Пи Трейси - Смерть online

Грейс какое-то время понаблюдала за играми, погрузившись в реальную жизнь, где естественно существуют мальчишки, собаки, еще кое-кто, потом повела Джексона в дом, усадила за стол, расспрашивала о его жизни, готовя еду. А он ее расспрашивал.

Когда стемнело, они с Чарли проводили его домой, выдыхая белые облачка пара в морозный после захода солнца воздух.

– Я сейчас тебе кое-что дам. – Джексон запустил руку в вырез футболки, нащупал цепочку, стащил через голову. В фонарном свете сверкнул серебряный крест. – Знаешь, что это такое?

– Конечно. Распятие. Откуда оно у тебя?

– Мама дала, чтобы я не пугался, когда она умирала.

Грейс на секунду закрыла глаза, развернулась на каблуках, посмотрела ему в глаза:

– Твоя мама умерла?

– Угу. В прошлом году. От рака. – Мальчик надел ей на шею цепочку, улыбнулся белозубой улыбкой в темной ночи. – Вот. Теперь ты в безопасности.

33

Сумасшедший дом, думал Магоцци, перебирая на своем столе в отделе убийств фотографии трупов. Иначе не скажешь.

Члены всех сменных бригад столпились у столов, телефонов, компьютеров, жужжа несогласованным пчелиным роем, натыкаясь друг на друга, вопя во все горло, чтобы их услышали. У стола Глории выстроились разносчики, размахивая коробками с пиццей, тайской и китайской едой, еще с чем-то, бог знает, а взбешенная Глория криком кричит, требует, чтобы сотрудники расплатились и забрали проклятые упаковки.

Сумятицу усугублял общий гул в других помещениях. Журналисты заполнили вестибюль, снимая каждого подвернувшегося, забрасывая вопросами беспомощного дежурного, который наверняка держал оружие на предохранителе, чтобы кого-нибудь не пристрелить. Ясно, что уходить в ближайшее время никто не намерен.

Магоцци взглянул на безмолвный экран телевизора в углу, как бы смотря немое кино. Все теперь подключились к спутниковой связи, городские каналы работают в прямом эфире.

Шеф Малкерсон заперся у себя в кабинете, прилип ухом к телефонной трубке, беседуя с мэром, с членами муниципалитета, может, даже с губернатором, пытаясь объяснить ошибку, допущенную в «Молл оф Америка», и кто в ней виноват, и что, черт возьми, делать дальше. Даже представить невозможно, что он им говорит. Нет никаких убедительных оправданий, и детектив Магоцци в первый раз с той минуты, как перешагнул порог офиса «Манкиренч», пришел к заключению, что решения тоже нет. Псих будет по-прежнему убивать одного за другим, и с этим ничего не поделаешь.

Во второй раз за сутки ни у кого из компьютерщиков нет твердого алиби. Предполагается, что во время убийства в торговом центре Энни, Харлей и Родраннер находились каждый в своем доме в полном одиночестве, Грейс на чердаке, Митч в машине, объезжая клиентов. Ни у кого никаких свидетелей. Дело начинает дурно попахивать, поскольку каждый раз, когда люди, которые проводят вместе двенадцать часов из каждых двадцати четырех, расходятся поодиночке, кого-то убивают.

– Эй, Лео! – Патрульный сержант Итон Фридмен жалобно посмотрел на него из-за письменного стола, игрушечного по сравнению с сидевшим за ним гигантом. – Видно, плохи дела. – Он весь день обходил подписчиков, числящихся в регистрационном списке, оставаясь единственным членом следственной бригады, не дежурившим в торговом центре. – Слышно, Лангер сильно переживает.

– Слишком сильно. Мы его домой отправили. И Петерсон не лучше. Еле ноги волочит. – Оба оглянулись на стол в дальнем углу, за которым сидел Петерсон, обхватив руками голову.

Фридмен вскинул плечи:

– Ничего не пойму. Женщина была убита задолго до того, как ее обнаружили, правда?

– Правда. Ее убили в примерочной «Нордстрома», потом выкатили в кресле. Никто из наших не виноват, хотя все считают, что ответственность за следующее убийство будет лежать на них.

Фридмен понимающе кивнул. Все сотрудники управления уже знают, что Лангер и Петерсон видели убийцу, находились с ним рядом и не только дали ему уйти, но и не сумели его описать.

– Они не виноваты. Виноват чертов холод, – сердито заявил сержант. – На улице встретишься с собственной матерью – и то не узнаешь.

Что подтверждают расплывчатые, путаные свидетельства Петерсона и Лангера. Длинное дутое пальто с капюшоном, отороченным пушистым мехом, нахлобученная на голову шапка, закутанное шарфом лицо – типичный наряд жителя Миннесоты, где ртуть в градусниках сжимается, ветер крепчает. Ничего удивительного, но под такой одеждой может кто угодно скрываться, от Мерилин Монро до немецкой овчарки. Мороз предоставляет возможность идеально замаскироваться.

– Да нет! – крикнул Лангер вслед Магоцци в торговом центре, не желая прибегать ни к каким оправданиям. – Вы не поняли! Я вообще не взглянул на того, кто ее вез! Я опытный сыщик, все должен видеть! А видел только женщину в инвалидном кресле! – К тому времени он уже трясся – конечно, от холода, но и от какого-то личного наваждения, в котором Магоцци не мог пока разобраться.

Петерсон говорил почти то же самое, только просто пинал себя в задницу, тогда как Лангер облачился во власяницу, не видя на всем белом свете для себя другой одежды.

– Привет, Лео.

Магоцци оглянулся, чувствуя легкий толчок в плечо и нежный цветочный запах духов Глории. Ничего приятней за весь день не слышал. Господи, как хорошо, когда рядом крутятся женщины!

– Рэмбо звонил, – сообщила она, сунув ему в руки пачку розовых листов бумаги. – Насчет жертвы из торгового центра немало зацепок. Он еще с ней работает, но считает необходимым немедленно поставить тебя в известность. Вдобавок тебе целый день трезвонит шериф из Висконсина. Я чуть не рехнулась.

– Чего ему надо?

– Не знаю. Ничего не просил передать, да и мне ни слова не сказал.

– Ладно, сам разберусь, – вздохнул Магоцци, оглянулся на Фридмена, перебиравшего стопки бумаг, казавшиеся почти монолитными в желтом верхнем свете. – Регистрационные списки?

Сержант мрачно кивнул.

– На проверку даже правильных адресов и фамилий уйдут дни, недели, а половина моей бригады торчит в торговом центре. Вдобавок у меня из головы не выходит утверждение этой самой Макбрайд, что убийцы вообще нету в списке. Начинаю думать, не топчемся ли мы на пустом месте.

– Я тоже. – Магоцци нахмурился, потер уже ставшую постоянной глубокую складку между бровями. – У тебя еще люди работают?

– Двадцать человек, круглосуточно. Мы никогда не спим.

– Продолжайте. – Детектив похлопал сержанта по каменному на ощупь плечу, потащился к своему столу, по-стариковски опустился на стул, сел и какое-то время просто сидел, дав мозгам передышку.

Джино уже устроился за собственным столом напротив и орал в телефон, заткнув пальцем другое ухо, чтобы шум не мешал:

– Когда вернусь, не знаю, а сам хочу знать, что сейчас на тебе надето?..

Магоцци улыбнулся. В этом весь Джино. Что бы ни происходило вокруг, он говорит с Анджелой только о них самих. Завидно до боли.

34

В восемь вечера шериф Холлоран связался наконец с детективом Лео Магоцци, и то слишком воинственная секретарша, в десять раз хуже Шарон, соединила лишь после угрозы подать на нее в суд за препятствие исполнению представителем закона должностных обязанностей.

– Сплошное дерьмо собачье, – хмыкнула она в ответ.

– Знаю, но я в отчаянном положении.

Почему-то это ее рассмешило, и она его переключила на детектива, в тоне которого слышалось искреннее раскаяние и неподдельная усталость.

– Извините, шериф… Холлоран, верно?

– Верно. Округ Кингсфорд, штат Висконсин.

– Извините, что не перезвонил. У нас тут сегодня такие дела…

– Я слышал в новостях об убийстве в «Молл оф Америка», постараюсь надолго вас не задерживать.

– Постойте, минуточку… Округ Кингсфорд? Господи, будь я проклят! Простите. У вас сотрудник на этой неделе погиб?

– Помощник шерифа Дэниел Пелтиер, – подтвердил Холлоран и зачем-то добавил: – Дэнни.

– Хочу вас заверить, мы искренне огорчились, услышав об этом. Страшная потеря.

– Людей всегда страшно терять.

– Знаю. Слушайте, даже не верится, что шеф вам не звонил… Точно знаю, мы выслали машину в подмогу…

– Я разговаривал с вашим шефом, и мы очень признательны за такое внимание. Детектив Магоцци, я звоню не по этому поводу.

– А по какому?

– Нам назвала ваше имя мать настоятельница католической школы в Сент-Питере, штат Нью-Йорк.

Собеседник молчал так долго, что Холлоран вынужден был прослушать обрывки торопливой болтовни копов в Миннеаполисе.

– Детектив Магоцци! Вы слушаете?

– Да. Простите. Вы меня слегка огорошили. Просто пытаюсь свести концы с концами. Можно спросить, зачем вы сегодня обращались в школу?

Холлоран сделал долгий, медленный выдох, как всегда делал, готовясь спустить курок.