позволю ему…

— Послушайте… — начал я, но вдруг понял, что слышу странный мелодичный звук. Я не сразу сообразил, что это.