Алан Уильямс - История ленивой собаки

Автобус сделал несколько остановок, входили и выходили пассажиры. Маршрут бесплатный и, соответственно, не было никаких проверок. Только у ворот на аэродром маленький, угрюмый вьетнамец из военизированной полиции заглянул в салон проверить, нет ли там его соотечественников. Американские полицейские пропустили их на территорию, даже не разглядывая. Обычно только такси и частные машины удостаивались их испытующих взглядов. Большинство пассажиров вышло у главного военного терминала. Конечная остановка, через полторы мили от терминала – АТСО-3, и на этот отрезок пути, кроме сонного негра, пожилого уоррент-офицера[43], Мюррея, Райдербейта и Нет-Входа, в автобусе никого не осталось.

Вся троица жутко вспотела – под легкой тропической формой у них были двойные спасательные наборы «Эйр Америка», в которые входили: сухой шоколад, бульонные кубики, соль, таблетки для очистки воды, магнитный компас, леска, сигнальные ракеты фонарик, туалетная бумага, нитка с иголкой, ножовка и аптечка с бензедрином, морфием и кремом от солнечных ожогов. Перед поездкой каждый из них принял по таблетке бензедрина, и теперь, когда автобус подъезжал к АТСО-3, они чувствовали приятное успокоение.

У Нет-Входа, помимо всего прочего, были подробнейшие карты ВВС США всего Индокитайского полуострова от самой южной точки Меконга до границ Бирмы и Китая. И у каждого в глубоких карманах брюк было по четыре обоймы патронов тридцатого калибра к М-16. У Райдербейта кроме того были две гранаты с трехсекундным запалом.

Навесы, грязь и металлические дороги, угольные ящики и цистерны с горючим – такова была территория АТСО-3. Единственным хорошо освещенным зданием была столовая. Ровно в 9.55 Мюррей вышел из автобуса и направился к столовой, двое других шли в нескольких ярдах сзади. Вейс уже был там, его черно-белый шлем лежал перед ним на столике, а М-16 болтался на спинке стула. Увидев Мюррея, он быстро вскочил на ноги, но не улыбнулся:

– Привет, Мюррей.

– Ты вовремя, Дон. На две минуты раньше. Как дела?

– Хорошо, – сержант ощупал нервными пальцами воспаленную шею. Он был бледнее, чем во время их последней встречи. – Фотографы с вами?

Мюррей кивнул на Райдербейта и Джонса:

– Это мистер Роджерс, Дон, а это мистер Джонс. Можно нам присесть?

– Конечно. Кофе? – Вейс щелкнул пальцами, подзывая вьетнамскую девушку из-за прилавка. Его глаза недоверчиво ощупывали Нет-Входа, который просто молча кивнул вместо приветствия. – Эх, Мюррей, ну и ночку же вы выбрали! – добавил он, присаживаясь.

Мюррей непонимающе посмотрел на сержанта:

– Да уж. Сегодня тут такая суматоха.

Мюррей положил локоть на стол и посмотрел сержанту в глаза:

– Что за суматоха, Дон?

Вейс криво улыбнулся:

– Очень большая. По периметру выставили двойную охрану, на случай нападения вьетконговцев подняли всех ребят из Арвина, И мы – военизированная полиция – приведены в полную боевую готовность.

– Может получиться хорошая история, – улыбнулся Мюррей. – Особенно если будет атака.

У Вейса подпрыгнул кадык:

– Надеюсь, что ее не будет, Мюррей! Вы бы видели аэродром во время настоящей тревоги во время Тет-наступления. Каждый новобранец наложил в штаны, так все перепугались, что вьетконговцы перестреляют все, что движется по полю!

– Ты хочешь сказать, что отправляясь с тобой, мы подвергаем себя опасности? – улыбаясь, спросил Мюррей, а Вейс опустил глаза, что-то выглядывая в своей чашке с кофе:

– Сегодня вечером подняли много полиции, Мюррей. А без специального разрешения... Я хочу сказать, я не хочу, чтобы какая-нибудь большая медная каска повязала нас за фотографирование военного объекта, и тому подобное.

– Дон, – низким голосом сказал Мюррей, – мы заключили сделку. Ты помнишь?

– Конечно, конечно, – быстро закивал Вейс. – Я не собираюсь вам препятствовать или что-нибудь еще, Мюррей. Просто я не хочу, чтобы мы были там слишком долго.

– Ты можешь вообще с нами не ехать, – спокойно сказал Мюррей. – Мы быстро проедемся по периметру – втроем – и через час вернемся обратно. Лады?

Вейс, открыв рот, выпучил на него глаза:

– Эй, я не могу этого сделать, Мюррей! Это безумие!

Мюррей кивнул:

– Где джип?

– Припаркован рядом с комнатой охраны.

– Ключи?

– Я их там оставил, – пробормотал Вене.

– Прекрасно, – Мюррей, улыбаясь, встал из-за стола. – Мы теряем время, Дон. Роджерс, Джонс, надо получить снаряжение. Сержант, покажи дорогу.

Вейс, пошатываясь, поднялся на ноги и оставил на столе несколько скрипов за кофе:

– Меня из-за вас посадят, Мюррей! – ныл он, проходя по коридору с метеотаблицами на стенах, и остановился у последней двери.

В комнате никого не было, вдоль стен стальные шкафчики и знакомый плакат: «ЗНАЙ СВОЕГО ВРАГА. БДИТЕЛЬНОСТЬ – ЦЕНА ДЕМОКРАТИИ». И стол с телефоном.

Вейс неуверенно подошел к одному из шкафчиков и достал оттуда три полицейских шлема. Потом подошел к другому и вытащил три карабина М-16.

– Ладно, я думаю, нам лучше уйти отсюда. – Он запнулся, глядя на Райдербейта и Джонса: – Эй, ребята, у вас нет фотоаппаратов? – неожиданно спросил он.

Нет-Входа кивнул и без выражения сказал:

– У нас эти маленькие японские машинки, сержант. Не обвешиваться же камерами, если мы изображаем полицейских, верно?

Райдербейт и Мюррей уже надели шлемы и взяли по карабину.

Вейс с несчастным видом пошел к двери. Вдруг Мюррей преградил ему дорогу:

– Один момент, Дон, – сердце Мюррея учащенно забилось. – Ты остаешься здесь. И ждешь, когда мы вернемся.

Вейс открыл и закрыл рот. В глазах у него появился страх. Он быстро посмотрел на Райдербейта, на Джонса, а потом на дверь.

– Дай мне выйти отсюда! – сказал он, направив М-16 в живот Мюррею.

– Ты кое-что забыл, сержант, – Мюррей шагнул вперед. – Два дня назад ты принял от меня пару незаконных зелененьких. Крупных. Достаточно крупных, Дон, чтобы засадить тебя на три месяца.

– Ты этого не докажешь!

– Может, и не докажу, но я заявлю об этом. Я заявлю, что ты за сто долларов наличными согласился организовать для меня неофициальный тур по периметру летного поля, а в последний момент струхнул. Они не смогут меня посадить, Дон. Они мне ни черта не смогут сделать. И потом, им будет непонятно, зачем мне придумывать эту дурацкую историю?

У Вейса начали подрагивать губы, ствол М-1 6 немного опустился.

– И все за какую-то вонючую сотню баксов! – выкрикнул он, и Мюррею показалось, что он вот-вот расплачется.

– Вот твои пять штук, – Мюррей достал из кармана куртки пятидесятидолларовые банкноты Пола, свернутые в рулон, и бросил сержанту к ногам. – А теперь подбери их и проваливай, пока не явился кто-нибудь из твоих медных касок и не застукал тебя.

Вейс выпучил глаза на медленно разворачивающиеся на полу банкноты. Потом он резко нагнулся, схватил деньги и запихнул их поглубже в карман.

– Если кто-нибудь из вас, негодяи, ляпнет хоть слово, – буркнул он, – я разнесу ему башку к чертовой матери!

– Забудь о том, что ты нас видел, сержант. Спрячь подальше свои денежки и потеряйся!

Хлопнула дверь, Вейс ушел. Мюррей посмотрел на часы: 10.34:

– Осталось шесть минут, – сказал он, взглянув на телефон.

– А этот сопляк не побежит к ближайшему пункту вызова охраны? – спросил Райдербейт.

– Не думаю. Не сейчас, во всяком случае. Для начала он уединится и пересчитает деньги. Потом он наверняка примет разумное решение и постарается до самого увольнения не вспоминать о случившемся.

Райдербейт зарядил свой карабин и выдал каждому еще по две обоймы.

– На всякий случай, – пробормотал он. – С этого момента мы на вражеской территории.

Все трое оглянулись. Быстро и тихо открылась дверь, и в комнату вошли двое. Один был в форме полиции, второй в штатском. Полисмен – огромный мужчина с широким жестким лицом в очках с зеркальными стеклами. Он был, по меньшей мере, на два дюйма выше всех присутствующих в комнате. Говорил он медленно, с южным акцентом, но без южного очарования:

– У всех документы при себе?

Никто из них не сдвинулся с места. Все смотрели на штатского. Тот без улыбки кивнул:

– Добрый вечер, мистер Уайлд, мистер Райдербейт, – Нет-Входа он проигнорировал. – Собрались на бал-маскарад?

Мюррей вымученно улыбнулся:

– Все в порядке, мистер Конквест, документы у нас при себе.

– Я в этом не сомневаюсь. Но меня не интересуют ваши удостоверения, мистер Уайлд. Я с ними знаком. Я хочу знать, что вы трое делаете на запрещенной территории, изображая служащих вооруженных сил США, – пока он говорил, полицейский положил руку-лопату на белую кобуру с пистолетом сорок пятого калибра.

Мюррей кивнул:

– Хороший вопрос, Максвелл.

Он посмотрел на руку полицейского, потом на Райдербейта, руки которого болтались по бокам, пальцы сжаты на заряженном карабине. Потом он посмотрел на Нет-Входа, который стоял, уперев боксерские руки в бока. Карабин его все еще лежал на столе. «Трое против двоих», – подумал он, и больше ничего не пришло ему в голову. Если они начнут стрелять, на поле поднимут тревогу. С другой стороны, Конквест уже проявил себя в ближнем бою, и Мюррей сомневался в том, что Нет-Входа сможет завалить этого огромного полицейского.