Питер Альбано - Испытание седьмого авианосца

Фудзита еще раз продемонстрировал дотошное знание истории Второй мировой войны.

— Того самого, что был установлен на В—29? «Боинг Суперфортресс». Прежде вы мне об этом не говорили.

Брент и Йоси ошарашенно переглянулись.

— Я сам не знал, — пробормотал Мацухара. — Мне только что сообщили, что «Накадзима» нанял для разработки конструкторов с «Боинга».

Старик забарабанил костяшками по столу.

— Там было два блока цилиндров, всего восемнадцать. Не понимаю, каким образом вы собираетесь поместить этого монстра в носу «Зеро».

— Двигатель очень компактен, весит всего двести пятьдесят килограммов. — На двести фунтов больше, чем мой «Сакаэ-42».

— За счет чего они так сократили вес? — удивился Брент.

— За счет применения магния и титана. Магний легче алюминия, а титан — стали.

— И все же слишком большой вес на носу, — покачал головой Фудзита.

— Он будет сбалансирован утяжеленным фюзеляжем и более мощным посадочным гаком. Поставим лонжероны и шпангоуты потолще и заменим деревянные стрингера на алюминиевые. Кроме того, фюзеляжные баки заменим на большие, заодно и дальность вырастет.

— И такую коренную модификацию вы рассчитываете провести за неделю?

— Конечно, адмирал.

— Сомневаюсь, что вы уложитесь.

— Время все равно есть. Даже если это займет десять дней — две недели.

Фудзиту явно не убедили его доводы. Узкие глаза недоверчиво поблескивали.

— Я читал, что у «Циклона R—3350» есть тенденция к перегреву и возгоранию. Двигатель слишком компактный и не обеспечивает хорошей циркуляции воздуха для охлаждения. В сорок третьем главный летчик-испытатель «Боинга» и десять конструкторов совершали экспериментальный полет и все погибли, когда от двигателя загорелся лонжерон крыла.

В ответ на такую осведомленность Йоси тоже не ударил в грязь лицом.

— Так ведь то был самый первый опыт. Мотор значительно усовершенствовали, магний картера заменили алюминиевым сплавом. А еще смонтировали систему принудительного охлаждения мотора.

— И что, работает?

— На испытаниях поглядим.

— Вращающий момент, Йоси-сан. Он может погубить вас.

— Ничего, я буду одной рукой держаться за триммер. — Он подался вперед. — Так вы даете разрешение?

— Вы верите в этот двигатель?

— Еще бы! «Зеро» станет самым мощным истребителем на свете.

— И быстрее приведет вас к смерти.

— Моя карма сильна, адмирал. — Он кивнул на «Хага-куре» и процитировал один из любимых афоризмов Фудзиты: — «Самурай не отступает перед опасностью, а идет ей навстречу с обнаженным мечом. Иначе боги и Будда давно бы повернулись к нему спиной». У меня будет лучший в мире меч, я одним ударом проткну насквозь Розенкранца и Ватца.

Старый японец вздохнул.

— Если первое испытание не станет вашим сеппуку, Йоси-сан.

— Тогда я обрету смерть, о которой мечтаю. Разве есть место лучше?

Старик откинулся в кресле; слезящиеся глаза рассеянно блуждали по лицам двух самых дорогих ему людей.

— Тут вы правы, — подтвердил он. — Лучше места нет.

После негромкого стука в дверь на пороге вырос писарь Накамура.

— Господин адмирал, вас хочет видеть сотрудник ЦРУ. Его имя Хорейс Мэйфилд.

— Пригласите.

Брент и Йоси встретили Мэйфилда стоя. Невысокий, с впалой грудью и согнутой спиной, будто взвалил на нее тяжкую ношу, он выглядел по меньшей мере вдвое старше Росса. В каштановых волосах пробивается седина, лицо бледное, сизые прожилки на носу и щеках свидетельствуют о пристрастии к спиртному, хотя черты еще хранят отпечаток былого благородства.

— Хорейс Мэйфилд, ЦРУ! — отрекомендовался он хрипловатым, срывающимся на фальцет и тоже явно пропитым голосом.

У Брента от этого голоса мурашки пошли по коже, точно кто-то резанул железом по стеклу. Поставив на пол дипломат, Мэйфилд подал адмиралу приказ о назначении.

Фудзита, не вставая с места, представил Йоси и Брента. Последнего Мэйфилд смерил оценивающим взглядом и растянул губы в светской улыбке.

— Так вы и есть американский самурай?

Йоси хмыкнул.

— Наш юный друг еще учится, но он один из самых способных учеников.

Брент благодарно кивнул летчику. Мацухара умеет все сказать одной фразой. Фудзита нацепил очки и уткнулся в бумагу.

— «Постоянный связной», — прочитал он.

— Так точно, сэр.

Адмирал повернулся к Йоси Мацухаре.

— Можете возвращаться к своему «Тайфуну», подполковник.

— С вашего позволения, адмирал, я задержусь на несколько минут. У меня есть вопросы к мистеру Мэйфилду. — Он указал на установку связи в углу. — Только вызову главного техника и распоряжусь, чтобы он немедленно начинал монтаж.

Фудзита кивнул; летчик встал, бросил в телефон несколько отрывистых фраз и вернулся на место.

— Имеете сообщения? — спросил Мэйфилда адмирал.

Мэйфилд откашлялся, достал из дипломата бумаги и сообщил им об арабских силах на Томонуто, о танкере «Нафуза», стоящем на загрузке в порту Бушир на берегу Персидского залива, и закончил сообщением:

— Их новый авианосец, конвертированный «Эссекс» — «Эль-Куфра» через трое суток достигнет Томонуто.

— Численность авиаотряда?

— Больше ста истребителей и бомбардировщиков.

— Ме-109 и АТ6. Мисс Макинтайр сообщила, что у них тридцать шесть истребителей, тридцать три пикирующих и тридцать два бомбардировщика-торпедоносца.

— Совершенно верно, подполковник. Это данные нашей разведки.

Брент заметил, что светло-карие глаза Мэйфилда слезятся и подернуты сеточкой кровеносных сосудов.

— Эскадрилья из «Грумманов F6F» прибудет к вам через четыре дня. Транспорт, перевозящий истребители и летчиков, вышел вчера из Гонолулу.

Йоси так громко хлопнул в ладоши, что, казалось, в каюте прозвучал пистолетный выстрел.

— Слава Аматэрасу! — воскликнул он.

Все усмехнулись.

— Кроме американских пилотов, в летном составе имеется пятеро добровольцев, — продолжал Мэйфилд. — Два француза, немец, грек и турок. — Он взглянул на адмирала Фудзиту. — Славные парни, все как один ненавидят террористов и готовы драться с ними где и когда угодно.

Слушатели удовлетворенно закивали.

— Вот их имена и послужные списки. — Он подал адмиралу еще одну бумагу.

Фудзита пробежал глазами ксерокопию.

— Все хорошо говорят по-английски. Большое количество налетанных часов. В настоящее время еще сто пилотов проходят обучение в Соединенных Штатах и Великобритании. Проблема в том, чтобы подобрать подходящие машины для ваших операций. «Сифайры» вас удовлетворили?

— Вполне, — ответил подполковник. — Я еще слышал о «Груммане FH—1000». Нельзя ли получить один для испытаний?

Сотрудник со вздохом откинулся на стуле.

— Вам известно, что Кертис Райт создал новый двигатель мощностью в четыре тысячи пятьсот лошадиных сил?

Йоси захлебнулся от восторга. Фудзита недоверчиво покачал головой.

— Они назвали его «Супер-Циклон». Однако… с ним большие проблемы. Слишком много магния. Имеет свойство возгораться на больших оборотах. Они уже лишились двух летчиков-испытателей.

Фудзита впился в Мацухару взглядом; тот неловко повертелся на стуле и перевел глаза на Брента.

— Они закрыли программу? — спросил адмирал.

— Нет. Двести машин уже подготовлены, и Кертис Райт полагает, что через месяц-другой они разрешат все трудности. На флоте специально конвертируются тринадцать авианосцев под новые самолеты.

— А бомбардировщики? — спросил Мацухара.

— «Дженерал дайнэмикс», «Нортроп» и «Дуглас» строят новые пикировщики и торпедоносцы. Поскольку «Дуглас» — главный подрядчик, оба самолета носят его имя. Пикирующий именуется «Дуглас Снайп», а торпедоносец — «Дуглас Шарк». «Снайп» создан по модели старого «Кертиса SB—2C», а «Шарк» — по типу «Груммана TBF». К концу года, надеюсь, у нас будет по меньшей мере две ударных группы, каждая из трех авианосцев и морского сопровождения.

Мацухара привстал со стула.

— Значит, вы сможете оказать нам поддержку? Отобрать Средиземное море у террористов?

— Боюсь, это приведет к тому, чего мы всеми силами стремимся избежать.

— К русской интервенции, — констатировал Фудзита. — Возможно, к ядерной войне.

— Увы, да, адмирал. Больше сорока лет нашим ядерным боеголовкам удается поддерживать равновесие страха. — Оглядевшись, он заметил скептические улыбки на лицах. — Имейте в виду, что русские не отстают от нас в своих ядерных программах. Они создали новые военно-воздушные силы на основе старых моделей истребителя «Як-9», штурмовика «Ил-2» и бомбардировщика Туполева.

— Штурмовик, — размышлял Фудзита. — Так называемый «летучий танк».

— Именно, адмирал, — удивленно взглянул на него Мэйфилд. — Его основные механизмы одеты в броню.