Пионерская клятва на крови - Эльвира Владимировна Смелик

class="p1">Он даже покачнулся, но все-таки не упал, зато невольно разжал пальцы. Неожиданно ставшая холодной и обмякшая ладошка Юрика выскользнула из них, и тот опять плюхнулся задом на землю.

Лёшка мотнул головой, стряхивая с себя недавние ощущения и окончательно приходя в себя. Опять шагнул к Юрику, опять протянул руку.

– Держись крепче.

Но на этот раз мальчишка только глянул исподлобья и зло выдохнул:

– Иди на фиг!

Глава 30

Юрик сидел рядом с мамой и терпеливо ждал, пока она зашивала его шорты, изрядно пострадавшие во время «Зарницы». В любом другом случае он бы уже весь изъерзался и беспрестанно ее подгонял – ну, не любил он торчать на месте без дела. Но сейчас Людмила Леонидовна разговаривала с Федором Дмитриевичем, который чинил наполовину отвалившуюся дверцу тумбочки в спальне мальчиков первого отряда.

– Не могу больше с Авией, – жаловался завхоз. – И до того вечно цеплялась: все ей не так, все не по ней. А уж после клада с острова в нее словно бес вселился.

Людмила Леонидовна обеспокоенно глянула на сына, но тот моментально сделал вид, что очень увлечен выковыриванием занозы из пальца.

– Вчера дерево накренилось на хоздворе, так Авия велела его выкопать.

– Ну, для безопасности же, – разумно рассудила Людмила Леонидовна. – Чтобы не рухнуло ни на кого.

– Понимаю, – согласился Федор Дмитриевич. – Но безопасность – это спилить и убрать, а не выкопать вместе с корнями да еще глубже ямину разрыть. Думается мне, она хочет еще один клад найти.

Юрик больше почувствовал, чем услышал, как мама иронично хмыкнула. Всяко посчитала, что завхоз преувеличивал.

А вот и нет! Его все сильнее терзала обида, что начальница отобрала у него найденную фигурку. Он точно знал, Авия Аркадьевна ее не теряла и даже никогда раньше до того момента не видела. Потому как вещичка принадлежала ему. Ну да, именно ему.

– Готово! – Людмила Леонидовна протянула сыну шорты, случайно коснулась руки, а потом сразу приложила ладонь ко лбу.

– Ты как себя чувствуешь, Юрасик? – спросила обеспокоенно. – Слабости нет? Голова не кружится? А то что-то холодный какой-то.

– Ну не горячий же! – буркнул Юрик, мотнул головой, зыркнул темными глазами, сказал недовольно: – Чего, как с малявкой?

– Не хорошо так с мамой-то, – не удержавшись, назидательно одернул Федор Дмитриевич.

Вот чего влез? Он здесь вообще никто. Дядька на побегушках у начальницы лагеря. Лучше бы вон тумбочкой своей занимался, а то уже полчаса возился, а толку никакого. Но через непривычные злые мысли тонким росточком пробился стыд – мама хоть и не сказала ничего, но сразу видно, не ожидала от сына грубости и слегка обиделась.

Юрик торопливо натянул шорты, но, прежде чем выскочить из палаты, стукнул коленкой по едва прикрученной дверце. Та захлопнулась с грохотом, едва не ударив завхоза по пальцам.

– Юра, вернись! – нагнал возмущенный мамин окрик, хлестнул по спине, но только добавил ускорения.

Стремительно промчавшись вдоль рядов кроватей, Юрик вылетел в холл, потом на крыльцо, спустился, перескакивая через ступеньки, бормоча на ходу:

– Ага, размечтались. Больно надо.

В носу щипало от обиды и разрастающейся злости. На маму: почему она с ним, как с маленьким? На себя самого: почему он и правда поступает, как дурачок, не хочет, а все равно делает всякие мелкие пакости? Но, конечно, больше всего на Авию Аркадьевну. Потому что она настоящая воровка – присвоила чужое.

Роящиеся в голове мысли жалили свирепыми осами, укусы которых неприятно зудели. И Юрик, пока шел, неосознанно расчесывал руки, и без того покрытые ссадинами и царапинами, будто пытался выскоблить изнутри то инородное и злое, что заставило гадко себя повести и нагрубить маме.

Внезапно откуда-то со стороны раздался громкий свист, а за ним и слова:

– Эй, пацан!

Юрик сначала даже не подумал, что это к нему обращаются, настолько сосредоточился на собственных ощущениях и переживаниях, но тут опять раздался голос, еще более требовательный:

– Пацан! Оглох, что ли?

Он остановился, развернулся, увидел небольшую компанию парней, не самых старших, а отряда из третьего. Одного, с темными волосами и миндалевидными яркими глазами, Юрик даже знал по имени – Ильдар. Потому что на «Зарнице» тот был командиром их «зеленой» армии.

Скорее всего, это именно Ильдар свистел ему и кричал. Он и сейчас выдвинулся вперед, деловито поинтересовался:

– Ты Федора Дмитрича… завхоза… не видал?

– Вам надо, сами и ищите, – огрызнулся Юрик, сплюнул под ноги, по-прежнему не совсем понимая, почему поступал именно так.

Ильдар исподлобья глянул на него, снисходительно хмыкнул.

– Слишком борзый, да? – произнес он, но не враждебно, а вроде бы довольно миролюбиво.

От него так и веяло негодованием и жаждой справедливости. И даже сомнений никаких: это все из-за клада, который увела прямо из-под носа все та же мерзкая воровка Авия Аркадьевна – прибрала, спрятала и не собиралась никому отдавать.

Юрик наклонил голову к плечу, внимательно оглядел стоящих перед ним мальчишек и внезапно передумал дальше грубить.

– А завхоз вам зачем? – спросил он, а потом сразу выложил: – Он в первом отряде. Тумбочку ремонтирует.

– Не гонишь? – засомневался Ильдар.

– Не-е… – Юрик старательно замотал головой. – Я только что там был. – Добавил с самым невинным выражением на лице: – И с мамой разговаривает. У меня мама там воспитатель.

– Ну ясно, – разочарованно произнес другой парень с сильно отросшей, так что целиком закрывала уши, светло-русой шевелюрой. – Пусть топает дальше. Чего с ним связываться?

– Нет, Деня, – уверенно возразил Ильдар, – зря ты. Видно же, что нормальный пацан. Ну, подумаешь, мать воспетка. У Мухи вон тоже тетка в лагере работает. В столовке. – Он дернул подбородком, указав на стоящего по правую руку приятеля в сетчатой тенниске с продольными полосками, потом опять обратился к Юрику: – И о чем они там разговаривают?

Тот незаметно улыбнулся уголками рта, а напоказ наивно похлопал ресницами и снова откровенно выложил:

– О кладах каких-то, – недоуменно пожал плечами.

Парни переглянулись. Ильдар хмыкнул, переспросил с наигранным недоверием и насмешливостью:

– О чем? О кладах?

А Деня даже хохотнул, тряхнув волосами:

– Чё за фигня?

– Ничего и не фигня! – насупился Юрик. – Разве не вы сундучок на плавающем острове нашли? С сокровищами.

Парни опять переглянулись.

– Ну, мы, – нехотя подтвердил Ильдар. – Так разве его начальница в милицию не сдала?

– Не сдала и не собирается, – с многозначительным видом заявил Юрик и не стал дожидаться очередных расспросов, зачастил, будто ему не терпелось поделиться: – Федор Дмитрич сказал, она его у себя в кабинете заперла. Ждет, когда смена закончится и все разъедутся, чтобы себе оставить. Она и у нас фигурку отобрала, –