Тень инквизиции - Максим Безликий

вырвался из-под маски. – Ты всего лишь… помеха.

Эмили попыталась взять себя в руки. Она знала, что ей нужна смелость, чтобы выжить в этой ситуации. Страх парализовал бы ее.

– Я знаю, кто ты, – ответила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я знаю, что ты делал.

Человек в маске шагнул ближе, нож в его руке блеснул в свете фонарика.

– Что ты знаешь? – голос стал еще тише, но в нем звучала угроза.

– Я знаю, что ты… – Эмили запнулась, называя имя, которое казалось ей сейчас самым страшным словом на свете. –…Дэниел.

Маска застыла. На мгновение, Эмили показалось, что он замер. Затем он рассмеялся, звук был холодным и безумным.

– Ты знаешь мое имя, – проговорил Дэниел, – но ты не знаешь ничего о том, что я пережил.

– Я знаю, что ты убивал женщин, – ответила Эмили, – что ты использовал маску, чтобы скрыть свою личность.

– Это было необходимо, – ответил Дэниел, – я должен был избавиться от этих… грязей.

– Грязей? – повторила Эмили, – ты называешь женщин грязями? Они были людьми!

– Они были… пустыми, – ответил Дэниел, – они не понимали меня, не принимали меня. Они были всего лишь куклами, которые можно выбросить.

– Ты болен, – сказала Эмили, – тебе нужна помощь.

Дэниел снова рассмеялся.

– Помощь? – повторил он, – мне не нужна помощь. Я сам себе помощь. Я сам себе судья.

Он шагнул еще ближе, нож был уже совсем рядом с Эмили.

– Ты должна умереть, – прошептал он, – ты знаешь слишком много.

Эмили поняла, что ей нужно отвлечь его. Она должна выиграть время.

– Почему? – спросила она, – почему ты это делаешь? Что заставило тебя стать таким?

Дэниел остановился. Он будто задумался.

– Ты действительно хочешь знать? – спросил он.

– Да, – ответила Эмили, – я хочу знать. Я хочу понять.

Дэниел опустил нож. Он сделал несколько шагов назад.

– Хорошо, – сказал он, – я расскажу тебе. Но ты должна понимать: это не оправдание. Это просто… объяснение.

Он прошел к краю сцены и сел на сломанное кресло. Эмили медленно приблизилась к нему, держа фонарик направленным на маску.

– Все началось много лет назад, – начал Дэниел, – когда я был еще ребенком. Я всегда был другим. Я был тихим, замкнутым, неуклюжим. Дети смеялись надо мной, издевались.

– Тебя травили? – спросила Эмили.

– Да, – ответил Дэниел, – меня травили. Они называли меня уродом, неудачником. Они не понимали, что я чувствую. Они не понимали моей боли.

– Это не повод для убийства, – сказала Эмили.

– Я знаю, – ответил Дэниел, – но тогда я этого не понимал. Я хотел, чтобы они страдали так же, как страдал я.

– Что было дальше? – спросила Эмили.

– Потом я вырос, – ответил Дэниел, – я пошел в школу, потом в колледж. Я пытался завести друзей, найти девушку. Но ничего не получалось. Я был отвергнут всеми.

– Ты не пытался обратиться за помощью? – спросила Эмили. – К психологу, к врачу?

– За помощью? – повторил Дэниел, – зачем мне помощь? Я сам мог себе помочь. Я сам мог разобраться со своими проблемами.

– Но ты не справился, – сказала Эмили, – ты стал преступником.

– Я просто начал видеть мир по-другому, – ответил Дэниел, – я понял, что все эти люди, которые казались такими счастливыми и успешными, на самом деле пусты. Они лгут друг другу, они предают друг друга. Они живут в мире иллюзий.

– И ты решил наказать их? – спросила Эмили.

– Да, – ответил Дэниел, – я решил наказать их. Я решил показать им, что мир не такой, каким они его видят.

– Как ты познакомился с организацией, о которой я узнала? – спросила Эмили. – С той, что занимается оккультизмом?

Дэниел усмехнулся.

– Это долгая история, – сказал он. – Они нашли меня. Они поняли, что я особенный. Что я могу видеть то, что не видят другие. Они помогли мне обрести силу.

– Силу? – переспросила Эмили.

– Да, – ответил Дэниел, – силу, чтобы контролировать мир. Силу, чтобы изменять его.

– Но ты не изменил мир, – сказала Эмили, – ты только убивал женщин.

– Они этого заслуживали, – ответил Дэниел, – они были слабыми, глупыми. Они были всего лишь… игрушками.

– Ты жестокий человек, Дэниел, – сказала Эмили, – ты не человек, а монстр.

Дэниел встал с кресла. Его лицо под маской было непроницаемым.

– Ты права, – сказал он, – я монстр. Но я монстр, который скоро избавится от тебя.

Он снова направил нож на Эмили.

– Не подходи ко мне! – закричала Эмили, отступая.

– Ты не сможешь убежать, – сказал Дэниел, – ты в ловушке.

Эмили поняла, что он прав. Она была в ловушке. Театр был заперт. Выхода не было.

Она посмотрела на маску, которую держала в руке. Она поняла, что это ее единственный шанс.

– Дэниел, – сказала она, – я понимаю, что ты чувствуешь. Я понимаю, что ты пережил.

– Ты ничего не понимаешь, – перебил Дэниел, – ты просто жалкая женщина, которая хочет выжить.

– Я понимаю, что ты хочешь, чтобы тебя услышали, – сказала Эмили, – чтобы тебя поняли.

– Меня никто не поймет, – ответил Дэниел, – я слишком отличаюсь от других.

– Но я могу попытаться, – сказала Эмили, – я могу выслушать тебя.

Дэниел остановился. Он снова задумался.

– Ты лжешь, – сказал он.

– Нет, – сказала Эмили, – я не лгу. Я хочу помочь тебе.

– Ты не сможешь мне помочь, – ответил Дэниел, – ты ничего не можешь сделать.

– Но я могу попробовать, – сказала Эмили, – я могу выслушать тебя. Я могу помочь тебе избавиться от этого груза.

Дэниел снова опустил нож. Он стоял неподвижно, словно статуя.

– Что ты хочешь услышать? – спросил он.

Эмили сделала глубокий вдох. Она поняла, что это ее шанс. Она должна воспользоваться им.

– Я хочу услышать твою историю, – сказала она, – я хочу узнать все, что ты пережил.

– Хорошо, – сказал Дэниел, – я расскажу тебе. Но после этого… ты умрешь.

– Я готова, – сказала Эмили.

Дэниел снова сел на кресло. Он опустил голову.

– Я жил в этом городе всю свою жизнь, – начал он, – я вырос в обычной семье. Мои родители были обычными людьми. Они любили меня, но не понимали.

– Они не замечали твоих страданий? – спросила Эмили.

– Они замечали, – ответил Дэниел, – но они не знали, как мне помочь. Они говорили, что мне нужно быть сильным, что мне нужно держаться. Но это не помогало.

– Ты чувствовал себя одиноким? – спросила Эмили.

– Да, – ответил Дэниел, – я чувствовал себя совершенно одиноким. Я не мог найти никого, кто бы меня понимал.

– Ты пытался найти друзей? – спросила Эмили.

– Да, – ответил Дэниел, – я пытался. Но люди не хотели со мной дружить. Они считали меня странным. Они смеялись надо мной.

– Ты чувствовал себя отвергнутым? – спросила Эмили.

– Да, – ответил Дэниел, – я чувствовал себя отвергнутым. И это причиняло мне боль.

– Как ты справился с этой болью? –