Алеата Ромиг - Коварная (ЛП)

– Мог бы. На этот шанс ты уповаешь? А знала ли ты, какие изменения хотел внести в завещание мистер Харрингтон? Бьюсь об заклад, что нет. А если бы знала, то поняла, что причиной, почему этого не случилось, стала не его смерть. Это произошло из-за того, что Паркер Крейвен всячески препятствовал этому. Он самолично желал получить то, что мистер Харрингтон хотел отдать мне.

– Меня? – Мой голос прозвучал слишком кротко для моих ушей. Я распрямила плечи и заговорила более уверенно. – Я знала об этом. А ещё я знаю, что нельзя, чёрт побери, завещать другого человека. Я не чёртова машина или домашнее животное. Я человек.

Глаза Трэвиса расширились.

– А сучка, оказывается, знает больше, чем мы все думали. – Он поёрзал в своём кресле. – Он не завещал тебя, только твой договор. Если бы ты открыла свои грёбаные глаза, то поняла бы, что он делал это для твоего же блага, чёрт возьми!

Я моргнула, пытаясь осмыслить его слова.

– Для моего же блага? Чушь! В том договоре нет ничего ради моего блага. Всё было только для него.

– Ты просто, мать твою, сексуальная бабёнка. И я наблюдал за тем, как все, от банкиров до политиков, трахали тебя до потери сознания. - Он понизил голос. – Это правда, я хотел, чтобы подошёл и мой черёд. Я ждал слишком долго. Но сначала слушай, и слушай хорошенько. Мистер Харрингтон был уверен, что будет надёжнее, если твой договор окажется у меня, чем у Патрика Крейвена. Так что имей это в виду, когда он войдёт сюда и будет стараться убедить тебя в обратном. Я знаю всё о сделках Стюарта Харрингтона, причём не только о тех, которые стали законными благодаря «Крейвен энд Ноулз». «Харрингтон Спас энд Сьютс» – это больше, чем кажется на первый взгляд, куда больше. Это целый мир, который слишком хорошо знал твой дражайший отчим. Те люди, о которых говорил тебе мистер Харрингтон, они больше, чем какая-то тёмная сила: они – самое настоящее подполье «Харрингтон Спас энд Сьютс».

Я попыталась осмыслить то, что имел в виду Трэвис.

– Гангстеры? Те, что убили Рэндала.

Он кивнул.

– И да и нет.

Телефон на моём столе зазвонил, разряжая напряжение нашей беседы. Пристально посмотрев на него, я вдохнула и взяла трубку. Это была Кристина.

– Миссис Харрингтон, прибыл мистер Паркер Крейвен.

– Скажи ему, что у меня встреча. Я подойду к нему, как только смогу. – Я повесила трубку.

– Что ты хочешь сказать…? – я спросила Трэвиса. – И да и нет.

– Гангстеры и элитные сутенёры, кроме всего прочего. Рэндал был готов заключить с ним торговую сделку. На тебя. Ты была товаром, пока не вмешался мистер Харрингтон. Он выкупил сделку Рэндала. Спас тебя от них. И им это не очень понравилось. Чтобы успокоить их и не позволить аннулировать соглашение, он согласился делиться тобой.

– Это чушь собачья! Он наслаждался тем, что делился. Это всё было ради него.

– Да, ему это нравилось, – признал Трэвис, – но это было не только ради него. Это было ради тебя.

– Ради меня? С чего это? И почему Рэндал пошёл бы на сделку?

– Они потребовали тебя. Твой отчим не предлагал тебя по собственной инициативе.

Я покачала головой.

– Откуда эти люди вообще узнали обо мне тогда, десять лет назад?

Трэвиса напрягся, он расправил плечи.

– Этого я не могу тебе рассказать.

Я сузила глаза.

– Не можешь или не скажешь?

– Думаю, не скажу.

– Кто они?

– Они могущественные люди и подонки. Люди, которые управляют этим городом, этим штатом, а некоторые из них даже всей грёбаной страной. Этих людей можно встретить в загородных клубах и в закоулках. Некоторых из них ты знаешь, некоторых не видела никогда. Среди них есть те, кто хочет жестоко покарать тебя, и есть те, кому плевать, жива ты или умерла. Кто-то из них трахал тебя, а кто-то и пальцем тебя не тронул, но они превратили твою жизнь в дерьмо. – Он подался вперёд. – Они – твой самый страшный кошмар. И, хочешь верь, хочешь не верь, сейчас, когда мистера Харрингтона больше нет в живых, ты смотришь на единственного человека, который может спасти тебя от них.

– Паркер? – спросила я с дрожью в голосе.

– Один из них. Точно так же, как вчерашний друг. Мистер Харрингтон не хотел огорчать их. Поэтому я сделал то, что сделал. Если бы ты не услышала голос своего мужа, наверняка, запаниковала бы. Ты не готова узнать, с кем имеешь дело. Патрик Крейвен один из тех, кто погряз в долгах и доведён до отчаяния. Ты – ключ к его спасению. Поэтому он не завершил оформление завещания. Мистер Харрингтон хотел, чтобы твоё соглашение перешло ко мне. Мистер Крейвен же хочет его для себя.

– Что я для тебя?

Трэвис внимательно оглядел меня от груди до глаз.

– Ты сучка. Все эти десять лет ты была словно заноза в заднице. Но ты оказалась намного сильнее, чем я думал. Я хочу сделать то, что мистер Харрингтон не мог или не хотел сделать. Я хочу увидеть, как те мудаки расплачиваются, и думаю, что вместе у нас хватит закалки, чтобы довести это до конца. По-моему, для этих козлов настало время заплатить за всё, что они сделали со мной и с тобой. Ты не согласна?

Мой телефон снова зазвонил.

– Что? – От заявления Трэвиса у меня кружилась голова.

– Мэм, мистер Крейвен…

– Кристина, скажи ему, что я слишком расстроена, чтобы встретиться с ним сегодня. Передай ему, что нам лучше встретиться после похорон Стюарта.

Я посмотрела на самодовольное выражение лица Трэвиса. Повесив трубку, я сказала:

– Я не верю тебе. Нет ни одной причины тебе доверять. – Хотя я знала, что Стюарт безоговорочно доверял ему. – Но я хочу обдумать то, что ты сказал, прежде чем приму какое-либо…

Громкий голос Кристины и открывающаяся дверь заставили меня оборвать фразу на полуслове. У меня расширились глаза, когда я увидела, что мимо моей помощницы в комнату проталкивается Паркер Крейвен, который тут же останавливается на месте, столкнувшись лицом к лицу с Трэвисом.

Хотя «лицом к лицу» - это не совсем точное выражение, ибо Трэвис возвышался над ним на добрые сантиметров пятнадцать.

– Виктория, это не может ждать… – начал Паркер, изо всех сил стараясь не обращать внимания на гору мышц перед ним.

– Миссис Харрингтон, может быть, вы хотите выпроводить мистера Крейвена? – Самоуверенный Трэвис тут же превращается в Трэвиса-телохранителя, того самого, что всегда каким-то образом смущал и пугал меня.

Придя в себя, я встала.

– Паркер, я ценю, что ты нашёл время приехать сюда прошлой ночью и сегодня утром. Но, как ты можешь себе представить, сейчас всё в таком беспорядке.

– Конечно, – его голос источал сочувствие. – Поэтому я здесь. Но кое-какие юридические вопросы нельзя оставлять без внимания. Мне необходимо получить лишь несколько подписей. Нам даже не придётся ничего обсуждать, оставим это на потом. Просто подпиши всё, а я позабочусь об остальном.

Он думал, что я долбаная идиотка? В предостерегающем взгляде Трэвиса появилось какое-то новое выражение. Могла ли я довериться ощущению того, что теперь он меня защищал? Мне всегда казалось, что я была жертвой.

– Я могу увидеть бумаги? – спросила я, игнорируя внезапно сжавшиеся челюсти Трэвиса.

Паркер обогнул Трэвиса, открыл свой портфель и вытащил папку.

– Виктория, ты не делаешь ошибку. Так лучше для твоего будущего и памяти Стюарта. – Он открыл папку и пометил страницу. – Тебе нужно всего лишь поставить свою подпись, – он показал мне на нужное место, – вот здесь.

– Нет, Паркер.

Он озадаченно посмотрел на меня.

– Нет?

– Я же спросила, могу ли я увидеть их. Оставь их у меня. Позволь мне просмотреть их. – Я склонила голову набок, сдерживая улыбку. – Ведь даже Стюарт позволил мне прочитать мой договор, прежде чем я подписала его. Уверена, ты тоже предоставишь мне такую возможность?

– Я бы хотел, – начал он, – однако у нас жёсткие сроки.

– О, десять лет назад тоже были жёсткие сроки. Когда тебе нужен мой ответ?

Он нахмурил брови и провёл рукой по своим мягким тёмным волосам. Свет, лившийся из окон, позволил мне увидеть предательские седые прядки.

– Сейчас, Виктория, он нужен мне сейчас. Это не может ждать.

Я взяла папку и протянула её Трэвису.

– Прости, Паркер. Уверена, что, как скорбящей вдове, мне полагается снисхождение в сроках. Я снова поговорю с тобой после похорон.

Он разинул рот от моей дерзости и оценивающе посмотрел на Трэвиса, несомненно, раздумывая, удастся ли ему вернуть свою папку.

– Послушай, я не понимаю…

– Спасибо, мистер Крейвен. – Кабинет наполнил голос Трэвиса. – Миссис Харрингтон только что дала вам свой ответ. Она поговорит с вами после похорон мистера Харрингтона.

Я сжала губы, уголки которых были чуть приподняты вверх. Мне пришлось собрать все свои силы, чтобы не сказать ему: кивни, если понял, мудак!