Пропавшие девушки - Лиза Реган

Из-за этой истории с Коулман мы все на нервах. Я не хотел…

— Джози! Вот ты где! — гаркнули с улицы.

Появился Люк, тоже в форме. Атмосфера накалялась на глазах.

Сколько бы Джози ни видела его в серой форме полицейского управления штата, всякий раз ее поражало, как ладно он в ней смотрится. И Рэй, она знала, думал о том же, когда смотрел, как Люк, сняв шляпу и пригнувшись, влезает в машину.

Он был полной противоположностью Рэя практически во всем и, подозревала Джози, за то ей и понравился. Будучи федералом, он не мог позволить себе вольностей с прической и стригся очень коротко, оставляя лишь короткую шапочку наверху. Он наклонился поцеловать Джози, его чисто выбритая щека гладко скользнула по ее коже. Старательно не замечая Рэя, Люк сел рядом, сложившись вдвое, и обнял ее рукой за плечи.

— Ты в порядке? — спросил он.

Она улыбнулась:

— Все хорошо.

Она не смотрела на Рэя, но чувствовала, что он кривится. Всего час назад она хвасталась грядущей свадьбой, однако неприкрытая нежность Люка на глазах у Рэя была ей неприятна. Это было глупо — и она ненавидела себя за это, — но Джози ничего не могла с собой поделать. Рэй терпеть не мог Люка. Она знала, что в присутствии Люка Рэй тушуется: Люк был выше, крепче, симпатичнее. Даже хозяйство у Люка и то было солиднее, хотя об этом она Рэю не говорила. Приберегала на будущее, когда Рэй ее окончательно достанет.

Она погладила Люка по руке и, еще раз заверив в том, что все хорошо, попросила:

— Дай мне минутку поговорить с Рэем с глазу на глаз, ладно?

Люк дернул уголком рта, но улыбнулся, легко поцеловал ее в губы и ответил:

— Конечно.

Вылезая из «скорой», он нарочно зацепил Рэя плечом.

Рэй посмотрел ему вслед со смесью облегчения и подозрительности.

— Ты что, в самом деле собралась за него замуж? — спросил он.

Вздохнув, она прижала к левому плечу подтаявший ледяной пакет.

— Это я больше обсуждать не собираюсь.

— Тогда зачем тебе разговор с глазу на глаз?

— Затем, что я хочу знать, как так вышло, что на пассажирском сиденье этого «кадиллака» оказался учитель истории, у которого занималась Изабель Коулман.

ГЛАВА 4

Рэй бросил взгляд в открытую дверь «скорой», будто пытаясь разглядеть Дирка, однако тот, будучи в критическом состоянии, уже находился на полпути к Гейзингеровскому медицинскому центру. Вымолвив одно-единственное слово, он потерял сознание, и ни Джози, ни парамедики не смогли привести его в чувство. Единственный выживший свидетель перестрелки — если сумеет продержаться еще несколько часов, глядишь, и выкарабкается.

— Откуда ты знаешь, что он учил Изабель Коулман?

Джози страдальчески закатила глаза.

— Его показывали в новостях вчера вечером, и сегодня утром снова. Рассказывал, как Изабель хорошо училась. Интервью взяла Тринити Пейн. Она у всех взяла. Я думала, этим делом занимаешься ты.

— Ну да, только шеф отрядил меня прочесывать лес у дома Коулманов. Так что новости смотреть было некогда.

— Так это ты нашел телефон?

Он опустил взгляд и уставился на собственные ноги.

— Нет, волонтерка. Прямо даже обидно, наши ребята ведь уже обыскали этот участок сразу после исчезновения Коулман. В общем, эта тетка его нашла и принесла нам. Мы с Дасти приобщили его к делу.

— Ну вот, а за несколько минут до аварии я видела Дирка Спенсера в новостях, где он рассказывал, какая хорошая девочка была Изабель и как все хотят, чтобы она вернулась домой.

— Так ты думаешь, это… — он махнул рукой в сторону аварии, — как-то связано с исчезновением Изабель Коулман?

— Ты хочешь сказать, с похищением?

— Сама знаешь, что я хочу сказать.

Джози повторила ему, как, уже теряя сознание, Дирк Спенсер прошептал имя Рамона. Лоб Рэя прорезали три горизонтальные морщины. В точности так он, бывало, выглядел, если попросить его купить тампоны в супермаркете. Растерянность и ступор.

— Ну и что? — ответил он. — Может, это его подружка.

Джози вздохнула:

— Да, наверное. Ну, а что шеф пока придерживает по делу Коулман?

Рэй уставился на нее, подняв бровь.

— Ты же знаешь, что мне нельзя рассказывать.

У Джози застучало в висках.

— Ты же знаешь, что я все равно выясню.

— Ну почему тебе вечно нужно идти поперек правил? — обозлился Рэй. — Ну хоть раз в жизни можешь удержаться? Меня по твоей милости с работы вытурят.

Не удержавшись, она презрительно фыркнула:

— Пф! — И рассмеялась. — Вытурят? Шутишь, да? То есть ты поделился информацией с коллегой и за это был уволен? Я, как-никак, выше по званию, — напомнила она.

Она наступила на больную мозоль. Рэй вполне мог бы расти в звании одновременно с нею, если бы только не пустые бутылки из-под виски, которые валялись в его патрульной машине, то и дело попадаясь на глаза шефу. Оказалось, что выскочить из «скорой помощи» не так-то просто. Рэй споткнулся и едва не упал на асфальт. Последним, что услышала Джози, был его возглас:

— Сукин сын!

Рядом тотчас же оказался Люк со свежим пакетом льда, который она прижала к виску. Головная боль совсем разгулялась. Надо выпить ибупрофен. Адреналин покидал ее, и она начинала ощущать боль во всем теле.

— Ну и что это было? — спросил Люк.

— Просто хотела выяснить, что у него есть по делу Коулман.

Люк положил руку ей на колено.

— Джози, — начал он, но с нравоучениями не полез. Эта его черта ей нравилась.

— А у тебя что по этому безобразию? — спросила она.

Люк вздохнул и потер глаза.

— Глухо как в танке. Машина съехала с федеральной трассы, а больше мы ничего не знаем. Такое ощущение, что у них была перестрелка с невидимками. Другой автомобиль точно был, потому что в этих, в «кадиллаке», высадили не одну обойму, но вот только пули у нас и есть.

— Какого калибра?

— Девятимиллиметровые, тридцать ноль шесть, плюс еще семь шестьдесят два на тридцать девять, — ответил Люк.

Джози переложила пакет со льдом к левому плечу.

— Пистолет и охотничья винтовка? Что ж, это сужает круг поисков. В этом штате пистолет с винтовкой есть практически у каждого мужика. А вот семь шестьдесят два — это пореже.

— Семь шестьдесят два на тридцать девять — это автомат Калашникова. Он в большом ходу у городских банд.

— Думаешь, тут банда поработала?

— Автомобиль зарегистрирован на некоего Карлоса Гарсу из Филадельфии, это водитель. Мы знаем, что он член «Двадцати трех» — банды латиносов из Филадельфии.

— У двоих других на шее сзади татуировки с этим же числом. До Филадельфии