Влияние - Бентли Литтл

Он избегал работать со скотом с того времени, как тот начал дохнуть, начал изменяться. Билл не сомневался, что его отец боится животных, а потому бо́льшую часть времени прячется в доме. Это давало Биллу психологическое преимущество, а с ним и уверенность. Он уронил рюкзак на пол и дал знак Рею, чтобы тот присоединялся к нему.

– Па? – сказал он.

Старик продолжал смотреть в экран.

– Что?

Билл решил, что лучше всего выложить все сразу начистоту.

– «Дружба перекати-поля» получила предложение. От одного из клубов в Ногалесе. Мы хотим его принять.

Незаинтересованность сменилась непониманием, но отец хотя бы отвел глаза от экрана.

– Что?

– Мы с Реем собираемся оставить школу. Работа с понедельника по четверг, начало на следующей неделе.

– Начало-то начало, но не для вас.

Их отец встал, и выражение его глаз не сулило ничего хорошего.

– Но, папа… – начал было говорить Рей.

– Заткнись, Рей. Никуда вы не едете. Вопрос закрыт.

Билл не сдавался.

– Мы едем, – сказал он. – Мы не упустим такой возможности. Для нас это шанс. Много знаменитых музыкантов начинали в Десперадос…

– Вы никакие не знаменитые и вы не музыканты, никуда вы не поедете.

– Поедем, – повторил Билл, его лицо краснело все сильнее.

– Папа… – начал Рей.

– Я тебе приказал заткнуться, Рей. Я разговариваю с твоим братом.

– Он прав, – сказал Билл. – Мы с ним разговариваем, и я ему говорю, что я принял решение, мы собираемся оставить школу и принять предложение.

– Пока вы живете в этом доме, ничего подобного не случится!

– Это хорошее соображение. Значит, мы не вернемся.

Отец смерил его злым взглядом.

– Ты тут не умничай, щенок. Тебе нет восемнадцати, тебе нужно мое разрешение, а я его не дам. Так что заткнись и делай, что я тебе говорю, а то пожалеешь.

– Пошел ты в жопу! – прокричал Билл. – Мы уезжаем!

Как это было здорово – накричать на отца, он теперь удивлялся, почему не делал этого раньше. Чего этот жалкий засранец добился за свою жизнь? Кто он такой, чтобы говорить Биллу и даже Рею, как они должны жить?

Сжав кулаки, отец двинулся на него.

– Не смей так со мной разговаривать! Я не допущу подобных слов в моем доме!

– Правда? Но если ты такой добрый и безгрешный, то почему ты застрелил ангела? А? Неужели Богу больше ненавистна моя ругань, чем то, что ты убиваешь его ангелов?

Отец ударил его. Не пощечину отвесил, не шлепнул по заднице, а ударил в челюсть. Билл отлетел назад, в его глазах появились слезы. Но он быстро оправился и ногой ударил старого говнюка в пах. Он получил удовольствие, увидев, как его отец согнулся пополам, ухватившись за яйца, и испустил тихий, беспомощный стон.

Рей смотрел, потрясенный, выпучив глаза.

– Иди, собирай вещи, – сказал ему Билл. – Мы уходим. Сейчас.

– И мы берем джип, – сообщил он отцу, который все еще стоял, согнувшись и держась за пострадавшие яйца. – У тебя остается пикап.

Билл дождался, когда Рей пройдет по коридору и исчезнет из вида, после чего изо всех сил ударил отца ногой по голове, сбив его с ног.

– Деревенщина гребаная.

Он прошел в свою комнату, собрал свою одежду, взял гитару и усилитель; чувствовал он себя превосходно.

Глава 21

В среду исповедь закончилась лишь к десяти, после чего отец Рамос, убедившись, что больше никто не придет, запер дверь за последней прихожанкой, Эленой Мартинес. Он устал до изнеможения и теперь готов был улечься на церковную скамью, закрыть глаза и уснуть. После падения ангела не только редкие прежде ходоки в церковь стали постоянными, но и вся его паства начала ходить на исповеди, и многие из них ежедневно. Немалая выдержка требовалась, чтобы выслушивать признания в таком множестве грехов, чтобы прощать преступления, тогда как и сам он не был чист.

Он посмотрел на исповедальню, испытывая беспокойство. Выслушав такое огромное число исповедей, он стал замечать странную закономерность, возникшую после падения ангела, перемены в судьбах его прихожан, которые явно проистекали из этого события, но не имели никакого логического смысла: люди, жившие впроголодь, вдруг разбогатели, а те, кто процветал, начали испытывать финансовые затруднения. Прекрасная молодая женщина стала калекой в результате дорожной аварии, а непривлекательная матрона неожиданно открыла секрет красоты и стала чрезвычайно привлекательной. Полярности удачи словно переменились, и прежние счастливчики, которым всегда в жизни сопутствовала удача, вошли в полосу несчастий, тогда как к бедолагам, у которых все всегда из рук валилось, фортуна повернулась лицом.

По крайней мере, так это начиналось.

Но теперь все усложнилось, закономерности потускнели. Некоторые вдруг почувствовали, что оказались в пересекающихся течениях переменчивой фортуны. Чарли Макгилл, например, всегда был бедняком, но ему повезло с женой, и когда его жена вдруг умерла, он получил крупное возмещение по страховому полису. Джек Джадд жил с женой, как кошка с собакой, но он был очень успешным ранчеро, а теперь он примирился с женой, но его стадо уменьшалось с каждым днем. В городе, казалось, велась какая-то странная и сложная игра, удачи сменялись неудачами, и наоборот.

Отец Рамос оказался где-то посредине. Его судьба никак не менялась.

Нет, это было невозможно. Его церковь в эти дни постоянно была полна прихожан. Падший ангел принес ему то, чего он всегда желал: обильную паству.

Он продолжал думать об ангеле как о «падшем», потому что это улучшало его настроение, хотя и не вполне отвечало действительности. Ангел был не падший. Он был подстреленный. Жители Магдалены хладнокровно убили его, и отец Рамос все еще ждал последствий этого случайного убийства в полной мере.

В полной мере.

Потому что некоторые последствия уже наступали. Судя по тому, что он видел и что слышал…

яйца

…происходили какие-то необъяснимые события, источником которых мог быть только убитый ангел. Среди таких событий, по его мнению, были исчезновение ветеринара и таинственная смерть сына Инграмов. А также полтергейст, который, по словам Аны и Мигуэлито Чавес, преследовал их трейлер, а также наплыв змей на участок Гарсезе.

Но, насколько он мог судить, во всех этих случаях не наблюдалось никакой логики. Близость к телу, участие в убийстве ангела – ни один из этих факторов, казалось, ни в коей мере не влиял на то, что и с кем может случиться. Все происходившее казалось совершенно произвольным, а если в этих событиях и имелась какая-то логика, то известна она была одному только Богу.

Вот только отец Рамос не думал, что Магдалена еще не привлекла по-настоящему внимание Господа. Бог знал все, а