Сидни Шелдон - Звезды сияют с небес

– Сделайте, пожалуйста, гравировку: «Филипу от Лары с любовью», – попросила она, и одно только упоминание его имени заставило ее вновь ощутить, как сильно она без него тоскует. Когда вернулся Филип, они пошли пить кофе в зеленом саду отеля «Киприани».

Глядя на сидящего напротив возлюбленного, Лара думала: «Как замечательно было бы провести здесь медовый месяц».

– А у меня для тебя подарок, – сказала она и протянула Филипу коробочку с часами. Он открыл ее и ахнул.

– Боже! Это, должно быть, стоит целое состояние! Тебе не следовало делать это, Лара.

– Не нравятся?

– Нравятся, конечно. Они очень красивые, но…

– Тс-с! Носи их и помни обо мне.

– Вообще-то, чтобы помнить о тебе, мне вовсе не нужны часы, но все равно спасибо.

– В котором часу мы должны отправляться в театр?

– В семь.

Лара посмотрела на новые часы Филипа и наивным голосом произнесла:

– Значит, у нас есть еще два часа.

Зал был полон. Каждый номер программы капризная публика встречала бурными аплодисментами и восторженными выкриками.

После концерта Лара отправилась в артистическое фойе. Здесь все было так же, как в Лондоне, Амстердаме или Милане, только женщины казались еще более напористыми и соблазнительными. Лара выделила среди них по крайней мере дюжину настоящих красоток и гадала, с кем из них Филип провел бы ночь, не будь рядом с ним ее.

Ужинали они в знаменитом баре «Гарри», где их тепло встретил любезный хозяин.

– Какое счастье видеть вас здесь, синьор, – тараторил он. – И вас, синьорина. Пожалуйста, проходите.

Он провел их к угловому столику, и они заказали фирменное блюдо этого заведения – «Беллини».

– Советую начать с pasta e fagioli, – сказал Ларе Филип. – Нигде в мире не умеют так готовить.

Позже он не смог бы вспомнить, что ел в тот ужин, Филип был полностью очарован Ларой. Он понимал, что влюбляется в нее, и это его пугало. «Я не имею права связывать себя какими-либо обязательствами, – размышлял он. – Это просто невозможно. Ведь я же всю жизнь провожу в разъездах». Он старался не думать о том моменте, когда Лара должна будет возвращаться в Нью-Йорк. Ему хотелось, чтобы этот вечер продолжался бесконечно.

Когда они поужинали, Филип сказал:

– Я знаю одно казино в Лидо. Ты играешь в азартные игры?

Лара рассмеялась.

– Что здесь смешного? – удивился он. Лара подумала о сотнях миллионов долларов, которые ей постоянно приходится ставить на кон.

– Ничего, – проговорила она. – Мне бы очень хотелось попробовать.

Они сели на катер и отправились в Лидо. Там, неподалеку от отеля «Эксельсиор», в огромном белом здании располагалось казино, которое заполнили желающие попытать счастья игроки.

– Мечтатели, – глядя на них, сказал Филип.

За полчаса он выиграл в рулетку две тысячи долларов.

– В жизни не выигрывал, – обернулся он к Ларе. – Должно быть, ты приносишь мне удачу.

Они играли до трех часов утра и к этому времени снова проголодались.

Вернувшись на катере на площадь Святого Марка, они побрели по набережной, пока не наткнулись на ресторанчик «Cantina do Mori».

– Это один из лучших в Венеции bacaros, – заявил Филип.

– Я тебе верю, – сказала Лара. – Только что такое bасаrо?

– Винный бар, где можно отведать ciccheti – это такой местный деликатес.

Дверь из стекла бутылочного цвета вела в небольшой темный зал, где с потолка свисали медные кувшины, а на длинной стойке тускло поблескивала посуда…

Когда Филип и Лара вернулись в отель, уже занимался рассвет.

Они разделись, и Лара, улыбнувшись, проговорила:

– Так что ты там говорил насчет деликатесов?

Рано утром они вылетели в Вену.

– Побывать в Вене, – рассказывал Филип, – это все равно что побывать в другом столетии. Говорят, что при подлете к этому городу пилоты иногда так обращаются к пассажирам: «Дамы и господа! Через несколько минут наш самолет совершит посадку в аэропорту Вены. Пожалуйста, установите спинки ваших кресел в вертикальное положение, пристегните ремни, не курите и переведите свои часы на сто лет назад».

Лара рассмеялась.

– Здесь появились на свет мои родители, – продолжал Филип. – Они рассказывали мне о старых временах, и я им завидовал.

Когда они ехали по Рингштрассе, Филип волновался, словно маленький мальчик, которому не терпится поделиться с подружкой своим сокровищем.

– Вена – это город Моцарта, Гайдна, Бетховена, Брамса. – Он посмотрел на Лару и улыбнулся:

– Ой, совсем забыл – ты ведь большой знаток классической музыки.

Они поселились в отеле «Империал».

– Мне нужно идти в концертный зал, – с грустью проговорил Филип, – но обещаю, что завтра мы весь день проведем вдвоем. Я покажу тебе Вену.

– Я буду ждать, Филип.

Он заключил Лару в свои объятия.

– Мне очень жаль, что я должен идти.

– Мне тоже.

Он ласково поцеловал ее в лоб.

– Вечером мы наверстаем упущенное.

– Обещания, обещания, – с деланной обидой сказала Лара и крепко прижалась к нему.

Сольный концерт, с которым выступал в тот вечер Филип, состоял из произведений Шопена, Шумана и Прокофьева и, как всегда, закончился подлинным триумфом.

И вновь артистическое фойе было переполнено поклонниками, только на этот раз они говорили по-немецки.

– Sie waren wunderbar, Herr Adier!

– Das ist sehr nett von Ihnen, – улыбался Филип.

– Ich bin grosser Anhanger von Ihnen.

– Sie sind sehr freundlich, – снова улыбался Филип. Он разговаривал с ними, не сводя глаз с Лары. Поздно вечером они ужинали в ресторане отеля.

– Какая честь! – бросившись к ним навстречу, воскликнул метрдотель. – Я был сегодня на вашем концерте. Вы великолепны! Просто великолепны!

– Вы очень добры ко мне, – скромно проговорил Филип.

Ужин был превосходный, но они оба чувствовали себя слишком взволнованными, чтобы оценить его.

– Желаете десерт? – спросил подошедший к ним официант.

– Да, – даже не взглянув на него, сказал Филип. Он смотрел на Лару.

Инстинкт подсказывал ему, что происходит что-то неладное. Она никогда не уезжала на такое длительное время, даже не сказав куда. Неужели она умышленно избегала его? Если это действительно так, причина тому могла быть только одна. «А допустить этого я не могу», – подумал Пол Мартин.

Бледный свет луны струился сквозь окно, наполняя комнату неясными тенями. Лара и Филип, нагие, лежали в кровати и следили, как двигаются у них над головами эти тени. От легкого дуновения ветерка шторы слегка колыхались, и в такт им в каком-то медленном, раскачивающемся танце колыхались и тени. Они плавно сходились, затем расходились и снова сходились, пока наконец не соединились в одно целое, и тогда ритм их танца стал ускоряться, делаясь все быстрее и быстрее, и в конце концов превратился в безудержную, дикую пляску…, и вдруг все разом стихло, и только чуть дрожали от легкого ветерка шторы.

– Сегодня в нашем распоряжении целый день, – сказал утром Филип. – Я столько хочу тебе показать!

Позавтракав в ресторане отеля, они зашагали по Карннерштрассе, по которой движение автомобилей было запрещено. Здесь располагались магазины, предлагавшие покупателям дорогую одежду, ювелирные украшения и предметы старины.

Филип нанял конный экипаж, и они проехались по широким улицам города. Они посетили дворец Schonbrunn и осмотрели коллекцию дилижансов, затем побывали в испанской школе верховой езды и прокатились на чертовом колесе, после чего Филип заговорщическим тоном заявил:

– А сейчас мы пойдем грешить.

– О! – весело воскликнула Лара.

– Нет, – засмеялся Филип. – Я совсем другое имел в виду.

И он повел Лару в кафе «Демель» отведать знаменитых пирожных и выпить чашечку кофе.

В Вене Лара была просто очарована смешением архитектурных стилей: средневековое барокко здесь буквально бок о бок соседствовало с неомодерном. Филипа же больше интересовали композиторы.

– А знаешь ли ты, Лара, – говорил он, – что Франц Шуберт сначала пел в Императорской капелле, но, когда в семнадцать лет у него стал меняться голос, его выгнали. Вот тогда-то он и решил сочинять музыку.

Они не спеша поужинали в небольшом бистро, затем посидели за бокалом вина в таверне, а потом Филип предложил:

– Как ты смотришь на то, чтобы прокатиться по Дунаю?

– Я с удовольствием, – охотно согласилась Лара. Была чудесная ночь, ярко светила полная луна, с реки дул летний ветерок. И звезды сияли с небес. «Они сияют для нас, – думала Лара, – потому что мы счастливы». Лара и Филип сели в прогулочный катер. Из установленных на нем динамиков лилась нежная мелодия «Голубого Дуная». Где-то упала звезда.

– Скорее! – воскликнул Филип. – Загадывай желание.

Лара закрыла на минуту глаза и задумалась.

– Ну как, загадала?

– Да.

– А что?

Лара посмотрела ему в глаза и совершенно серьезно сказала: