Лиза Скоттолини - Подумай дважды

— Спасибо, Мариано. То было для меня очень печальное время.

— Это грех. — Лицо отца обрело сочувственное выражение, а плечи поникли. Мать вздрогнула и заторопилась к плите. Она опустила в кипящую воду слепленные ею клецки. Те зашипели в клубах пара, в комнате наступило молчание. Казалось, оно длилось непомерно долго, и Мэри понимала, что все думают о Майке, ее покойном муже, учителе начальной школы, — его убили, и эту смерть родители Мэри переживали очень тяжело. Это случилось несколько лет назад, но Мэри тоже вспоминала его каждый день.

— Фиорелла, как долго вы были женаты?

— Три месяца. Можете себе представить, что это было для меня — потеряв любимого мужа, опять стать новобрачной? — Фиорелла коснулась руки ее отца, и Мэри подумала, что прикосновение длится слишком долго, так что она снова вмешалась в разговор.

— И вы снова вышли замуж? — спросила она.

— Энцо был моим пятым мужем, — ответила Фиорелла, не моргнув густо подведенными ресницами.

Если отец и был потрясен, то не подал виду.

— Мы с Витой проделали много миль, охотясь друг за другом.

Все рассмеялись, включая Фиореллу, которая сказала:

— Мариано, у вас такое восхитительное чувство юмора! Будь я замужем за вами, не сомневаюсь, что это был бы мой единственный брак.

— Ха! — Отец подошел к плите. — Я сделаю кофе.

— Мне нравится ваше платье, — сказала Джуди, и Фиорелла вскинула брови:

— Благодарю вас. Это Армани. Вы интересуетесь модой?

— Н-н-ну… немного.

— Я вижу.

Фиорелла продолжала рассматривать Джуди, или, точнее, ее платье. Джуди явилась прямо из офиса, так что была в рабочей одежде — просторной желтой майке, джинсовой мини-юбке и красных кожаных башмачках. Ее растрепанные по моде волосы сегодня были одного цвета — светло-желтого. Мэри уже привыкла к эксцентричному гардеробу подруги, но этим утром она не удержалась и сказала Джуди, что та выглядит как продавщица из «Макдоналдса».

— Вы всегда так одеваетесь?

— Конечно. — Джуди с удовольствием кивнула, и Мэри прикусила язык.

— Вот и кофе! — Ее отец налил кофе в чашку Фиореллы, а затем позаботился об остальных. — Сливки и сахар на столе.

Фиорелла продолжала рассматривать Джуди:

— Должна сказать, я совершенно поражена вашей внешностью.

Мэри почувствовала необходимость защитить подругу:

— Простите, но Джуди — моя лучшая подруга, и никто, кроме меня, не имеет права критиковать ее одежду.

Мать оцепенела, а отец и Энтони лишь моргнули. Фиорелла вскинулась, а Мэри, поняв, что ее слова не достигли цели, сделала еще одну попытку:

— Я хочу сказать, что Джуди имеет право одеваться, как ей нравится. Она гениальный юрист и большой художник, и в офисе мы ценим ее мозги куда больше, чем ее внешний вид.

— Я имела в виду не ее платье, а ее здоровье. — Фиорелла спокойно повернулась к Джуди. — У вас болит голова, не так ли?

— Откровенно говоря, да.

— Кто-то плохо думает о вас. Они сглазили вас.

У матери перехватило дыхание. Кастрюля с ньокки[11] отчаянно кипела.

— Dio, bugge![12]

Выражение отцовского лица говорило: «С этим мы справимся». Мэри и Энтони переглянулись, они знали, что за этим последует. Мать Мэри могла справиться и со сглазом. И сурово упрекала себя, если не могла поставить диагноз.

Но Джуди забеспокоилась:

— Со мной все будет в порядке?

— Да, но только если вы станете слушаться меня. Я уберегу вас от неприятностей. — Фиорелла, звеня браслетами, потянулась через стол. — Дай-ка мне руку, дорогая. Я смогу помочь тебе. Я самая могущественная колдунья во всем Абруццо, королева всех колдуний.

Мэри не произнесла ни слова, а только поблагодарила Бога за то, что не пригласила Бенни к обеду. Это положило бы конец ее шансам стать партнером.

Магия — это одно, а бред — совершенно другое.

Глава 8

Бенни, измученная и страдающая от боли, продолжала лежать в ящике. Она потратила слишком много сил, колотя в крышку и крича, и просто не могла больше паниковать. Она с трудом глотала, во рту пересохло. Она была вся в поту. Ей надо в туалет! Она продолжала лежать неподвижно, тяжело дыша. Да, ей просто необходимо сберечь воздух и энергию, чтобы сделать еще одну отчаянную попытку.

Она попыталась понять, где находится этот ящик. Люди могли услышать ее крики — может быть, ящик не в подвале дома Эллис? Это было единственное место, куда они с сестрой не заходили, но Эллис была достаточно хитра. И сообразительна, в каком бы положении она ни находилась. Бенни это непростое знание досталось давно, когда Эллис обыграла ее при рассмотрении дела об убийстве.

Бенни вспомнила, как она начала терять уверенность и профессиональную дистанцию. Она выяснила, что Эллис врала в деле об убитом копе, и понимала, что это не вызовет симпатии у заседателей. И тогда Бенни пошла на то, на что мало кто из защитников по криминальным делам мог решиться. Она постриглась так же коротко, как Эллис, оделась к процессу так же, как та, и когда они сидели вместе за столом, то казались отражением друг друга. Она прикинула, что заседатели не смогут не увидеть сходства между ними и перенесут доброе отношение к ней и на ее двойника. Этот ее гамбит[13] сработал, и, оглядываясь назад, Бенни понимала, что в какой-то момент, хотя она бы не смогла сказать, в какой именно, она стала терять собственную индивидуальность и каким-то невероятным образом слилась со своим двойником.

И вот теперь она не могла поверить, как далеко это зашло. Она не могла поверить, что когда-то хотела быть Эллис, а не собой. Ее недальновидность привела к тому, что она очутилась в ящике, который находится бог знает где, и ее жизнь в серьезной опасности.

Внезапно в тишине она услышала какой-то звук, словно кто-то скребется. Она подождала немного и вдруг услышала его снова. Он доносился с другой стороны крышки, где-то рядом с ее головой. Неужели это Эллис скребет по крышке? Почему? Как? Бенни прислушалась, надеясь, что этот скрежет повторится, но в тишине ящика раздавалось только ее дыхание. И тут скрежет резко возобновился.

— Прекрати! — завопила она. — Дай мне выбраться! Что ты делаешь? Остановись, остановись, остановись!

Но царапанье не прекратилось, и Бенни снова изо всех сил заколотила в крышку.

Глава 9

Эллис нашла в доме Бенни кабинет, бросила сумку на пол и, включив настольную лампу, уселась поудобнее за ноутбуком. Она нажала клавишу ввода, и экран ожил — нужно было ввести пароль. Эллис на секунду задумалась. Она не имела представления, каким паролем пользовалась Бенни, и не знала клички собаки. Прикинув, она напечатала имя их матери: Кармела.

ПАРОЛЬ НЕВЕРЕН.

Она просмотрела бумаги на столе, но среди них не было листка с паролем. Справа в столе был ящик. Она первым делом открыла его и стала копаться в конвертах, набитых счетами, банковскими сообщениями и юридическими документами, но досье с паролями так и не нашла. Она перешла ко второму ящику — тоже безуспешно. Эллис откинулась на спинку стула, и ее взгляд упал на старомодный ролодекс,[14] вертушку с карточками. Она прогнала меж пальцев карточки, связанные с бизнесом, а потом импульсивно перекинула их к букве «П». Первая же карточка была написана от руки, наверху читалось: «Пароли».

Бинго!

Она нашла «лэптоп, дом» — 2424. После пароля на экране появилась заставка. Указав курсором «Включить», она прочитала то, что появилось на экране. Счет за дом из Банка США, деловые счета оттуда же. Она убрала онлайновый регистратор, и сердце у нее заколотилось. Тут были три главных счета и девять дополнительных, все в том же банке. Она вышла в Интернет, напечатала «Банк США», потребовала данные о банковских операциях онлайн, но страница запросила имя пользователя и пароль. Она вернулась к ролодексу, нашла Банк США, ввела имя пользователя — Бенни Росатто — и пароль Bearly 01, вернулась к банковскому файлу и приступила к делу. Она вывела главную страницу и погрузилась в чтение балансовых расчетов.

Три миллиона долларов с мелочью.

Она не знала, что Бенни была мультимиллионершей, но не удивилась своему открытию. Она кликнула по строчке первого счета «Дом», который делился на «Личные» и «Деловые», и проверила баланс. 78 016 долларов. У второго счета «Росатто и партнеры» были дополнительные разделы «Зарплата», «Расходы», «Путешествия и развлечения», и его баланс составлял 2 437 338 долларов. Она кликнула по третьему счету «Строение 1717», которое, как она знала из веб-сайта, было новым офисным зданием Бенни. Тут были свои дополнительные счета «Аренда», «Расходы» и «Разное», которые в сумме составляли 736 393 доллара. Чтобы проверить, есть ли долги, она заглянула в самый конец страницы.

Zero. Ничего. Nada. Zip.