Джеффри Арчер - Одиннадцатая заповедь

Прочитав срочное донесение, Гутенбург сразу же набрал номер в Далласе. Когда Гардинг взял трубку, заместитель директора ЦРУ только попросил:

— Опишите его.

— Ростом метр восемьдесят два. Он был в шляпе, так что я не мог увидеть, какого цвета у него волосы.

— Возраст?

— Лет пятьдесят — на год-два больше или меньше.

— Глаза?

— Голубые.

— Как он был одет?

— Спортивный пиджак, брюки цвета хаки, синяя рубашка, мягкие кожаные туфли, без галстука. Одет небрежно, но изящно. Я подумал, что он один из наших, но потом заметил, что его сопровождала пара местных бандюг, которые делали вид, что они не с ним. С ним также был высокий молодой человек, который ни разу не открыл рта, но именно он заплатил за винтовку наличными.

— А первый человек сказал, что ему нужны именно такие модификации?

— Да. У меня сложилось впечатление, что он точно знал, чего он хочет.

— Хорошо. Сохраните деньги: вероятно, мы сможем снять отпечатки пальцев.

— На них не будет его отпечатков пальцев, — сказал Гардинг. — Платил молодой человек, а вынес винтовку из магазина один из бандюг.

— Кто бы он ни был, он явно не хотел рисковать, пронося винтовку через контроль безопасности аэропорта, — сказал Гутенбург. — Двое громил были, наверное, курьеры. Какое имя он написал на анкете?

— Грегори Пек Редфорд.

— Удостоверение личности?

— Водительские права из штата Вирджиния. Адрес и дата рождения полностью соответствуют номеру социального страхования.

— Мой агент будет у вас через час. Он пошлет мне по электронной почте все подробности об этих двух бандитах, а полицейский составит фоторобот главного подозреваемого.

— В этом нет необходимости, — сказал Гардинг.

— Почему?

— Потому что весь процесс покупки был записан на видеопленку. — Гутенбург не мог увидеть, как удовлетворенно улыбнулся Гардинг, когда добавил: — Даже вы не заметили бы, где у нас находится видеокамера.

Стюарт еще раз сосредоточился.

— Узна́ю я, — сказал он неожиданно.

— Узна́ю я, куда она ушла, — с улыбкой сказала Мэгги.

— Мы встретим нового друга в новой стране, и он нас найдет, — сказала Тара. — Стюарт, можешь еще что-нибудь вспомнить?

— Все уничтожится…

— Все уничтожится и возродится, — прошептала Мэгги.

В этот момент к ним подошел человек, который раньше выхватил сборник стихов Йейтса из рук Стюарта…

— Слушайте внимательно, — сказал он, глядя на них. — Если хотите остаться в живых — а мне наплевать, останетесь вы в живых или нет, — выполняйте мои указания абсолютно точно.

Стюарт посмотрел человеку в глаза и понял, что для него все трое — не живые люди, а всего лишь очередная работа. Стюарт кивнул.

— Итак, — продолжал тот, — когда самолет приземлится, вы сразу же пройдете в зону выдачи багажа, возьмете свой багаж и пройдете через таможню, не привлекая к себе никакого внимания. Вы не должны — повторяю, не должны — заходить в туалет. Как только вы пройдете через таможенный досмотр в терминал, вас встретят двое моих людей, которые проводят вас в дом, где вы останетесь на некоторое время. Я увижусь с вами сегодня вечером. Понятно?

— Да, — решительно кивнул Стюарт.

— Если вы попытаетесь сбежать или попросить чьей-то помощи, миссис Фицджералд будет немедленно убита. Если, по какой-либо причине, она окажется недосягаемой, мне придется выбрать кого-то из вас двоих. — Он посмотрел на Тару и Стюарта. — Это условие, с которым согласился мистер Фицджералд.

— Это невозможно, — начала Мэгги. — Коннор никогда бы…

— Я думаю, будет разумнее, миссис Фицджералд, чтобы в будущем мистер Фарнхэм говорил от имени всех вас, — сказал их собеседник; Мэгги хотела его поправить, но Тара быстро стукнула ее по ноге. — Вам понадобится вот это.

Он протянул Стюарту три паспорта. Стюарт раскрыл их и протянул один паспорт Мэгги, а другой Таре. Человек же вернулся в кабину пилота.

Стюарт посмотрел в оставшийся у него в руках паспорт, у которого на обложке, как и на двух других паспортах, красовался американский герб. Внутри он обнаружил свою фотографию и имя — Дэниэль Фарнхэм, профессия — университетский профессор юриспруденции, адрес — бульвар Марина, дом 75, Сан-Франциско, Калифорния. Он показал свой паспорт Таре, девушка с удивлением посмотрела на него.

— Люблю иметь дело с профессионалами, — сказал Стюарт. — И я начинаю понимать, что твой отец — один из лучших.

— Вы уверены, что больше ничего не помните? — спросила Мэгги.

— Боюсь, что нет, — ответил Стюарт. — Нет, погодите. Анархия.

Мэгги улыбнулась.

— Теперь я знаю, куда мы направляемся.

От Далласа до Вашингтона — долгий путь. Двое телохранителей, оставив Коннора и Романова в аэропорту, собирались заночевать по дороге, прежде чем на следующее утро продолжить свою поездку в столицу. В девять часов вечера, проехав четыреста миль, они остановились в мотеле на окраине Мемфиса.

Двое агентов ЦРУ, увидев, как они припарковали свой БМВ у мотеля, через сорок пять минут доложили Гутенбургу:

— Они остановились в отеле «Мемфис-Марриот», заняли номера 107 и 108. В девять часов тридцать три минуты они заказали ужин в номер; сейчас оба они сидят в номере 107 и смотрят телевизор.

— Где винтовка? — спросил Гутенбург.

— Она прикована наручниками к запястью человека, который занял номер 108.

— Значит, вам нужно заручиться услугой официанта и добыть общий ключ, — сказал Гутенбург.

В десять часов в номер 107 вошел официант, который принес ужин. Он открыл бутылку красного вина, поставил два стакана и накрыл на стол. И сказал, что вернется минут через сорок, чтобы унести посуду. Один из постояльцев попросил официанта нарезать ему бифштекс, так как он мог действовать только одной рукой. Официант охотно выполнил его просьбу.

— Приятного аппетита! — сказал он и вышел из номера.

После этого официант пошел на стоянку и доложил обо всем старшему агенту, который поблагодарил его и попросил сделать еще кое-что. Официант кивнул и получил пятьдесят долларов.

— Он явно не хочет выпускать из рук винтовку, даже когда ужинает, — сказал другой агент, когда официант ушел.

Официант вернулся на стоянку вскоре после полуночи и сообщил, что оба постояльца легли спать в своих номерах. Он вручил агентам общий ключ, получил еще пятьдесят долларов и пошел спать, довольный тем, что хорошо заработал. Он не знал, что человек в номере 107 взял ключ от наручников, чтобы никто не мог украсть винтовку у его партнера, пока тот спит.

Когда человек в номере 107 проснулся утром, он чувствовал себя ужасно сонливым. Посмотрев на часы, он увидел, что уже очень поздно. Он натянул джинсы и открыл дверь между его номером и номером 108, чтобы разбудить своего товарища. На пороге он вдруг остановился, упал на колени, и его стошнило. На ковре в луже крови лежала отрубленная кисть.

Когда они вышли из самолета в Кейптауне, Стюарт заметил двух человек, которые следили за каждым их шагом. Служащий на паспортном контроле проштемпелевал их паспорта, и они пошли в зону выдачи багажа. Через несколько минут на ленте конвейера стали появляться чемоданы и сумки. Мэгги удивилась, увидев на конвейере два своих старых чемодана. Стюарт уже начал привыкать к тому, как действует Коннор Фицджералд.

Взяв багаж, Стюарт поставил его на тележку, и все они двинулись к зеленому коридору таможенного досмотра. Два человека, следившие за ними, пристроились сзади.

Когда Стюарт катил тележку мимо таможенников, один из них выступил вперед, указал на красный чемодан и попросил его владельца поставить чемодан на стойку. Стюарт помог Мэгги поднять чемодан, а два человека, следившие за ними, неохотно прошли вперед. Выйдя из таможенной зоны, они остановились в нескольких метрах перед выходом. Каждый раз, когда двери раздвигались, было видно, что они заглядывают внутрь. Скоро к ним присоединились еще два человека.

— Будьте любезны, откройте чемодан, — попросил таможенник.

Мэгги щелкнула затворами и улыбнулась при виде беспорядочно наваленной одежды. Только один человек в мире мог так упаковать этот чемодан. Таможенник порылся среди вещей и вытащил косметическую сумочку. Он раскрыл ее и обнаружил в ней целлофановый пакетик с каким-то белым порошком.

— Но это… — начала Мэгги. На этот раз ее одернул Стюарт.

— Боюсь, нам придется произвести личный обыск, мэм, — сказал таможенник. — Может быть, в этом случае ваша дочь пройдет с вами.

Стюарт удивился, откуда таможенник знает, что Тара — дочь Мэгги, хотя он явно не предположил, что Стюарт — ее сын.

— Будьте любезны, пройдите со мной, — сказал таможенник. — Возьмите чемодан и весь ваш остальной багаж. — Он провел их в крошечную полутемную комнатку, где стоял стол и два стула. — Один из моих сотрудников сейчас придет к вам, — он закрыл дверь, и они услышали, как в замке повернулся ключ.