Октябрьская ярмарка - Ольга Николаевна Шивер

Ох и натерпелась бедная Нинка с дочерью: и по местным врачам водила, и в Москву возила – толку ноль. Знай себе твердит Анютка про девчонку в подвале. Тут Нинке, правда, кто-то грамотный посоветовал, что нужно обстановку сменить, и Анютка забудет всё. Нинка её у сестры в Москве-то и поселила, хотя, конечно, сильно по дочери тосковала. Каждые выходные туда на электричках моталась, пока автобусы не запустили…

– А с домом что? – прервала Катя старушку. – Что произошло?

– Анютка в гости к Нинке не приезжала, да и Нинка ей не позволяла – всё тряслась, чтобы опять дочка не чокнулась. А тут заболела, сердце прихватило. Анютка и приехала с мальчонкой. Так я Нинку больше не видела живой. Как сейчас помню: бледная, улыбается, Анютку с внуком встречает… Кто ж мог подумать, что такая беда выйдет… – покачала головой старушка. – Анютка с Нинкой как зашли в дом – и всё, никто их после и не видел. Ни в магазин, ни в аптеку или ещё куда не ходили. Потом муж приехал, всё стучал в калиту, стучал. Потом плюнул и так перелез. Стремянку, вон, у Матвеевых взял и полез за оградку. И всё, – развела она руками.

– Что «всё»? – не поняла Катя.

– Всё, – многозначительно посмотрела на неё старушка. – Мишка – участковый наш – сказал, что тело мужа Анюткиного так и нашли возле забора, да с перегрызенным горлом! И откуда мощи столько? С виду хлюпкая такая, тоненькая вся, а с мужиком здоровым справилась

– Страсти какие… – только и смогла вымолвить Катя: рассказ старушки подействовал на неё сильнее, чем она предполагала. – А с остальными что?

– Нинку в сарае нашли, Анютка ей шею свернула! – продолжала стращать бабка, наслаждаясь вниманием и произведённым эффектом. – Только, видимо, перед смертью своей муж Анютке успел отпор дать: черенком от грабель так огрел, что голову проломил Так Анютку и нашли полуживую.

– Нинку? – не поняла Катя.

– Анютку, – поправила её старушка. – Она одна живая была, но в машине скорой померла. Так что не нужен дом тебе этот.

– А ребёнок Анюткин?

Старушка пожала плечами:

– Она и его порешила, точно тебе говорю! Всё село вверх дном перевернули, лес, поле, посадку – всё проверили. Нет нигде мальчонки.

– А дом кто продаёт? Сестра Нины? У которой Анютка жила, да? – вдруг задумалась Катя.

– Ой, Лидка-то давно Богу душу отдала. Нет у Нинки родственников, администрация района дом этот продаёт. Да только кому ж он нужен? Снести – и дело с концом.

Поблагодарив старушку за рассказ, Катя вернулась в машину. Пора было выдвигаться в сторону Москвы.

В эту ночь Кате снова приснилась тёмная комната, только теперь сюжет изменился: на грязном полосатом матрасе лежал маленький мальчик.

– Катя! Катя! – кричал Рома, тряся невесту за плечи. – Катя, проснись!

– Мальчик… Мальчик в тёмной комнате… – Катя очнулась и тут же отползла к спинке кровати. Её лоб покрывала испарина, а ночнушка прилипла к лопаткам, насквозь пропитавшись потом.

– Ты кричала во сне. Я боюсь за тебя, – встревоженно сказал Рома и включил ночник.

– Мы должны поехать в дом Ани! – Катя вцепилась пальцами в запястье Ромы.

– Какой дом? Что тебе снилось?

– Там мальчик. Сын Ани, – прошептала Катя. Её сердце продолжало колотиться, но разум постепенно восстанавливал картинку окружающей обстановки. – Мы должны поехать туда. Сейчас же. – Катя встала с кровати и принялась натягивать джинсы.

– Куда поехать? – Рома смотрел на невесту как на умалишённую. – Два часа ночи. Куда ты собралась?!

– Сегодня я была в Липецкой области, в селе, где жила мать Родионовой. Я говорила с соседкой. Мы должны немедленно туда отправиться. Ты со мной? – выпалила Катя.

Всклокоченные волосы, пылающий взгляд карих глаз девушки заставили Рому поёжиться.

– Одну я тебя точно туда не пущу, – неуверенно сказал он, прикидывая, как лучше разговаривать с возбуждённой беременной девушкой. – Может, хотя б дождёмся утра?

– Нет, мы должны ехать прямо сейчас.

– Кать, ты сама понимаешь, как всё это выглядит со стороны? – попытался вразумить её Рома.

– Понимаю, – ответила Катя, стянула ночнушку и надела вязаный свитер. – Так что? Ты едешь?

Рома вгляделся в полное решимости лицо невесты. Он, конечно, слышал о причудах беременных, но никак не мог подумать, что всё может быть настолько дико. Молча кивнув, он принялся одеваться.

– Ты сошла с ума. Я не буду этого делать. И ты тоже не станешь. Если надо, я прямо сейчас позвоню твоему отцу, но вломиться в чужой дом я тебе не дам. Как дочь полицейского, ты как минимум должна знать, что это статья, – всю дорогу до дома матери Ани Родионовой Рома как мог пытался отговорить Катю от её затеи проникнуть в дом, но девушка была непреклонна. Теперь же она вообще собиралась брать забор штурмом.

– Подсадишь меня или мне к Матвеевым идти за стремянкой? – вызывающе спросила Катя, проигнорировав пламенные речи Ромы.

– Катя!

– Не ори. Всю округу перебудишь, – зашипела на жениха Катя.

– Да я вообще сейчас наряд полиции вызову, если ты не остановишься, – серьёзно сказал Рома. – А что? Объясню ситуацию: моя беременная жена сошла с ума после пересадки лёгких и теперь пытается штурмовать дом убившего мужа и мать донора, чтобы найти несуществующий подвал и мнимого мальчика, который в нём якобы сидит. Как тебе, а? Думаю, они войдут в положение и посочувствуют.

Слова Ромы отрезвляюще подействовали на Катю, но сдаваться она не собиралась.

– У тебя есть наличные?

– Зачем тебе наличные? – Рома закатил глаза.

– Сколько?

– Сейчас… – Рома достал бумажник и открыл его.

Катя выхватила бумажник из рук жениха и уверенным шагом направилась к забору старушки, с которой болтала днём. Как она и предполагала, в гостиной мигал синий цвет – сериалы на «Домашнем» шли полным ходом.

Под возмущённое ворчание Ромы Катя пересекла двор и настойчиво постучала в дверь. Морщинистое лицо возникло в соседнем окне, подозрительный взгляд скользнул по Кате и её спутнику.

– Чего вам? – донёсся через открытую форточку взволнованный старушечий голос.

– Мне нужно попасть в дом Нины. Я заплачу, – сказала Катя и вынула из бумажника Ромы несколько пятитысячных купюр, помахав ими перед стеклом. – У вас есть ключи?

Лицо старушки исчезло из поля зрения, за входной дверью послышалось шуршание.

– Зачем тебе? – Старушка открыла входную дверь и с подозрением уставилась на Катю.

– Я – крёстная Алексея, – уверенным тоном произнесла Катя, спиной чувствуя отчаянный взгляд Ромы. – Мне нужно найти его.

– А я сразу поняла, что ты не так проста, – глаза старушки сузились ещё сильнее. – Паспорт покажи.

Катя достала документ из сумки, вложила в него несколько пятитысячных купюр