Майкл Смит - Кровь ангелов

Так что следовало рассмотреть вариант, что это кто-то другой.

Идея Монро относительно возможной причастности Пола потрясла меня, но поверить в нее я не мог. Да, действительно, как физические, так и моральные качества моего брата не препятствовали совершению подобного. Однако мне трудно было представить, чтобы он мог это сделать. Отчасти потому, что тогда он, скорее всего, дождался бы моего возвращения в номер. И еще мне не хотелось в это верить, потому что я знал: если это и в самом деле Пол, я никогда больше не увижу Нину, что бы я ни предпринимал.

Так кто же еще? Другие агенты «соломенных людей»? Несомненно, среди них хватало тех, кто мог не колеблясь убить полицейского. Я видел, как один из них разрядил пистолет в Чарльза Монро в ресторане полгода назад. А в садах роскошного жилого комплекса были зарыты тела многих жертв. Для этих людей не существовало никаких ограничений.

И тут что-то щелкнуло у меня в голове.

Из Торнтона я выбрался беспрепятственно — я понятия не имел, какие именно три выезда из города перекрыты, но, видимо, нашел какой-то другой. Вдавив до отказа педаль газа, я вскоре оказался в Оуэнсвилле. На главной улице пришлось сбросить скорость, поскольку вокруг полно было полицейских машин — судя по всему, предупреждение Монро возымело действие. Я нашел «Дэйз-инн» и заставил себя войти в здание достаточно неторопливо, для того чтобы не привлечь ничьего внимания.

Несмотря на три часа утра, за стойкой портье кто-то сидел. Вид у него был, что не удивительно, весьма сонный, но он присутствовал на рабочем месте. Возможно, будь так же в торнтонском отеле, Нина сейчас была бы в своем номере, а я вместе с ней.

— Я из номера двести одиннадцать, — сказал я, изображая усталость и легкое опьянение. — Где-то потерял ключ, не могли бы вы дать мне другой?

— Прошу прощения, сэр, я не видел, как вы поселялись. Можно взглянуть на ваши документы?

Я на ходу сделал вид, будто шарю в кармане.

— Все в порядке, нашел.

— Спокойной ночи, сэр.

Я поспешил по лестнице наверх, а потом по коридору, пока не нашел номер 211. Постучав в дверь, сунул руку под пиджак.

Никакой реакции. Я постучал снова, громче, и прислонил голову к двери. Изнутри не раздавалось ни звука. Неожиданно я почувствовал, как у меня внутри все холодеет.

— Карл? Это я, Уорд.

Молчание. Я отошел назад и с силой пнул дверь. Она даже не дрогнула. Я пнул еще раз, столь же безрезультатно. Я не знал, как обмануть эту разновидность замка, и не был настолько глуп, чтобы пытаться его прострелить.

Я снова сбежал вниз к стойке.

— Какие-то проблемы с ключом, — сказал я. — Не работает. Нужен другой.

— Тогда попрошу документы.

Я достал пистолет.

— Этого хватит?

Он потянулся рукой куда-то влево.

— Не трогайте телефон. Я расследую убийство в Торнтоне.

— Вы из полиции?

— Нет. ФБР.

— Надо было сказать.

Его отношение ко мне сразу же изменилось, стоило ему почувствовать шанс оказаться героем местных новостей в роли самого полезного жителя Оуэнсвилла. Он пробежал пальцами по лежавшей перед ним клавиатуре.

— Двести одиннадцатый?

— Да. Карл Унгер.

Он нахмурился.

— Гм… нет.

— Мне действительно нужно попасть в этот номер.

Схватив из стопки карточку, он продернул ее через слот, но не отдал мне, а вышел из-за стола. Видимо, собирался пойти со мной. У меня не было ни времени, ни желания от него избавляться, так что я последовал за портье. Быстро поднявшись по лестнице, он направился прямо к двери, вставил карточку в замок и открыл номер.

Я вошел внутрь. Там было пусто. Кровать выглядела нетронутой. В ванной — безукоризненно чисто, а туалет все еще был продезинфицирован в ожидании нового постояльца.

Выругавшись, я повернулся к портье.

— Рассказывайте.

— Мистер Унгер забронировал номер по телефону сегодня днем. Около десяти вечера позвонил и отменил бронь. Было уже слишком поздно, и ему пришлось заплатить, но, по сути, он выписался из отеля, даже ни разу в него не зайдя.

Я бессильно опустился на край кровати, злясь на себя самого. Меня в очередной раз одурачили. Унгер без каких-либо усилий со своей стороны разлучил нас с Ниной. Он забронировал номер в отеле, чтобы казалось, будто он задержится здесь на какое-то время, и чтобы было куда заманить нас с Ниной на следующее утро, если вечером не получится так, как было запланировано.

Но все получилось. И теперь он исчез. И Нина тоже.

Остался один я.

Когда я вернулся в Торнтон, автостоянка возле «Холидей-инн» была заполнена полицейскими машинами и двумя фургонами с телевидения. Вокруг уже собралось кольцо предрассветных зевак. Я проехал мимо — здесь мне делать больше нечего.

Я отправился туда, где уже был этим вечером, — на парковку возле Рейнорс-вуд. Сидя в машине с открытыми окнами, я прислушивался к звукам леса. Перед глазами стояло лицо Нины, и сердце все сильнее и сильнее сжималось от ужаса.

— Что мне делать, Бобби? Как мне ее найти?

Я задал вопрос еще до того, как понял, что собираюсь это сделать, и ответом мне была тишина. Глупо, конечно, но сейчас не время вспоминать о том, что дорогие мне люди на самом деле мертвы навсегда.

Сам не зная отчего, я достал телефон и нажал кнопку быстрого набора с номером Нины. Мне сразу же ответил автоответчик. Я знал, что так и должно быть, — Монро уже пытался запеленговать местонахождение телефона, но безрезультатно. Аппарат был отключен. Некоторые умные головы полагают, что его можно отследить даже в этом случае, но, к сожалению, они ошибаются.

И я сделал единственное, что мне еще оставалось, — попытался позвонить по другому номеру. Я пытался снова и снова, с интервалом в пять минут, пока наконец в три минуты восьмого не услышал знакомый голос. Впервые за пять месяцев.

— Какого черта тебе надо, Уорд? Я получил твое сообщение, и я понятия не имею, о ком ты спрашивал.

— Джон, мне нужно с тобой поговорить.

— Нам не о чем разговаривать.

— Нина у них.

Последовала долгая пауза.

— У кого?

— Не знаю. Но она у них.

— Где ты?

— Торнтон, Виргиния. Джон, приезжай скорее.

Глава 20

— Обычная работа. Мы просто занимаемся тем же, что и всегда.

— Да ты бредишь, чувак. За последние сутки мне вообще никто не звонил. Две тусовки на этой неделе отменились. Само собой, предки у всех в панике, копы расспрашивают народ направо и налево… Сейчас просто не время развлекаться, Ли. Все сидят дома и смотрят телевизор.

Было без двадцати девять утра. Они сидели в машине Худека рядом с тем самым «Старбаксом», где были в вечер гибели Пита, и точно так же, как тогда, пили кофе с молоком из больших картонных чашек. На этот раз кофе казался тошнотворным и чересчур сладким.

Сама идея приехать сюда принадлежала Ли, у которого возникла мысль посетить места, имевшие отношение к тому вечеру, чтобы на те воспоминания наложились новые. Таким образом последним, что останется в памяти персонала или кого-то из посетителей, будут двое ребят, не выделяющихся своим поведением среди других, а не два потрясенных до глубины души парня, только что похоронившие своего лучшего друга.

Брэд не знал, есть ли в том хоть какой-то смысл, и вообще полагал, что для того, чтобы пытаться перехитрить полицейских, требуется несколько больший опыт. Уверенность Ли начинала его слегка беспокоить. После встречи один на один с этим типом, Полом, он, похоже, начал несколько неадекватно оценивать реальность.

— Они что, не понимают, что теперь все будет намного сложнее?

— Конечно, — ответил Ли. — Но бизнес все равно продолжается. Деньги приходят и уходят, да и таблетки ребятам рано или поздно снова понадобятся.

Брэду его слова показались полнейшей чушью.

— Можно, наверное, поговорить с Мэттом и Диной, — без особого энтузиазма сказал он. — Они не настолько хорошо знали Пита. Возможно, они и сейчас развлекаются.

Худек покачал головой.

— Только не Рейнольдсы.

— Почему?

— Нет, и все.

— Ну тогда не знаю, Ли. Отвези товар обратно своим друзьям и объясни, что после того, как какая-то сволочь разнесла Питу башку, на рынке особого оживления не наблюдается.

Худек повернулся к нему.

— Ты хорошо себя чувствуешь, приятель?

— Нет, я не чувствую себя хорошо. И мне не хватает Пита. Действительно чертовски не хватает.

— Знаю. Мне тоже.

Брэд сомневался, что этим словам стоит верить. Ему казалось, будто во вселенной Ли Пит стал лишь мелкой проблемой, решение которой тот пытается найти.

— Его мама звонила моей вчера вечером, спрашивала, не знает ли та чего-нибудь.

— Она всем звонит.

— Знаешь, Ли, все остальные меня нисколько не волнуют, ясно? Сейчас мне плевать и на тебя, и на Стива, и на людей на улицах Багдада. Я говорю про себя. Вчера она звонила моей маме. А потом мама пришла ко мне в комнату, села, и… ну, в общем, ты понимаешь. Хреново все это.